Чтение онлайн

Лаклато шел легкой рысцой. Его густая косматая грива рассыпалась по крутой шее и вздрагивала в такт шагам. Леми поймала себя на том, что едет без стремян, но не удивилась этому: ей казалось, что с того момента, как она впервые села в седло, прошли годы. Откинувшись на высокую заднюю луку, Леми наблюдала за воинами, мимо которых проезжала, и пыталась угадать, к какому роду войск они принадлежат. "Волкодавов", гвардию Харда, она определила сразу: на их круглых металлических щитах было изображение оскаленной черной собачьей морды. Леми слышала о "волкодавах" мало. Она знала, что ими командует Бонтарх Костолом; что обычная база их - Ахор, поселок, построенный специально для них; что это тяжелая конница, страшная в своей атаке. Еще она слышала, что всего "волкодавов" - три с половиной тысячи, а служба в этих полках считается большой честью.

Очень много было стрелков - и лучников, и арбалетчиков. Они стояли у самых холмов, и Леми сообразила, что там будет их позиция в бою. В основном они носили короткие кольчуги и легкие шлемы, лишь немногие были в полных доспехах. Зато щиты у них были в человеческий рост. Девушка поняла - из-за этих щитов они и станут вести стрельбу.

Отряды конных стрелков, расположились далеко. Леми не разглядела их, отметила только их коней, пасшихся у подножия холмов. Славные были лошади - высокие, тонконогие, поджарые, сильно отличающиеся от могучих коней "волкодавов".

Эльфы держались особняком, и, насколько Леми могла судить, все они были лучниками. Зачем Ардаггеру столько стрелков, удивилась девушка. В Оннелане она узнала, что старший дан мастерски ведет бой, располагая пехотой и конницей. Стрелки играли в лучшем случае вспомогательную роль, но здесь происходило нечто из ряда вон выходящее: боевые машины, лучники, арбалетчики. Не так много пехоты и совсем мало конницы: "волкодавы" да отряд рыцарей Эрано, которых привел Картан. Интересно, подумала Леми, направляя Лаклато к холму, что затевает Ардаггер?

По тропе, развороченной тяжелыми орудиями, вороной поднялся галопом. Увидев какого-то парня, тесавшего топором бревно, Леми придержала Лаклато и осведомилась, где можно найти Бартога. Тот молча указал топором на вершину соседнего холма и снова занялся своим делом.

Взмокший от пота настолько, что рубашку на нем можно было выжимать, и грязный, как углежог, Бартог присел на станок катапульты, чтобы передохнуть. Увидев девушку, он на миг склонил голову, но не встал.

– Хозяин прислал?
– спросил оружейник.
– Или сами любопытствуете?

– Сама, - отозвалась Леми.

Она отвернулась и посмотрела вниз, на долину. С вершины холма она просматривалась отлично: узкое, но длинное пространство тянулось от болот до холмов. Леми глянула налево, где чернел лес, и увидела далеко за лесом столбы дыма. Их было много.

– Брошенные деревни жгут, - пояснил Бартог.

Дыхание близкой войны коснулось Леми. Она забко повела плечами.

– Бартог, - спросила она, - разве не проще уничтожить этих пришельцев магией? Разве Ардаггер не может это сделать?

– Не может или не хочет, - сказал оружейник.
– Он уже пробовал переделать магией мир, получил хаос и, мне кажется, сам испугался последствий, поэтому со своей Силой Ардаггер обращается очень осторожно. Без крайней необходимости не пользуется.

– А Шайни?
– удивилась Леми.

– Он как раз магию применяет, - кивнул Бартог, - но сила у него не та. Делает что может.

Пожив в Харде, оружейник отлично изучил дана и саанаров.

Едва затих стук подков Лаклато, как в шатер вошел часовой и виновато сообщил, что с Кэрхедом хотят поговорить король Корет и принц Элминар. Дан сумрачно вздохнул, поднялся и угрюмо произнес:

– Пусть войдут.

Братья вошли и остановились у входа. Оба невысокие, изящные, с лицами, словно освещенными внутренним огнем. Старший, Корет, поседевший, однако сохранивший юношескую стройность, заговорил первым.

– Я хотел бы приветствовать нашего союзника, - сказал он.

Слова эти дались ему не без труда: может быть, в тот момент Корет вспомнил, что по приказу Ардаггера Шайни убил их с Элминаром отца.

– Я тоже приветствую вас, - произнес Ардаггер, от которого не укрылась заминка в приветствии Корета.
– Полагаю, вы пришли сюда не только чтобы поздороваться. Слушаю.

"Разговор будет тяжелым", - мельком подумал старший дан.

– Нынче канун решающей битвы, - заговорил Корет.
– До сих пор наши войска и армия Харда воевали бок о бок, и нам не на что было жаловаться. Ваши солдаты, К-к...
– он закашлялся.

Дан понял, что эльф чуть не назвал его по прозвищу, и Элминар с тревогой отметил, как потемнело лицо создателя мира.

– Ваши солдаты, Ардаггер, - запнувшись, Корет выговорил ненавистное ему имя, - храбры и умело сражаются. Я признаю, что вы сам - великий воин (от удивления дан поднял брови), - эльф посмотрел Ардаггеру в глаза, - и надеюсь, что мы останемся союзниками и впредь, однако...

– Подожди, - прервал его дан.
– Тебя удивляет приказ, который я вчера отдал Бонтарху?

– Да, - коротко сказал Корет.

Чтоб вам пусто было, с раздражением подумал Ардаггер, вечно эльфы суют нос не в свои дела. Хотя если разобраться, приказ действительно выглядел странно - не вступать в бой ни в коем случае. Конечно, такое настораживает.

– Может быть, король, тебя утешит тот факт, что остальные мои воины примут в сражении непосредственное участие?
– с еле ощутимой насмешкой спросил дан.

Корет нахмурился. Тон Ардаггера не понравился ему.

– Мы с вами давние враги, - сделав усилие, чтобы говорить спокойно, произнес эльф.
– Я ничего не забыл и забывать не собираюсь, однако не станем осложнять отношения сейчас, - он провел рукой по лицу и глухо закончил: - я просто прошу объяснений.

Он глянул на создателя мира.

– Да, мы давние враги, - подтвердил Кэрхед, - но действительно, осложнять отношения значит своими руками выкопать могилу нашему миру, - дан усмехнулся.
– Наступило удивительное время, когда мы стали нужны друг другу. Что касается моего приказа, то прошу не беспокоиться. Мне нужен резерв.

Судя по выражению лица Элминара, у того были вопросы, но брат предостерегающе посмотрел на него и, не прощаясь, вышел из шатра. Принц последовал за ним.

Ардаггер сел на стул, устало положил руки на стол, а голову на руки. Тяжело говорить с теми, кого ненавидишь, и кто ненавидит тебя. Века ненависти не сотрешь одним союзом, тем более, неизвестно, сколько времени он продлится и чем все закончится. Впрочем, подумал дан, все встанет на свои места в первом бою.

Опять бой! Ардаггер устал от сражений, а последние спокойные пять лет, проведенные в другом мире, промелькнули незаметно. Дан привык, что не только годы, но и века летят. Время не имело власти над бессмертными, однако усталость накапливалась, и создателю мира казалось, что каждый прошедший год грузом ложится на плечи.