Чтение онлайн

Кайе стало жарко под одеялом,и она раскрылась, перевернувшись на спину и уcтавившись в темный потолок.

Эрлинг, которого она так и не увидела после возвращения, все не шел у нее из головы. Почему он приехал? Со дня ее свадьбы он не наведался в Заводье ни разу. Даже госпожа Вильда и Лотар время от врeмeни ездили в Декру, чтобы повидаться с ним, но никогда наоборот. И понять его можно: он был обижен и не желал видеть в Заводье ее, Кайю.

Но почему тогда вернулся именно сейчас?

Кожу пробрало ознобом – должно быть, дом, хорошо протопленный к вечеру, стал понемногу выстывать. Кайя вновь потянула одеяло на себя, взбила смятую подушку и повернулась к стене.

И ведь не ?енился за целый год. Не может же быть, чтобы ждал…

Да нет, глупость какая. Он никак не мог знать, что она разведется. Она и сама не знала.

Но если он вернулся случайно,тогда почему снова пришел к ней свататься, не успев вернуться в Заводье?

Озноб продрал не на шутку, и Кайя спряталась под одеялом с головой. Нет, замуж она не хочет. Нет, нет, ни за что. Уж насколько Штефан всегда казался улыбчивым весельчаком, но нахлебалась от него Кайя «счастья» полной ложкой, до седых волос будет расхлебывать. А Эрлинг… святой Создатель, да он крупнее Штефана раза в полтора! Даже страшно представить, что стало бы с ней, замахнись в запале скалкой не Штефан, а Эрлинг. Да и в постели…

?е передернуло от одной мысли об этом, и она спрятала голову для надежности ещё и под подушку.

Нет, замуж oна больше не пойдет, ни за Эрлинга, ни тем более за кого-то другого.

Некстати вспомнилась их последняя встреча в доме над заливом. Он так забавно краснел, когда она принесла ему корзинку с едой. И терпел, когда она бесцеремонно ощупывала ему шишку на затылке. И смотрел на нее так завороженно,так близко, что ей казалось, что он хочет ее поцеловать…

Вместо озноба тело охватило жаром. Кайя выбралась из-под подушки и oтбросила ставшее слишком душным одеяло. Почему-то хотелось смеяться сквозь слезы. О чем она только думает? Какие поцелуи? Мужчинам нужно только одно,и Кайя за долгий год замужества уже твердо выучила, что ей это определенно не нравится, но ее желания и протесты для мужа не имеют значения.

Нет. Нет. Снова терпеть насилие, боль и унижения, будучи бесправной и беззащитной, ее не заставит ничто на свете.

Хлопнула входная дверь, и Кайя замерла на кровати. Отец пошуршал одеждой, его шаги загромыхали по гостиной – не слишком уверенно, с протя?ным шарканьем. Устал, должно быть. Заскрипела дверь родительской спальни,и тотчас же захныкала Маргитка. Как бы хотелось сейчас взять ее на руки, поцеловать смешной круглый носик, покачать дитя на руках, прижимая к сердцу…

Умаявшаяся за день Ирма не проснулась. Зато отец, судя по звукам, взял малышку из колыбели и вынес в гостиную, затворив за собой дверь в спальню. Забормотал что-то ласковое не слишком-то тихим шепотом. Кайя, не утерпев, накинула на плечи платок и выглянула из комнаты.

– Папа? ?де ты бродил так долго?

Отец вскинул на нее не совсем трезвый взгляд и устало потер глаза одной рукой, продолжая укачивать Маргитку на сгибе другой.

– У Эрлинга.

Кайя запнулась, замерев на мгновение. Но лишь на мгновение.

– Как он?

– Держится молодцом. Мы с ним немного выпили…

– Я вижу, - улыбнулась она.
– Он злится на меня, да?

– Нет, дочка, что ты, – запротестовал отец, неловко взмахнув рукой. – Эрлинг хороший парень. Он все понимает и не станет тебя донимать.

Маргитка на сгибе его локтя капризно захныкала. У Кайи в груди разлилась щемящая нежность при виде их обоих – крупного, по-медвежьи неповоротливого отца и крохотной, беззащитной малышки в его руках.

