Чтение онлайн

— Знаю, только и сказал я, видя, как она опустила плечи, словно обиженная, словно разочарованная моим равнодушием.

Но я не мог позволить показать, что на самом деле творится со мной. Это было бы слишком опасно. Слишком желанно.

— Переодевайся, сказал я, отворачиваясь, стараясь не смотреть на неё, хотя это было невероятно трудно.

Послышался шум воды, как она вылезла из купели. Я стоял спиной к ней, но чувствовал её присутствие, ощущал, как она движется.

Она отражалась в зеркале, и я, несмотря на то, что отвернулся, не мог не смотреть. Смотрел, как она одевается – сначала сорочка, затем платье. Её руки дрожали, и это выдавало её волнение.

Когда она выпрямилась, надевая чулки на свои стройные ноги, она заметила, что я всё это время наблюдал за ней через зеркало.

Она замерла, смотря на меня. В её глазах читалось удивление, смешанное с чем-то ещё.

"Затягивает", - пронеслось в голове.

"Как же нас затягивает". Я впитывал её образ, каждую чёрточку её лица, изгибы её тела, и не мог оторваться от её взгляда. Это было словно притяжение, от которого невозможно избавиться.

Я развернулся, преодолевая расстояние между нами. Она отходила назад, отступая, пока не упёрлась спиной в стену. Мышка. Она прижалась к стене, словно загнанный зверёк.

— Ты подглядывал, прошептала она, и в её голосе звучало обвинение, голос дрогнул. Я усмехнулся, прикусив губу, пытаясь скрыть своё смятение.

— Нет, сказал я ей, видя, как она закрыла глаза, словно не желая смотреть на меня, не желая признавать очевидное.

Я приблизился к ней настолько близко, что это сводило с ума. Наши тела почти соприкасались.

Я смотрел на неё, на её мокрые волосы, которые прилипли ко лбу, на её искусанные губы, которые так и манили.

Я сглотнул, чувствуя, как внутри всё бурлит. Поставив руку над её головой, она оказалась в ловушке, прижатая к стене.

— Раз не на что смотреть, зачем тогда ты это делал? — услышал я её вопрос. Её голос был тихим, но в нём звучала обида, недоумение.

Я молчал, лишь взирая на неё, не в силах произнести ни слова. Что я мог ей сказать? Что я не мог отвести от неё глаз? Что я жаждал её, несмотря ни на что.

— Что с виском, откуда? — проигнорировал я её вопрос, взгляд мой снова приковал её лоб, свежую, кровоточащую царапину.

Боль, которую я чувствовал, была не только физической, но и душевной.

Мышонок сглотнула, её зрачки расширились, а дыхание участилось, превращаясь в прерывистое, нервное.

— Я упала, её ответ прозвучал неубедительно.

Я чувствовал, что она лжёт, что за этой простой фразой скрывается нечто большее, нечто, что она боится открыть.

— Стала невнимательной, сказал я, и в моём голосе прозвучала сталь, смешанная с горечью.

Мышонок вздернула подбородок, поджав тонкие губы, словно готова была дать отпор, но слова застряли в горле.

Её упрямство, её попытки скрыть правду, только распаляли моё желание узнать её секрет.

— Не поверю, что ты могла упасть, мышонок, повторил я, мой голос стал твёрже, настойчивее.

— Откуда эта рана? Я требовал честного ответа, словно имел на это право.

Мышонок молчала. Её глаза метались, ища выход, но его не было. Она попыталась открыть дверь, но я захлопнул её перед её носом, не отпуская.

Моя рука всё ещё была над её головой, прижимая её к стене, не давая сбежать. Я ощущал её страх, её смятение, и это только усиливало моё желание.

— Почему ты здесь? — внезапно спросила она, и её голос дрогнул, словно струна, натянутая до предела.

— Иди к себе. Тебе вообще нельзя вставать. Я усмехнулся, едва сдерживая боль, которая сдавила бок. Я не хотел показывать ей.

— Волнуешься? — спросил я, наблюдая, как она вздрогнула, отрицательно покачав головой. Её попытка скрыть свои чувства была тщетной.

Ведь я вижу как она внимательно смотрит на меня, как волнуется.

— Нет, тихо ответила она, но в её глазах я видел совсем другое. Её ложь была такой очевидной.

— Именно поэтому ты всю ночь сидела около меня? — её глаза округлились на эти слова. Она замерла, не в силах вымолвить ни слова.

Молчание. Её молчание сводило меня с ума. Её близость, её забота, её ложь – всё это перемешивалось, создавая в моей груди ураган чувств.

Я был так близок к ней, чувствовал тепло её тела, ощущал её дыхание на своей коже, но в то же время так далёк.

И эта пропасть между нами, пропасть из недомолвок и тайн, разрывала меня на части.

Мэдисон

Его дыхание опаляет меня, обжигая кожу. Зачем он допрашивает меня, если ему всё равно? Зачем пришёл сюда, когда его собственные раны ещё не зажили?

Я сглотнула, пытаясь справиться с дрожью, которая пробегала по моему телу. Как же тяжело находиться рядом с ним, когда моё сердце так тянется к нему, так и норовит вырваться из груди, словно птица, стремящаяся на волю.

А его глаза. Его глаза словно впиваются в меня, проникая в самую душу.

Он видел меня обнажённой. Эта мысль заставила меня покраснеть, смутиться.

Зачем он смотрел на меня так пристально, так горячо, словно пытался запомнить каждую мелочь? Ведь права никакого не имеет. Потерял его год назад.

А его вопрос застал меня врасплох, выбил из колеи. Зачем Гаред рассказал ему? Зачем? Так бы он не узнал, а теперь мне придётся выдержать его взгляд, прямой и горячий.

Как я могла быть такой глупой, уснуть здесь, не заперев дверь? Моя беспечность обернулась против меня.

Я опустила глаза, пытаясь сделать глубокий вдох, но это было тяжело. Рядом с ним воздух становился густым, наполненным невысказанными желаниями и опасениями.

Зачем ему это знать? Зачем ему причинять мне боль, если он сам страдает?

— Пропусти, прошептала я, чувствуя, как слабость накатывает новой волной, сдавливая грудь.

Нет, только не перед ним. Он не должен узнать. Я не хочу, чтобы он видел меня такой – слабой, уязвимой.

Хьюго молчал, но его присутствие, его давление ощущалось в каждом сантиметре комнаты. Оно было почти осязаемым.