Чтение онлайн

Тим и не глазел. Он лишь поднял пистоль и засунул его за пояс…

The Skin-Man (Part 2)

–  Она его просила не глазеть по сторонам - на тело отчима, смекаешь - и он сказал, что не будет. Он и не глазел - только поднял пистоль и засунул его за пояс.

–  Четырехзарядник, который дала ему вдова?
– спросил юный Билл Стритер. Он сидел напротив решетки, под нарисованной мелом картой Дебарии, опустив подбородок на грудь, и, по правде говоря, казалось, что он заснул, а я рассказывал эту историю самому себе. Но, похоже, он выслушал все до конца. Снаружи завывания самума перешли в громкий визг, а затем снова стали тихими глухими стонами.

–  Ага, юный Билл. Он поднял его, заткнул за пояс у левого бедра, и носил его следующие десять лет жизни. Потом он уже носил револьверы побольше - шестизарядные.
– Это была история, и я закончил ее точно так же, как моя мама заканчивала все истории, что читала мне, когда я был маленьким и лежал в кроватке в своей комнате. Мне было грустно слышать эти слова слетающими с моих собственных губ.
– Так все и произошло, однажды, за долго до того, как родился, твой пра-пра-пра-прадедушка.

Снаружи день начал угасать. Я все же думал, что делегация, отправившаяся в предгорья за шахтерами, умеющими сидеть на лошади, вернется только на следующий день. Да и какая разница? Особенно после одной неприятной мысли, пришедшей мне в голову, пока я рассказывал Юному Биллу историю Юного Тима. Будь я оболочником, и приди ко мне шериф с делегатами (уж не говоря о молодом стрелке из самого Галаада) с вопросами, могу ли я взбираться на лошадь, держаться в седле и скакать, я бы ответил? Навряд ли. Нам с Джейми стоило сразу об этом догадаться, но, разумеется, мы были еще новичками на поприще стражей закона.

–  Сай?

–  Да, Билл.

–  А Тим стал стрелком? Ведь стал, да?

–  Когда ему исполнился двадцать один год, через Листву проезжали трое мужчин с большими револьверами. Они направлялись в Таверс и надеялись собрать вооруженный отряд, но Тим был единственным, кто решился поехать с ними. Они прозвали его Пистоль-левша, за то, как он его носил.

–  Он поехал с ними и хорошо зарекомендовал себя, так как был бесстрашным и метким. Его называли Тет-фа - другом Тета. И настал день, когда он создал свой Ка-тет - единство из множества среди очень-очень малого числа настоящих стрелков из рода Эльда. Хотя, кто знает? Разве не говорят, что у Артура было много сыновей от трех жен, и в два раза больше тайно-рожденных.

–  Я не знаю что это значит.

Я мог его понять. Еще два дня назад сам не знал, что такое "стропон".

–  Не важно. Сначала его знали, как Левшу Росса, затем - после великой битвы у озера Каун - как Тима Отважное Сердце. Его мать закончила свои дни в Галааде знатной дамой, по-крайней мере, так говорила моя мама. Но все эти события - они…

–  История для следующего дня?
– закончил Билл.
– Так обычно говорит мой папа, если я прошу рассказать еще.

Его лицо скривилось и уголки рта задрожали, когда он вспомнил барак, полный крови, и повара, умершего в своем фартуке, задравшемся на лицо.

–  Говорил.

Я снова обнял его за плечи, на этот раз немного естественней, и подумал о том, чтобы взять его с собой в Галаад, если Эверлинн из Благодати откажется принять его… но она ведь не откажется. Он хороший мальчик.

Ветер за стенами скулил и завывал. Я был начеку, чтобы не пропустить звонок джинг-джанга, но он молчал. Линия точно где-то оборвалась.

–  Сай, сколько времени Мэрлин был тиргом в клетке?

–  Я не знаю, но уж точно очень долго.

–  А ел он что?

Катберт тут же бы нашелся с ответом, но я запнулся.

–  Если он гадил в дыру, он должен был что-то есть.
– настаивал Билл, причем довольно обоснованно.
– Если ты не ешь, ты же не срешь.