– Иди-ка спать, а я ее покачаю. Ступай, ступай, я потом принесу ее к вам в колыбельку.

Отец не стал спорить, передал младшенькую на руки старшенькой и устало провел рукой по глазам.

– И правда, что-то я сегодня уморился. Пойду спать. Доброй вам ночи, дeтки.

Он ушел в спальню, не затворив дверь; Кайя слышала, как грузно он опустился на постель. Слышала и вздох Ирмы – правда, недавно сморенная сном мачеха так и не проснулась. Сама же Кайя качала на руках младенца и тихо, едва слышным шепотом напевала колыбельные. Одна из них возникла словно из ниоткуда – просто мелодия, Кайя не помнила в ней ни одного слова. ?на ни разу не слышала такой колыбельной в Заводье… Может,так когда-то пела ей мама?

Маленькая Маргитка уснула. Кайя напевала, не замечая сама, как роняет слезы на детское покрывало. Не удержавшись, она склонилась над личиком сестрички и коснулась губами ее лба. Маргитка сладко пахла молоком, цветочной водой из купели и отчего-то ванилью.

Как жаль, что от недолгого брака со Штефаном у Кайи не осталoсь даже ребенка. В отличие от Дагмар. В то время, когда Кайя все еще приходила в себя после побоев и носила лубки на сломанной руке, Штефан выждал всего три седмицы – видать, чтобы сошли с лица следы кулаков бывшего тестя – и женился на дочери аптекарши, у которой, если верить сплетням городских кумушек, ещё даже не обозначился живот.

Любви к Штефану уже давно не осталось, если она вoобще была. Но горькая обида на вероломного бывшего мужа все еще продолжала душить Кайю с неистовой силой. Всего за год он отобрал у нее все – собственное достоинство, умение радоваться жизни, доверие к людям, не говоря уже о приданом, да ещё и оставил с пустым чревом, словно выбросил сорванный, увядший и никому уже не нужный цветок.

– Своих тебе надо.

Кайя вздрогнула и обернулась. Сонная Ирма, кутаясь в платок, стояла на пороге спальни и не сводила глаз со своего младенца.

Но не отбирала.

Кайя, помедлив немного, не без сожаления отдала ей малышку.

– Своих у меня не будет.

– Глупости.
– Плотно сжатые губы Ирмы расслабились, когда она нежнo покачала ребенка у груди, и даже дрогнули в улыбке. – Если не получилось с одним мужем, это не значит, что не получится с другим.

От ее слов в груди рвано заколотилось сердце,и Кайя вскинула голову, словно защищаясь:

– Я не хочу замуж!

– Тише, - испуганно оглянулась Ирма.
– Отца разбудишь. Никто тебя в шею не гонит. Я слышала, что он сказал. Можешь жить здесь хоть до седых волос.

Она вновь сердито поджала губы и повернулась, чтобы уйти в спальню, но Кайя придер?ала ее за локоть.

– Скажи мне, чем я тебе так мешаю? Я ведь всегда помогала тебе с хозяйством,и с ребенком могу помогать. Нет такой работы, которой я не могла бы сделать в этом доме, так почему же я для тебя всегда словно кость в горле?

Ирма перевела на нее темные, полные невыразимой усталости глаза,и губы ее едва заметно дрогнули.

– С чего ты взяла? Ты мне вовсе не мешаешь.

Кайя сжала пальцы на ее локте еще сильнее.

– Это неправда. И мы обе это знаем.

Тепeрь уже Ирма вскинула голову, и растрепанная темная коса ее змеей скользнула по плечу.

– Кому нужна моя правда? Всякий раз, когда я ее говорю, вы оба – ты и твой отец – смотрите на меня волком. Я устала от этого, Кайя.

– А я устала от того, что ты ненавидишь меня! Скажи, за что?

– Ненавижу? – Ирма изумленно открыла рот.
– Глупая ты девчонка! Разве я тебя ненавижу? Я всей душой хочу, чтобы у тебя все на?онец наладилось в жизни. Да, Штефан оказался негoдяем, но разве это повод отказываться от своей судьбы? Ты молодая, у тебя еще вся жизнь впереди. Скажи, чем тебе Эрлинг не угодил?