Чтение онлайн

В литературе очень живуч вопрос: к какой группе - прибалтийско-финской или поволжской - относилась белозерская весь? Сочетание в археологическом наследии белозерской веси древностей, характерных для прибалтийско-финских и волжско-финских групп, видимо, объясняется её обитанием между данными группами. В культуре белозерской веси есть и местные особенности, отражающие ее культурное своеобразие по сравнению с культурными традициями приладожской веси-чуди. В то же время исследователи не видят оснований для их противопоставления в этническом отношении. По мнению Е.А. Рябинина, весь как крупное этническое образование имела несколько отличающихся в культурном отношении группировок, которые и составляли вместе «единый весский союз племен». Языковеды, отмечая в вепсском языке следы восточных элементов, отличающих его от других языков прибалтийско-финской группы, высказывали предположение, что весь, возможно, составляла «звено той цепи народов, которая соединяла прибалто-финнов с волжскими языковыми родственниками».

В конце IX в. упоминания о веси в летописи исчезают. В последний раз о ней говорится под 882 г., как участнице похода князя Олега на Киев, победа над которым завершилась созданием Киевской Руси - единого Древнерусского государства с центром в Киеве. Последние упоминания о мере относятся к 907 г.: она являлась участницей знаменитого похода князя Олега на греков (г. Царьград). В дальнейшем упоминаний о веси и мере в летописях нет. Отмечают, что «активность этих племен была рано парализована славянским расселением, а также близостью таких городов, как Белоозеро, Ростов и Суздаль».

Позднее летописец, рассказывая о событиях в Белозерье, называет его население не весью, а белозерцами, что и дало основание Н.И. Карамзину - известному историку и писателю, получившему в 1803 г. именным указом императора Александра I звание историографа российской истории, заявить в примечаниях к первому тому своей «Истории Государства Российского»: «Весь, Меря и Мурома наконец обратились в Славян». Карамзинская концепция о полном растворении Веси в окружающем «славянском море» воспроизводилось до 40-х гг. XX в. в учебной, научной и научно-популярной литературе. Сомнения в таком утверждении Н.И. Карамзина высказывали многие исследователи, но благодаря многолетним археологическим исследованиям последних лет, в том числе и А.Н. Башенькина, доказано, что полного поглощения славянской стихией белозерская весь избежала и часть её приняла участие в сложение современных вепсов, которые являются ее историческими наследниками.

В самых ранних исследованиях вепсов довольно много внимания уделялось особенностям внешнего вида вепсов. Элиас Лённрот, побывавший летом в 1842 г. у вепсов Приоятья, пишет, что «люди в этих местах довольно миловидны, сухощаты и стройны» [13] . Весьма выразительное описание вепсов оставил В.Н. Майнов, один из первых отечественных исследователей вепсов в конце 1870-х гг. Он опубликовал таблицы измерений и описания 23 приоятских вепсов (из них 5 вепсянок), обследованных им по программе Антропологического парижского общества. Это недостаточно для значительных выводов, но его характеристика вепсов весьма живописна: «Достаточно взглянуть на чудянина, чтобы сразу приметить ту разницу, которой он отличается от своего соседа - русского. Его выдает его раскосость, светлоглазостъ и скуластость; бороды у них окрашены на один или два тона светлее волос. Нос широк и курнос, и сплющен, с выступающей из-под носа мочкою. Чудяне обладают очень красивыми бровями; они образовывают весьма резко очерченную дугу и лишь крайне редко вытянуты в прямую линию. Рот у них мал и красиво очерчен, подбородок несколько остр. Чудяне, в большинстве своем, являются очень коротко и круглоголовыми». По его измерениям рост у вепсских мужчин составлял 1,69 метра, у женщин - 1,62 метра, оценивая его как выше среднего. По его мнению, давно укоренившиеся воззрение среди русского населения о вепсах как «белоглазой чуди», полностью продтверждается при обследовании оятских вепсов.

Профессиональное антропологическое исследование вепсов связано с именем А.И. Колмогорова, профессора Московского университета, который начал комплексное изучение вепсов в 1905 г. В ходе многолетних экспедиций к приоятским и южным вепсам им были обмерены 727 человек в возрасте от 6 до 60 лет, причем полностью 50 семей. А.И. Колмогоров в 1918 г. подготовил к печати обширный труд «Вепсы. Опыт монографии народности», где антропологические материалы занимали значительное место. За рукопись Императорское общество любителей естествознания, антропологии и этнографии при Московском университете наградило А.И. Колмогорова специальной премией, присуждаемой за антропологические изыскания. Из-за революционных событий монография А.И. Колмогорова, требовавшая для издания больших средств, не была опубликована, а после его смерти в 1923 г. сведения о месте ее хранения теряются.

