Чтение онлайн

Она завела мальчишку себе за спину, тем самым закрывая его от яростного врага. Но Джон стоял на своем и, оттолкнув ее подальше, оголил свой меч и направил в сторону Эда.

— Иди, если твоя жизнь тебе дорога! — сказал он, приставив острие к груди ребенка.

Переполненный страхом, Эд взглянул на Анну.

— Джон, нет! — вскрикнула она, боясь спровоцировать его на убийство.

Не отступая ни на шаг, мальчик устремил свой взор на вампира. Яркий желтый свет ненависти озарил лицо Джона, делая его шрам более заметным, а брови и волосы чернее.

— Ты не убиваешь детей, — тихо произнес он, словно делая вызов Джону.

Тогда, нахмурив брови еще сильнее, Джон усилил натиск оружия, причиняя боль храброму мальчишке, отчего он стал отходить назад и корчиться от колющего предмета. Неприятель не желал останавливаться: вокруг него будто настала тишина и темнота, он видел только жертву и предвкушал ее мучительную смерть, инстинкт и привычка убивать приказывали ему вспороть человеку брюхо. Его отвлек удар, который нанесла Анна, пытаясь защитить ребенка, после чего раздался громкий рев: оскалив пасть, черный волк отогнал ее от хозяина.

Вампир решил закончить начатое и избавиться от мальчишки.

Эдмунд упал на землю и, закрыв лицо руками, надеялся на пощаду. В тот же миг, решив разрубить его на две части, Джон поднял меч вверх, но не сумел его опустить из-за Аргуса, который, незаметно подлетев к мальчишке, обратил свои клыки против вампира. Поджав хвост и уши, он был готов защищать этого ребенка до последнего вздоха.

— Какого черта! — обомлел убийца, опустив меч и сделав пару шагов назад.

Он не боялся зверя, но то, что черный волк заступился за человека, привело его в шок, ведь это было впервые.

Когда хозяин зачехлил оружие, зверь отступил от мальчика и, подойдя к Джону, стал тереться об его ноги, прося прощения.

Вампир похлопал его по широкой спине, после чего Аргус скрылся, а Джон, осознав, что чуть не совершил ошибку из-за его инстинкта убийцы, отвернулся от людей и задумался. Он бы хотел извиниться, но ненависть к людям и гордость не позволяли сделать этого.

Щупая грудь ребенка, девушка спрашивала, чувствует ли он боль, но никаких ран на его теле не было, только разочарование и страх заполняли сердце Эдмунда.

— Возвращайся! — говорила Анна, подведя его к лошади.

Но мальчик все равно не желал оставлять ее одну и поэтому остался.

— Урод! Ты только и умеешь убивать тех, кто слабее тебя! — не выдержав, вскрикнула она, обращаясь к Джону, который стоял спиной к ней, — ненавижу тебя и весь твой род, вы — животные, нет, вы хуже животных! Тебя все боятся, кто ты такой, чтобы тебя боялись?! Я тебя не боюсь! Ты такой же смертный, как и все, и придет тот день, когда твоя голова окажется в мешке у одного из нашего солдата! Мы уходим, пусть твои братья приходят, мы защитим свой дом, а ты будешь лежать и гореть в большом костре вместе с ними!

Закончив, она подошла к лошади и, посадив мальчика в седло, стала взбираться вслед, но тут же почувствовала прикосновение рук вампира к ее талии.

Он поставил ее обратно на землю, но Анна стала бить его руками по лицу и груди, требуя, чтобы он отпустил ее.

— Спокойно! — повторял Джон, ухватив ее руки покрепче и прижав к себе так близко, что мог ощутить ее теплое дыхание.

— Пусти! — кричала она, пытаясь вырваться из его хватки, но вампир держал ее так сильно, что девушка не могла даже пошевелиться.

— Спокойно! — снова произнес он, глядя ей в полные ярости глаза.

Успокоившись, Анна перестала сопротивляться.

— Отпусти!

Глядя в ее небесного цвета глаза, Джон не хотел выпускать ее из своих рук, он будто забылся и окунулся в нечто такое, что не было знакомо ему раньше. Вскоре опомнившись, он ослабил хватку, тогда Анна, сделав пару шагов от него, сказала:

— Позволь нам уйти.

— Нет, — ответил Джон и посмотрел на Эдмунда, который все еще был в седле.

Достав зеленое яблоко из своего кармана, он кинул его мальчишке. Это и было его первое извинение, хоть никто об этом не догадывался.

Поймав фрукт, ребенок протянул его девушке, но, не смотря на голод, она отказалась.

Нелепо и непонятно выглядел со стороны вампир, стоя в тишине и не отрывая глаз от Анны. Его сердитый взор и нахмуренные брови можно было принять за ненависть, но в его сердце, на тот момент, ее не было. Его застывший взгляд прервал Эд, подошедший к девушке и протянувший ей яблоко.

— Я не маленький и я знаю, что в той миске был и твой завтрак, — сказал он.

— Нет, ешь, — говорила она, не желая брать его.

— Хотя-бы половину! — предложил Эд.

Тогда достав из кармана еще один фрукт, вампир протянул его Анне. Не думая, она взяла подарок и стала есть так быстро, что фруктовый сок стекал по ее щекам и пачкал одежду.

— Жевать не забывай! — произнес Джон.

Не обращая на него внимания, они продолжали уплетать еду за обе щеки, что выглядело смешно и нелепо, но вампир, наблюдая за ними, ни разу не улыбнулся, по его мнению, это казалось отвратительным.

— Еще есть? — неразборчиво спросил Эд, дожевывая остатки.

Посмотрев на его слюнявый и грязный подбородок, вампир сморщился.

— Нет!

Видя, как они облизывают сладкий сок со своих рук, Джон подошел к жеребцу и взобрался в седло, приказав им следовать за ним.

Они мчались бегом, двигаясь за всадником. Время от времени вампир оборачивался, следя, чтобы те не отставали от него, ведь Демон быстрее и проворнее перепрыгивал большие корни деревьев, которые расстелились на их пути.

Крепко держась за руку девушки, Эдмунд не мог догадываться, куда ведет их Джон, но некоторые места, через которые простирался их путь, казались ему знакомыми.

Дорога была долгой и, чтобы вернуться до заката домой, им нельзя было останавливаться ни на минуту. Загнанные и уставшие лошади время от времени сбавляли ход, пытаясь отдышаться. Джон часто прислушивался к шепоту леса и звукам животных: он следил за тем, чтобы не наткнуться на отряды людей, иначе, ему бы пришлось снова убивать. Хоть он и любил убивать, но вампир знал, что этим может оттолкнуть Анну, поэтому, услышав любой шум со стороны, он быстро менял направление, обходя стороной незваных гостей.