Чтение онлайн

— И в тот момент мне не было стыдно, что люди меня защищали, — признается Питер. — Я радовался. Радовался, что они, сами того не зная, помогли мне избежать проблем, когда выставили Марти лгуньей и заставили ее извиняться передо мной. Вставать на колени и просить прощения за клевету. Прямо как как-то меня точно так же заставили извиниться перед Гарретом. Наверное… Наверное, это тот момент, которого я все то время ждал где-то на подсознательном уровне. Я мечтал, чтобы моя жертва однажды вот так же валялась у меня в ногах и просила прощения. Мечтал увидеть хоть кого-то на своем месте.

— А до этого подобного не было? — спрашивает Наталия.

— Нет, до этого ни одна моя жертва не вставала передо мной на колени и не извинялась. Марти стала первой. И в тот момент я как будто почувствовал удовлетворение. Почувствовал… Что желание насиловать начало слабеть. Само по себе. Словно… Я добился чего хотел. И я… Отомстил за себя. За всю боль, что пережил. Да, я тогда все еще не помнил, что со мной сделал Гаррет, но из-за случая с Марти у меня в голове произошла какая-то вспышка. Возникло чувство, будто что-то такое уже было. Было какое-то дежавю… Лишь сейчас я понимаю, что действовал в той или иной степени так же, как и тот мужик. Как все те парни и девчонки. Я… Я копировал их поведение. Говорил те же слова. Был в их шкуре. И только в этом случае чувствовал себя хорошо. Я больше не хотел любви и заботы. Я хотел мести и страданий. Для других.

— Надеюсь, ты хотя бы детей не трогал? — неуверенно спрашивает Эдвард. — Не причинял им вред?

— Нет, детей я не трогал. Никогда. Для меня всегда было дикостью то, что взрослый человек может вытворять такие ужасы с беззащитным ребенком. На месте которого был я сам.

— Ну а когда Марти встала перед тобой на колени, ты все еще продолжал это дело? — спрашивает Терренс.

— Начал делать это все реже и реже. Хотя после того дня удовольствия мне это уже не приносило. Скорее, это было дело привычки. Я привык выходить практически каждую ночь на так называемую охоту и выискивать жертв, которым не везло оказываться со мной на одной территории. Днем я никогда не занимался этим – только в темное время и в тех местах, где никто не смог бы мне помешать.

— Ответь, пожалуйста, на один вопрос, который меня очень волнует, — низким голосом неуверенно говорит Хелен. — Ты изнасиловал хоть одну девушку после того, как мы с тобой начали встречаться? Спускал ли ты штаны хоть перед одной?

— Нет, Хелен… — уверенно качает головой Питер. — Когда мы с тобой начали встречаться, я уже даже и не думал об этом. Никогда. Ни разу.

— Я хочу услышать честный ответ.

— Это честный ответ. Я тебе не вру.

— Ладно… — Хелен бросает напряженный взгляд в свою кружку с чаем, которую в какой-то момент берет со столика. — А когда ты сделал это в последний раз?

— В последний раз это произошло года три-четыре назад. Конкретный день вспомнить не могу, но в тот период мы с Даниэлем уже неплохо так сдружились. Точнее… Я решил все-таки дать ему шанс… Решил довериться… И мы с тобой уже познакомились. Можно сказать, я… Хотел остановиться ради тебя. Не хотел тебя разочаровывать. Не хотел, чтобы ты считала меня монстром. Хотя и понимал, что рано или поздно ты могла узнать правду.

— Надеюсь, у тебя не было мысли сделать это с нашими девчонками, — выражает надежду Терренс. — Если была – клянусь, я тебя придушу.

— Нет-нет, парни, не беспокойтесь. Я никогда даже и не думал трогать ни Ракель, ни Анну, ни Наталию. Девчонки с самого начала прекрасно ко мне относились и были очень добры и милы. У меня не было никаких причин на них агриться.

— А я? — округляет глаза Хелен. — Ты хоть раз хотел сделать это со мной?

— Насильно – никогда. Только тогда, когда ты начала мне нравиться как девушка. Тогда – да, мне было трудно не думать о том, что я хочу тебя.

— А когда мы с тобой переспали по пьяни, ты все еще насиловал девушек? Или в тот момент с этим было покончено?

— Я был близок к завершению. Уже хотел остановиться и стать лучше.

— Что? — сильно хмурится Даниэль. — В смысле, переспали по пьяни?

— Да было дело, — пожимает плечами Хелен. — Однажды я очень сильно поругалась с дедушкой и бабушкой, ушла из дома, позвонила Питеру и спросила, можно ли мне к нему приехать. Он согласился, а я по дороге заехала в магазин и купила бутылочку красного вина. Которое мы вдвоем и уговорили. Из-за чего мы опьянели и… На следующее утро проснулись в одной кровати не только с адской головной болью, но и абсолютно голые. И сразу догадались, что между нами что-то такое было.

По всей комнате раздается неодобрительный гул, пока Сэмми окидывает всех вопросительным взглядом.

— Вот это поворот! — восклицает Терренс.

— Ну ничего себе какие дела! — удивляется Даниэль.

— Эй, ты никогда нам не рассказывала! — возмущается Анна, легонько пихнув Хелен локтем в бок.

— Мы тогда еще были друзьями, — скромно признается Питер. — По-моему, прошло где-то полгода с момента нашего знакомства. Но мы перебрали с алкоголем и переспали. Я не отказался выпить, когда Хелен показала бутылку вина. Наоборот, мне показалось, это был хороший способ хоть немного снять стресс, которого в моей жизни было выше крыши.

— Нормально! — восклицает Эдвард. — А почему мы только сейчас об этом узнаем?

— Если честно, мы не очень любили вспоминать тот случай, — признается Хелен. — По крайней мере, я старалась о нем забыть. Когда мы были друзьями и думали, что между нами ничего не может быть. А когда проснулись утром, то и вовсе разругались. Да так, что потом несколько месяцев не разговаривали. И неловко было общаться, и дедушка Роджер заболел примерно через неделю после того случая. Было просто некогда. После его смерти прошло немного времени до того, как мы с Питером все-таки встретились. Точнее… Он подошел ко мне, когда я сидела на скамейке и плакала.

— Так вот почему… — догадывается Даниэль. — Вот почему Роуз несколько месяцев не хотел про тебя говорить и не общался с тобой.

— Ага, она сама пришла ко мне домой с бутылкой вина, явно будучи не против того, чтобы напиться в стельку, а я в итоге оказался виноват в том, что мы переспали, и наполучал за это кучу люлей! — возмущается Питер.

— По делу, милый мой! — вставляет Хелен. — Ты начал ко мне приставать и пытался поцеловать. И пялился на мою голую грудь, пока я спала.

— Не мог удержаться, пока рядом лежала красивая обнаженная девчонка.

— Да уж, даже не пришлось затаскивать девчонку в подворотню… — задумчиво произносит Эдвард. — Она сама пришла к тебе домой. А там осталось лишь споить ее, повалить на кровать, раздеть и вытащить своего дружка, который намеревался возвращаться из кругосветного эротического путешествия после того, как повидал и попробовал немало.

— Очень смешно, мистер Остряк! — изображает пальцами кавычки Питер.

— Ой, ну все, чувак, просто признайся, что ты наконец-то исполнил свою мечту отыметь свою подружку в хвост и в гриву, — медленно выдыхает Терренс. — И плевать, что она была в тот момент пьяна!