Во второй половине 1920-х гг. антропологический материал у вепсов собирал Н.С. Розов. Как и В.Н. Майнов, он проводил исследования у приоятских вепсов. О внешнем виде вепсов он пишет: «Чухаръ - преимущественно крепкого пропорционального телосложения, с русыми или белокурыми волосами на голове и с рыжеватой или белесоватой растительностью на лице, с голубыми или серыми, реже смешанных оттенков глазами ...с прямым даже несколько выгнутым носом, с небольшим красиво очерченным ртом, средней величины умеренно-оттопыренными ушами и с небольшими в длину, почти горизонтально-прорезанными глазничными отверстиями. В общем, по внешности чухари оставляют приятное впечатление и нередко встречаются красивые лица, особенно у представителей мужского пола».

Современная антропология, представляя характеристику вепсов на материалах этнических групп Северной Европы, считает их самыми типичными представителями беломорского типа, относящегося к беломорско-балтийской расе так называемых северных европеоидов. Носителей беломорского типа отличают светлые волосы, глаза и кожа, прямые мягкие волосы, средний рост, небольшая голова, средние размеры лица и носа. Небольшой налет монголоидности у них заметен в несколько уплощённом лице и лёгкой скуластости. Кроме вепсов и большей части карелов, он присущ также ижорам, води, финнам-ингерманландцам и повсеместно русским, живущим рядом с данными народами. В регионе распространения беломорско-балтийского типа выделяют два локальных варианта: один из них - «прионежский»: он ярче всего проявляется у вепсов, хотя присущ и соседним с ними карелам, чертами лапоноидного типа. Самыми выразительными носителями лапоноидного типа, что видно из названия, являются саами, среди которого есть локальные варианты. Наиболее близкими к вепсам оказались саами из Инари (Финляндия).

У представителей прионежского варианта лапоноидность выражается в относительно чаще встречающемся широком лице и носе, низком переносье, вогнутой спинке носа, эпикантусе (складке у верхнего века, создающей впечатление «монгольских» глаз), более темных глазах, а в некоторых группах и темных волосах.

Другой вариант беломорско-балтийского типа - прилужско-сойкинский - распространен у ижоры, финнов-ингерманландцев, води, в Карелии - у карелов Калевальского района.

Все прибалтийско-финские народы Северо-Запада России считаются самым депигментированным населением в мире: их отличает светлая окраска волос, глаз и кожи. Известный антрополог Г.Ф. Дебец по материалам 1933 г., когда вепсское население еще не затронуло смешение, все же особо выделял белозерских вепсов как исключительно светлопигментированное население Севера Европы.

Касаясь различий между разными группами вепсов, исследователи расходятся во мнениях. Одни считают наиболее близкими друг к другу вепсов, живущих в районе Онежского и Белого озер, отмечая именно у здешнего населения наиболее выразительные черты прионежского локального варианта; другие особо выделяют северных (прионежских вепсов). По мнению Н.Н. Цветковой, исследовавшей вепсов в 1980-е гг. самой светлоглазой и светловолосой вепсской группой являлись прионежские вепсы. Утверждается, что по сравнению с остальными вепсами у них менее выражены монголоидные признаки, они выше ростом, более светлоглазы, имеют слабое надбровье, у них реже встречается эпикантус, более прямой нос. Темные глаза, преимущественно светло-коричневых оттенков, встречались лишь у восьми процентов вепсов и чаще всего у южной группы.

Полагают, что прионежские вепсы в наиболее чистом виде сохранили собственно вепсский антропологический тип эпохи Средневековья, а облик современных средних и южных вепсов несёт в себе следы более тесных контактов с соседним русским населением. Вместе с тем, судя по антропологической реконструкции, выполненой в 1951 г. известным антропологом М.М. Герасимовым по краниологическим материалам из оятских курганов, лапоноидность лиц у предков вепсов раннего Средневековья весьма заметна (рис. 23). Основой для реконструкции являлся материал из могильника Акулова Гора на р. Оять, раскопки которого вел А.М. Линевский в 1949 г. [14]

В настоящее время проведение антропологических исследований вепсского населения представляет большую сложность из-за широкого распространения в послевоенное время смешанных браков.