Чтение онлайн

– Хозяин был прав, - проговорил саанар.
– Все, что ты мне говорила - ложь.

Мигом сообразив, что он разговаривает с Нитави, Леми затаила дыхание. Похоже, она невольно подслушивала выяснение отношений.

– Ложь?
– переспросила королева Миттала.
– А ты сам ни разу не лгал, чтобы добиться цели?

Долгое молчание Харстэя показалось Леми вечностью. Вдруг он твердо и зло сказал:

– Я знал много шлюх, но они были порядочнее тебя. Они продают себя за деньги, а ты...

Раздался хлопок пощечины, и одновременно с этим Харстэй яростно взревел. Послышался звук тяжелого глухого удара. Не окликни Леми Харстэя, неизвестно, что он сделал бы с Нитави.

– Харстэй!
– громко и жестко позвала саанара Леми.

Он возник из темноты перед мордой вороного, вгляделся в темную фигуру, пытаясь понять, кто всадник, окликнувший его. Наконец узнал.

– Я должен поблагодарить вас за то, что вы меня позвали, - голос саанара стал глухим, - иначе я совершил бы непоправимую ошибку.

Леми развернула Лаклато и поехала прочь. Харстэй шел рядом широкими шагами.

– Она не любит вас, - покачала головой Леми, - и не любила.

– Да, я понимаю, - отозвался саанар.
– Ей никто не нужен. Ей надо только одно!
– Харстэй повысил голос и глянул на Леми.
– Бессмертие!

Леми знала об этом: Ардаггер рассказал ей о навязчивой идее отца Нитави, идее, которую он вбил в голову своей дочери.

Харстэй споткнулся в темноте и разразился такими громкими и злобными ругательствами, что Лаклато покосился на него и принял влево, подальше от саанара. Леми не отреагировала на этот взрыв - понимала, что ему нужно выплеснуть гнев, обиду и разочарование.

Распрощавшись с Харстэем, Леми сообразила: она не поинтересовалась, что сделал он с Нитави. Окликать саанара она не стала, а с проклятием развернула Лаклато и поскакала обратно, надеясь, что ее конь не собьет никого в темноте. Вороной понял, куда спешит хозяйка, и остановился в том месте, где Леми стояла, слушая разговор. Девушка спрыгнула с седла. Было темно, хоть выколи глаз, но она не решилась воспользоваться огненным заклинанием. Хватит, подумала она, с омерзением вспомнив сгоревшие руки Эрано. Леми разжигала огонь по-старинке, при помощи огнива, и наконец зажгла намотанный на ветку обрывок сухой ткани. Поднявшийся ветер услужливо раздул пламя.

С этим импровизированным факелом она сошла с тропинки и, приглядевшись, заметила лежащую на земле оглушенную женщину. Та постепенно приходила в себя после жестокого удара, которым ответил на пощечину Харстэй. Леми помогла ей встать.

Увидев, что Нитави смотрит осмысленно, Леми прошептала:

– Никогда не трогайте саанаров. Это стихийные силы, с которыми могут справиться только даны. На слово они отвечают словом, а на удар, не успев подумать, отвечают более сильным ударом.

Нитави болезненно застонала, однако Леми не жалела ее. Не надо было играть с Харстэем - игра с бушующим пламенем было бы значительно безопаснее. Он говорил, что полюбил Нитави, но незаслуженную пощечину не стерпел бы от самой Линнель.

Недавно поднявшийся ветер постепенно усиливался. Деревья зашелестели под его порывами, потом ветер стал дуть ровно и сильно, но он был теплым западным ветром, и воздух начал теплеть. Низкие дождевые тучи уходили на восток, вскоре небо на западе очистилось. Засверкала ослепительная звезда, на которую Леми любовалась из окна Оннелана.

Шатер повелителя Харда был виден издалека: неподалеку от него к дереву привязан был Табар. Ардаггер вернулся, поняла Леми. Вороной мигом домчал хозяйку до места и замер у входа, девушка соскочила с седла.

Привязав коня подальше от Табара, она вошла в шатер.

Ардаггер был не один. Кроме него, в шатре находились Шайни, Картан и Раймор. Двое первых молчали, сидя на складных стульях, Раймор стоял перед даном и говорил. Слушая его, Ардаггер одобрительно покачивал головой. Значит, в Харде все в порядке, раз он сюда приехал, решила Леми и приветливо кивнула саанару. Тот поклонился в ответ.

– Пока все идет, как мы планировали, - завершил разговор Ардаггер.
– У меня есть поручение к тебе, Шайни, и к тебе, Картан.

Оба саанара выпрямились. Раймор улыбнулся и сел: дальнейшее его не касалось. Леми поискала глазами свободный стул, не нашла и присела на край стола.

– Итак, - веско заговорил дан, - Шайни, возьми лучших своих стрелков и сделай так, чтобы весь оставшийся путь наши враги провели в страхе, чтобы они шарахались от каждой тени, чтобы ночами они не могли спать...
– Ардаггер усмехнулся.
– В общем, проделаешь ту работу, которой до сих пор занимались эльфы. Я хочу, чтобы вражеская армия подошла сюда смертельно уставшей. Можешь идти.

В глазах Стрелка сверкнули искры торжества: князь убийц вновь выходил на ночную охоту, шел выполнять привычное для него дело. Он попрощался и вышел.

– С тобой, Картан, мы все перепроверим, - сказал дан и повернулся к Леми.
– Дождись меня, никуда не уезжай.

Дан и саанар ушли. За тонкими стенами шатра раздалось злобное ржание Табара и бряканье сбруи, потом послышались мерные удаляющиеся шаги двух могучих коней. Наконец все стихло.

– Я рад вас видеть, Леми...
– заговорил Раймор, вглядываясь в лицо девушки.
– А вы сильно изменились с момента нашей последней встречи.

Леми отметила, что он не говорит ей "ты", как прежде.

– Да, наверное, - согласилась она.
– Многие говорят, что я изменилась.

– Даже тон стал другим, - задумчиво заметил саанар.

Поскольку девушка не знала что ответить, она пожала плечами.

– Получается, - проговорил Раймор, снова останавливая пристальный взгляд на лице Леми, - в Харде появилась Хозяйка?

Показалось ей или нет, но в голосе Раймора прозвучали нотки разочарования.

Продолжению разговора помешал ввалившийся в шатер Харстэй. Раймор с величайшим изумлением воззрился на него, потом на миг отвел глаза.

– Харстэй, - проговорил Раймор, - то, что я слышал про тебя и Нитави, было правдой?

– Истинной правдой, - Харстэй плюхнулся на стул.
– Впервые в жизни я почувствовал себя идиотом, - саанар тяжело вздохнул.

Глава 17. Бой в долине

Ночь показалась Леми бесконечной, и она удивилась, когда начало светать. Ночной ветер очистил небо, на востоке солнце поднималось в чистом дрожащем воздухе. Небо постепенно окрашивалось в трепетно-розовый цвет. На западе держался предутренний полумрак и по-прежнему сияла знакомая звезда с игольчатыми лучами.