Виктория - значит Победа. Сердцу не прикажешь
Шрифт:
– Не переломлюсь, наверное, - отмахиваюсь.
Меня уже изрядно утомили все эти тайны. Я хочу просто жить, просто заниматься своим делом, а не вот это всё.
– А вам… доводилось?
Вообще память подсказывает – Вика, когда при тебе допрашивали того разбойника, который напал на тебя в спальне, ты поудивлялась, да и только. Но… его ниоткуда не выкапывали. И я в тот момент вообще толком не осознавала случившегося, и своими нынешними знаниями тоже не обладала.
– Смотреть, как выкопали и допрашивают? Нет, конечно, где бы и когда бы? Сам по себе допрос однажды видела, наверное, Ренель рассказал вам. Но если есть такая возможность, мы должны её использовать.
– Вы правы. Когда вы возвращаетесь?
– Пока не могу сказать, у меня тут неожиданные дела, в которых приходится разбираться.
– Может быть, в каких-то делах вам поможет маркиз де Риньи?
Я нервно рассмеялась.
– Знаете, ваш прекрасный маркиз зазвал меня в гости под предлогом магических занятий, и запер в каком-то подвале, - говорю со смехом.
– Как так? – его брови так и взлетают.
– Как видите, - я покрутила зеркалом вокруг себя и показала подвал. – Я попыталась дозваться кого-нибудь, кто бы вправил ему мозги – ну, мои люди здесь, Пьерси, граф Ренар – но смогла достучаться только до вас.
– Изумительно. Сейчас я попробую что-нибудь для вас сделать, дорогая госпожа де ла Шуэтт. Я весьма заинтересован в том, чтобы вы вернулись поскорее, в целости и сохранности, - он как будто поднимается из кресла и куда-то идёт. – Раймон, найди Алоизия. Да, сейчас. Немедленно.
Но видимо, что-то там не заладилось с тем Алоизием, потому что виконт хмурил брови и говорил кому-то – сюда и прямо сейчас, нет, ругать не буду, да, слезть оттуда, тенями можно, но аккуратно, рука ещё не заросла, и ещё какие-то такие же слова. И почему-то это показалось мне смешным – я, понимаете ли, сижу где-то там, в каком-то подвале, из которого не выбраться, болтаю с человеком, находящимся совсем не рядом, слушаю, как он убеждает ребёнка откуда-то там вылезти, и подсказываю, как ещё сказать, чтобы сработало. И вроде процесс идёт, но медленно – куда же забрался на этот раз Алоизий?
Мы справились, и перепачканная в саже мордашка тоже появилась в зеркале.
– Здрасьте, госпожа де ла Шуэтт, я весьма рад видеть вас, - сообщил мне правнук моего странного преподавателя.
Почему-то это прозвучало необыкновенно смешно, и я смеялась. Смеялась, и совершенно не увидела, как на ступенях возле двери появился маркиз. Просто внезапно повернула голову и увидела – стоит, слушает.
– Господин виконт, маркиз нашёлся сам, вы можете не беспокоить его.
– О нет, я непременно поприветствую его, - рассмеялся и виконт с той стороны.
Маркиз молча приблизился, выражение его лица было при том неописуемо.
– Госпожа де ла Шуэтт, вы совершенно не как все, - сообщил он мне первым делом.
– И не стремлюсь быть, как все, - пожала я плечами. – Тут вам господин виконт Гвискар желает что-то сказать, и юный господин Алоизий тоже там.
– Благодарю вас, - живо откликнулся маркиз. – Вы позволите?
– Конечно, - я с поклоном передала ему зеркало.
Впрочем, он тут же сурово прикрылся от подслушивания, и я не стала пытаться взломать эту его защиту. Но говорили недолго, пара минут – и зеркало возвращается ко мне. И в нём улыбается виконт.
– Жду вас, госпожа де ла Шуэтт. Рождественские праздники обычно щедры на балы, будем танцевать.
– Да, господин виконт. Буду непременно.
Я разрываю связь и смотрю на маркиза. Недобро смотрю, хоть и понимаю, что не смогу сделать ему решительно ничего.
Более того, я намного чётче ощущаю его силу. Здесь, в закрытом от всего зале, она видится мощным облаком, и понятно, что защитные и запирающие заклинания – его рук дело, продолжение его самого.
– А теперь попробуйте напасть, Викторьенн.
Я задумываюсь только на мгновение… а потом понимаю, как это сделать. О да, это… отдельно от всего. Смерть в яйце, яйцо в утке, утка в зайце… а тут некое виртуальное яйцо там, внутри Викторьенн, но не вместе с остальным резервуаром силы, а отдельно. И я как будто могу зачерпнуть оттуда… сколько-то.
Я и черпаю, и всё это летит в маркиза… а он ловит со смехом.
– Годится, ещё раз, пожалуйста.
Меня хватает ещё на четыре раза, и все они – то самое, под контролем холодного рассудка. А потом я просто опускаюсь на пол.
– Вы невероятны, Викторьенн. Вам удалось, но я и вообразить не мог, как именно вы это сделаете. И я думаю, что теперь этот навык уже не забудется. Не прошу прощения, потому что иначе вы бы не справились, наверное, никогда. И теперь вам необходимо понять границы ваших возможностей.
– Вы поможете?
– поинтересовалась я.
– Да, - он величественно кивнул. – Но сейчас я предлагаю вам отправиться домой, а там – хорошенько поесть и выспаться.
Он подал мне руку, я поднялась… и следующим шагом оказалась в своей гостиной.
Подскочила с воплем Жюстин, с поклоном поднялся господин Фабиан. Но маркиз просто усадил меня в кресло, кивнул всем им и исчез так же, как появился.
29. Лесная дорога
Наутро я проснулась уже по свету – потому что вчерашнее занятие с господином маркизом вытянуло из меня все силы. Я даже поняла, чего он хотел добиться – поставить меня в такую ситуацию, что я буду вынуждена как-то действовать. Только как именно нужно было это делать? Чего он ожидал-то – истерики? Скандала? Более серьёзного нападения? Ладно, я у него ещё спрошу, там список вопросов уже, прямо сказать, копится.
А на сегодня я ж наметила себе ещё некоторые вопросы. И я пойду их задавать прямо после завтрака, вот сейчас поднимусь, соберусь – и пойду.
Конечно же, мои домашние уже решили, что вчера злобные некроманты уморили их хозяйку совсем. И когда я позвала – прибежали, болтали без умолку, охали и ахали, трогали меня потихоньку, и совершенно не слушали, когда я говорила, что со мной всё хорошо. И когда после завтрака я сообщила, что хочу пойти к Галке, и мне нужен провожатый, то закивали – да-да, правильно, меня обязательно нужно показать Галке, пускай та посмотрит и скажет, что сделать, чтобы всё было хорошо. Я посмеивалась, но не спорила.
Далее я сначала выслушала краткий отчёт сержанта о том, что господин бывший управляющий злобно бурчит, но отправляет куда-то свои вещи, вчера три телеги вывезли, и сегодня ещё собираются. Его племянника взял в оборот господин Фабиан, я заверила обоих, что после Галки приду и послушаю, что там они решили и как, а пока – оставляю их за приятным занятием, а сама иду побеседовать.
Мне оседлали коня, со мной отправились двое солдат и местный мальчишка-проводник, он уверял, что я сама никак не найду дорогу. Что ж, пускай покажет, я потом разведаю, чей он, и либо накормим, либо ещё что-нибудь дадим.