Чтение онлайн

– И моё! – встав рядом с ним и положив руку на сердце, торжественно изрёк шериф.

Толпа зевак у входа меж тем начала потихоньку редеть – скандала не случилось, власти не только взяли ситуацию под контроль, но и устроили стихийный предвыборный митинг – смотреть стало не на что. Покупатели в очереди зашевелились, кто-то громко кашлянул, намекая, что хотел бы уже наконец купить свой хлеб, кто-то напомнил, что уже полчаса ждет заказанных пирожных.

– А пока… – мэр подошёл к одному из столиков, отодвинул стул и сел, приглашающе махнув рукой. – Давайте так, – предложил он. – Аннет, Эдит, Хейзел и Эсме, мы сейчас с вами сядем, и я, шериф и Его Сиятельство и ответим на все ваши вопросы, и выслушаем все ваши предложения. Аннет, – повернулся он ко мне, – будьте добры, принесите нам, пожалуйста, чаю и чего-нибудь к чаю, только чего-нибудь посытнее, пожалуйста.

Пользуясь ситуацией я в ту же секунду достала из-под прилавка хлеб примирения, нож и доску.

– Конечно, мэр! Сейчас всё будет. Бутерброды с ветчиной и сыром, подойдут?

– Идеально! – дружным хором одобрили моё предложение Ройс, Конрад и карающий клинок.

Первой «в себя пришла» Титтл. Её ноздри гневно раздулись.

– Я не буду ничего ни пить, ни есть в этом проклятом месте! – скрестив на груди руки, заявила она, давая понять, что лично она, как была, так и осталась при своём мнении.

– И я тоже! – поддакнули Марта и Паддл, синхронно мотнув головами и отступив на шаг назад. – Мало ли что она нам туда подмешает!

– Ваше право, – пожал плечами Ройс, не обращая на их выпад особого внимания. – Но нам-то, надеюсь, вы есть не запретите? Зная, что у нас с утра маковой росинки во рту не было? – Он подмигнул карающему клинку. Тот понимающе усмехнулся в ответ.

– Мы просто с пяти утра на ногах, – объяснил он, галантно отодвигая стул и кивая Эдит. – Так что уж простите нас.

Эдит покраснела и неуверенно присела на край стула, бросив при этом виноватый взгляд на своих подруг. Марта хмыкнула и тоже села на выдвинутый для неё шерифом стул.

Следом за ними расселись и мужчины. Конрад опустился на свой стул с довольным вздохом, откинувшись на спинку. Ройс сел рядом, сразу положив локти на стол – видно было, что он действительно устал. Дэмиан же устроился чуть поодаль, развернув стул так, чтобы видеть и стол, и вход в пекарню одновременно – привычка спецслужбиста, которая у него явно уже была в крови.

О Паддл же и Титтл типа забыли. С десяток секунд они попереминались с ноги на ногу, затем переглянулись, после чего Титтл громко фыркнула, Паддл кашлянула в кулак, мол, а мы?..

Но до них никому не было дела – Конрад что-то негромко говорил Ройсу, Эдит теребила край свой кофточки.

Наконец, Титтл не выдержала. Решительно преодолела два отделявших её от стола метра, с громким скрежетом сама себе отодвинула стул и плюхнулась на него с таким видом, будто делает всем огромное одолжение. Паддл последовала её примеру, усевшись рядом с ней.

Я двигалась как во сне, стараясь, чтобы руки не дрожали. Нож плавно входил в теплую мякоть хлеба, и с каждым его погружением по пекарне разливался аромат, от которого, казалось, сам воздух становился мягче. Это был не просто запах выпечки. Это был запах дома, уюта и... чего-то ещё, неуловимого, что заставляло плечи расслабиться, а дыхание выровняться.

Руки всё ещё слегка подрагивали от пережитого напряжения, но аромат свежего хлеба – тёплый, с ноткой утренней росы и магия моих «трёх улыбок на рассвете» – действовал успокаивающе.

Намазывая на хлеб масло и укладывая сверху сыр и ветчину, я украдкой косилась на перстень Дэмиана, опасаясь, что он засечёт магию.

Камень поблёскивал тускло-красным – пока вроде всё спокойно, мысленно отметила я.

Ещё ломтик ветчины – перстень молчал.

Листик салата для красоты – о чёрт, карающий клинок тоже посматривает в мою сторону!

Так, спокойно!

Я совершенно спокойна! Я ничего такого не делаю, просто режу бутерброд по диагонали, совершенно не думая о том, что всесильный карающий клинок может в любой момент вскочить и обвиняюще завопить: «Ага! Попалась, ведьма!»

Нет, я совершенно об этом не думаю. И вообще, ну какая я ведьма! Сама по себе я ни на что не способна! Так... дилетантка с волшебной поваренной книгой. Но да, вряд ли это послужит моим оправданием, если то, что я пользуюсь магией, засекут. Э-эээ стоп! Отставить негативные мысли! Мыслим исключительно позитивно!

Тем более, что перстень молчит. Хммм… может, он вообще не настроен на такого рода магию? Да, наверное, да.

Краем глаза я отметила, что изменилась также атмосфера и в зале. Он наполнился негромким дружелюбным гулом – смехом, улыбками, обменами любезностями, веселым перезвоном чашек, блюдец и ложечек.

Лети, которая ещё пять минут назад была так расстроена, что едва не плакала, теперь порхала между столиками с подносом, напевая что-то себе под нос. Покупатель, который несколько минут назад громче всех кричал, что ему надоело ждать, когда его наконец обслужат, теперь благодушно кивал ей и даже оставил чаевые.

Ивко шутил с парочкой бывших «ополченцев» за угловым столиком – и те искренне хохотали. Он что-то изображал руками, видимо, рассказывая забавную историю, и мужчины хлопали его по плечу, как старого приятеля. Удивительное зрелище, учитывая, что ещё пять минут назад их жены требовали немедленно закрыть «проклятую пекарню», а они пусть и не особо охотно, но всё же поддерживали их.

София вполне искренне улыбалась одной из «ополченок»!

Так вот как это, оказывается, работает! Достаточно было просто разрезать хлеб.

Лежавшая рядом со мной книга, укоризненно зашелестела страницами – мол, а я что говорила! Но ты же никогда меня не слушаешь!

Я закатила глаза, мол, ладно! Хотя…

– Представляю, чтобы тут началось, возьми я в руки нож! – нашла я таки себе оправдание.

На сей раз книга прошелестела совсем тихо и как-то устало. Это, как я поняла, был тяжкий вздох и намек на то, что я неисправима! Ну или туповата, раз не догоняю, что хлеб можно было не резать, а просто разломать.

Само собой, я догнала это. Просто немного с опозданием. Вслед за чем, догнало меня также и то…

– Теперь я волнуюсь, что кто-нибудь заметит всю эту благостность, – скользнула я взглядом по залу, – и поймет, что дело не чисто!

Волшебная книга опять, судя по шелесту страниц, тяжко вздохнула.

Я тоже вздохнула. Точнее вдохнула и выдохнула, успокаиваясь.

Ладно, была ни была! Решила я и, взяв большой деревянный поднос, выставила на него сначала блюдо с бутербродами – его я поставила в центр, рядом – горчицу и соленья (из своих личных запасов), стопку небольших тарелочек и салфетки. Подумав, добавила ещё вазочку с медом для чая, который уже подал Ивко, и сахарницу. И на всякий случай – блюдо с утренней выпечкой: несколько профитролей с творожным кремом и булочек с корицей.