Чтение онлайн

– Я обещаю, что с Вами ничего не случится, Джон. Это в моих силах. Если понадобится, я стану Вашим ангелом-хранителем, но только... не изменяйте самому себе... И я помогу Вам.

– Подумать только...
– чувствуя, как огромный тёплый комок подкатывает к горлу и становится трудно дышать, лорд Грендбер качнул головой и стал внимательно всматриваться в бирюзовую глубину таких знакомых и таких прекрасных глаз английской принцессы, что заставили его запнуться в замке Линкольн.
– И эту чудесную девушку полгода назад в том старом замке я едва не убил...

Ирена медленно отрицательно покачала головой, внезапно забыв о приличиях:

– Ты никогда бы не сделал этого... Ты не такой.

Что-то пронзило острой болью всё её тело. Глаза Кеннеди на миг стали влажными:

– Абсолютно верно... Ваше Высочество. Не сделал бы. Даже не зная, кто Вы... Я не душегуб и никогда не обижал женщин.

Разбойник с большой дороги, сын разорившегося дворянина и наследная дочь английского короля стояли друг против друга, не отводя взглядов и не шевелясь. Они не могли объяснить себе, отчего в эту минуту между ними возникло понимание без лишних слов, но оба почувствовали, что в том прошлом, которое навеки связало странным узлом «чёрных» разбойников, Красных стражей и принцессу Уэльскую, осталось нечто необъяснимое, несущее в себе отпечаток предопределения...

– Миледи, - раздался за спиной Ирены грозный голос прокурора, обеспокоенного всем происходящим.
– Нам пора.

– Да, да, конечно, - растерянно проговорила девушка, коснувшись лба, и сделала шаг назад.

Когда гвардейцы снова окружили Кеннеди, она вдруг спохватилась и, поспешно сняв с пальца золотое кольцо с печаткой красно-белой розы Тюдоров - символа королевской власти, обратилась к ним:

– Нет-нет! Подождите!

– Что случилось?
– обернулся прокурор и вопросительно посмотрел на наследницу.

– Одну секунду, пожалуйста...
– прошептала Ирена и, стремительно шагнув к Кеннеди, сунула ему в руку кольцо.
– Помни, что я тебе сказала!

Её прикосновение обожгло руку бывшего разбойника, словно огонь. Взор проник в самую душу. Ирена отстранилась, освобождая дорогу гвардейцам. В глазах принцессы отразилась ничем не объяснимая боль.

Чёрного Джона увели в Тауэр, а принцесса Уэльская осталась стоять посередине тёмного коридора с бессильно опущенными руками.

На сердце лёг камень. И всё же на душе стало чуть-чуть светлее.

Вернувшись во дворец, Ирена очень не хотела встречаться с кем-либо из придворных. Она проскочила никем не замеченная по чёрной лестнице, но задержалась у небольшого окна второго этажа, выходящего на задний двор и конюшни. Наследница долгое время простояла в задумчивости, глядя на оживающие ветви сада, и не заметила, как к ней подошла Констанция де Нанон и тихо произнесла:

– Мои поздравления, Ваше Высочество!

– Маркиза...
– обернулась Ирена к нежданной собеседнице.

– Вы были великолепны! Мне кажется, что в искусстве ораторства Вы превзошли даже Вашего отца.

– Вы мне льстите, Констанция, - покачала головой Ирена.
– Мне до Его Величества ещё расти и расти.

– Как посмотреть, миледи. Вы меня поразили своим выступлением. Я покорена. И моё французское сердце полностью принадлежит Вам, Ваше Английское Высочество, - произнесла д’Альбре, склонив голову в знак почтения.

Ирена посмотрела на иностранку с вопросом в глазах, и герцогиня поняла, что девушка не может проникнуть в суть её слов.

– Позвольте выразить Вам не только своё восхищение, но и заверение в вечной преданности. Отныне Вы можете полностью располагать мною. Сегодня Вы доказали, что станете достойной королевой Англии. Вы напомнили мне Вашу маму - тихую, но сильную женщину.

Принцесса Уэльская пожала плечами и отвела взгляд:

– Я теряюсь в Ваших комплиментах, маркиза.

– Напрасно, Вы должны привыкать к Вашему сану. И сегодня Вы показали всем, что станете настоящей королевой, которая прекрасно оценивает свои слова и знает, кого карать, а кого миловать.

– Простите, мадемуазель де Нанон, - произнесла по-французски Ирена, - но Вы подданная Франции. Какое дело Вам до моей страны?

– В Ваших жилах течёт и французская кровь, уже поэтому я не могу быть равнодушной к Вашей судьбе. К тому же я протестантка. А теперь - повторюсь - я буду признательна, если Вы примете мою дружбу и верность. Сегодня, слушая Ваше выступление, миледи, я ответила для себя на последние вопросы о Вашей душе. И поняла, что Вы - достойная дочь коронованных родителей.

– Спасибо за поддержку, маркиза, - не особенно радужно, но искренне поблагодарила Ирена.

Пришло время позднего обеда, но Ирена не спустилась в столовую. И принесённого Эйдой барашка тоже проигнорировала.

Не дожидаясь Эвелины, принцесса вышла в сад, удалилась в самую дальнюю его часть, где редко можно было встретить фрейлин или придворных дам, и присела на белую скамью.

В голове всё перепуталось. Мысли галдели, как лебеди в королевском пруду, словно пытаясь перекричать друг друга, и Ирена не понимала уже ни одну из них до конца. За временем она тоже не следила и поэтому не смогла бы ответить, сколько просидела в саду в полном одиночестве, оставаясь без движения.

– Ирен...
– позвал девушку подошедший Райт.

– Что?
– подняла голову Ирена и обернулась на зов.
– А, Джон, это ты...

– Я. Разрешишь присесть рядом?

– Конечно.

Рыцарь опустился на скамью и всем телом повернулся к собеседнице:

– Ирен, я хочу поговорить о Кеннеди.

Принцесса съёжилась:

– Я знала, что рано или поздно ты заведёшь этот разговор.

– Он неизбежен для нас обоих.

– Да, это так...
– кивнула одними ресницами Ирена.

– Я должен признаться, что полностью с тобой согласен, - произнёс Красный Джон, внимательно следя за реакцией наследницы.
– Слово чести, он не виновен в том, что стал пешкой в чужой игре.

Принцесса, смотревшая до этого на оборки своего платья, медленно повернула к мужчине лицо. Их взоры встретились.

– Как я рада слышать такие слова от тебя... от тебя, как Красного Джона. Человека, который рассказал мне об истоках клановой вражды меж вами... Я так боялась, что именно ты не поймёшь меня... Или поймёшь неверно. Это было бы хуже всего на свете. Ещё хуже, чем моё разоблачение на берегу в прошлом году.

– Многие мои ребята в изумлении до сих пор. Они не могут понять, почему разбойник с большой дороги, обвинённый в измене королевству, покушавшийся на свободу наследницы престола, вдруг невинен, как дитя... Но я и Джером полностью на твоей стороне.

– Вы истинные друзья, - прикрыла на миг веки блондинка.
– И умеете слышать.

– Не только в этом дело, Ирена...

– В чём же ещё?

Глаза принцессы блеснули бирюзой. Джон отвёл взор и осторожно ответил:

– Дело в том, что я так же не могу ни в чём винить Кеннеди, зная его с самого детства. Я говорил тебе... Он мой вечный соперник, но это не значит, что он не достоин жизни.