–  Я не знаю, что он ел, Билл.

–  Может, у него даже в тигровом виде еще было волшебство, чтобы создать себе завтрак? Ну, типа, прямо из воздуха.

–  Да, наверно так и было.

–  Тим дошел до Башни? Ведь есть и такие истории, да?

–  Прежде чем я успел ответить, пришел Стротер - помощник-жирдяй в шляпе со змеиной лентой. Он увидел мою руку на плечах мальчика и ухмыльнулся. Я подумал о том, что надо бы стереть эту усмешку с его лица, но напрочь забыл об этом, когда тот заговорил.

–  Всадники едут. Должно быть, много и с подводами, раз мы слышим их даже сквозь гребанный ветер. Люди выходят в щелочной вихрь, чтобы посмотреть.

–  Я встал и вышел из камеры.

–  Могу я выйти?
– спросил Билл.

–  Лучше если ты посидишь здесь еще чуть-чуть, - ответил я и закрыл его.
– Я не долго.

–  Мне здесь тошно, сай!

–  Я знаю,- сказал я.
– Но скоро все кончится.

Надеялся, что так и будет.

Когда я вышел из конторы шерифа, налетевший ветер заставил меня пошатнуться, а щелочная пыль обожгла щеки. Несмотря на начинающуюся бурю, на тротуарах главной улицы было тесно от зевак. Мужчины завязали банданами рты и носы, женщины прикрывались платками. Одна леди-сай напялила чепец задом наперед; выглядело это странно, но наверняка хорошо защищало от пыли.

Слева от меня из беловатых щелочных клубов начали появляться лошади. Шериф Пиви и Канфилд из Джефферсона сидели в фургоне, низко надвинув шляпы и подтянув аовыше шейные платки, так что видны были только глаза. За ними ехали три длинных подводы, открытых всем ветрам. Они были выкрашены в синий цвет, но борта и пол побелели от соли. У всех трех на боку было выведено желтой краской: "ДЕБАРИЙСКИЙ СОЛЯНОЙ КОМБИНАТ". В каждой сидело шесть-восемь парней в комбинезонах и соломенных рабочих шляпах, которые назывались "клобберы" (а может, и клампеты, - не помню). По одну сторону от этого каравана ехали верхом Джейми Декарри, Келлин Фрай и сын Келлина Викка. По другую - Снип и Арн с ранчо Джефферсона и здоровенный дядька с подкрученными вверх соломенными усами и в желтом пыльнике им под цвет. Как оказалось, он служил констеблем в Малой Дебарии… по крайней мере, когда не был занят игрой в фараон или "Берегись".

Ни один из новоприбывших не выглядел особенно счастливым, а меньше всех - шахтеры. Легко было отнестись к ним с подозрением и неприязнью; мне пришлось напомнить себе, что только один из них - чудовище (если. конечно, оболочнику не удалось вообще выскользнуть из нашей сети). Остальные, наверно, по большей части приехали сюда добровольно, когда им сказали, что это может помочь положить конец убийствам.

Я вышел на улицу и поднял руки над головой. Шериф Пиви осадил коня прямо передо мной, но я пока что смотрел не на него, а на шахтеров, теснившихся в подводах. Быстрый подсчет обнаружил, что всего их двадцать один. Это было на двадцать подозреваемых больше, чем мне нужно. но гораздо меньше. чем я опасался увидеть.

Я повысил голос, чтобы перекричать ветер.

–  Вы приехали нам помочь, и от имени Галаада я говорю вам "спасибо"!

Расслышать их было легче, потому что ветер дул от них в мою сторону. "В жопу твой Галаад", сказал один. "Соплежуй несчастный", сказал другой. "Отсоси-ка от имени Галаада", сказал третий.

–  Я могу им вправить мозги хоть сейчас, только скажите, -предложил человек с подкрученными усами.
– Потому что я констебль в той сраной дыре, откуда они приехали. А они, стало быть, мне подчиняются. Уилл Вегг, - он мимоходом приложил кулак ко лбу.