Чтение онлайн

– Ань, ты меня пугаешь. Что? Не тяни.

Как, боже мой? Как, ну как это сказать?!

– Нам... нам... нам нужно... расстаться...

У Макса был такой вид, будто его окатили ледяной водой.

– В смысле? Почему?

Глаза защипало.

Ненавижу себя.

– Прости... я... я... ошиблась...

Господи, как же больно. И противно. Мерзко. От самой себя.

– Ошиблась? То есть? В чём?

Макс смотрел на меня удивлённо. Изумлённо. Он ничего не понимал, а я не могла ничего объяснить, не вдаваясь в подробности. Оставалось лишь врать.

– Я... у меня... ты мне как друг... прости...

Какая же ты тварь, Вавилова. Дрянь. Отвратительная. Лицемерная. Сука.

Макс молчал. Просто смотрел и молчал. И это было хуже всего. Лучше бы разозлился. Обозвал как-нибудь. Оттолкнул, в конце концов! Но он просто стоял и обнимал.

Пена для бриться. Одеколон. Чистая футболка.

Больно, как же больно!..

– Прости... я...

Но Макс перебил.

– Ты уверена?
– Он говорил спокойно, но на улыбку, пусть даже вымученную, уже не было и намёка. А взгляд... Ножом по сердцу.
– Если это из-за учёбы - так чёрт с ней. Давай куда-нибудь сходим. Куда хочешь.

– У-уверена...
– По щекам хлынули слёзы.
– Я... прости... не знаю, почему так... но... не могу...

Он снова замолчал. Снова просто смотрел. А я... Господи, какой же дрянью я себя чувствовала! Сделать больно близкому человеку. Намеренно! Родному, другу, брату!

Хоть бы сердце разорвалось! Невыносимо!

Не выдержав, я бросилась Максу на шею.

– Прости!..
– Плевать, что вокруг куча народу, что на нас смотрят. Больно, больно!..
– Я... я не хотела!.. Прости!.. Пожалуйста!..

Он обнял меня крепче. Молчал. Я рыдала.

Всё, что угодно... Боже мой, всё, что угодно - лишь бы ему не было больно. А я заслужила. Так мне и надо.

Дав мне выплакаться, Макс поднял моё лицо за подбородок. Заглянул в глаза. Вытер слёзы. Улыбнулся.

– Не надо, Пумпон.
– Я чуть снова не разревелась.
– Всё нормально. Я... хм... в общем, я понимаю. Не плачь.

– Макс...

Снова ком в горле. Дрянь! Страдай! Заслужила!

– Не надо извиняться. Переживу. Не твоя вина.

– Ты... ты... прошу тебя...

– Ань, я тоже тебя прошу.
– Взгляд тяжёлый-тяжёлый, уставший, замученный.
– Не надо. Пусть всё снова будет как было. Идёт?

Я могла лишь кивнуть.

Убрав руки, Макс отстранился.

– Мне пора. Если что, звони.

– Х-хорошо...

И он ушёл.

А я стояла и смотрела. Опять слёзы. Боль. Пустота. Омерзение от самой себя.

Впереди ещё две пары, но мне уже было не до учёбы. Спустившись по лестнице, я почти выбежала из корпуса, из института. Дошла до метро. Приехала домой. Рыдала до вечера. Выла. Потом пришла мама. Села со мной, выслушала. Попыталась утешить. Говорила, что я не виновата, что не знала. Легче не становилось. Слёзы уже кончились, но всё равно трясло. Порция успокоительного. Мама не уходила. Гладила по голове, уговаривала лечь спать. Я не хотела. Больно. Лучше застрелиться. Если и уснуть, то навсегда. Но потом всё-таки сморило.

На следующий день я хотела остаться дома, но потом всё равно поехала на учёбу. Сидеть в пустой квартире - ещё хуже. В институте чувствовала себя каким-то лунатиком. Сомнамбулой. Хожу, сижу, ем, говорю. Но всё как во сне. Пытаюсь слушать лекторов, что-то записывать. Но отвлечься не получается. Никак. Все мысли только о Максе. И даже боли уже нет - пустота. Дыра. Через которую в душу снова рвётся ледяной ветер.

А ведь я не любила Макса по-настоящему. Не успела. Может, если мы бы встречались дольше, если бы не этот проклятый Белозерский со своей свадьбой... Хотя какая теперь разница? Как есть, так есть. Надеюсь, Макс меня простит. Надеюсь, ему не очень больно. Не так, как мне.

Сколько всего уже случилось? За какой-то месяц! Когда же это кончится? Сил совсем нет...

Прошло ещё несколько дней. Евгения Фёдоровна с помощницами работали, не покладая рук - платье скоро будет готово. Мама как-то заикнулась по поводу макияжа и причёски, но дальше слов дело не пошло. Ну и ладно. Плевать. Уж кому-кому, а мне всё это нужно в последнюю очередь.

Мне вообще ничего не нужно.

– Вавилова?

Поначалу этот день ничем не отличался от предыдущих. Будильник, завтрак, транспорт, пары. И всё как во сне, под гипнозом. Но когда я уже выходила с территории института, привычная схема дала сбой.

Около ворот меня остановила странного вида девица - эдакая помесь рокера и гота. Примерно с меня ростом, даже чуть повыше, худая, бледная. Ядерно-чёрный макияж, чёрные же волосы, кудрявые, с кроваво-красными прядями. Одежда тоже под стать: покрытая заклёпками косуха, кожаные штаны, высокие сапоги на пятисантиметровой подошве и с кучей ремешков. Разумеется, всё чёрное.

– Да.
– Не сдержавшись, я всё-таки смерила её взглядом.
– Вы что-то хотели?

Девица только усмехнулась - видать, нравится шокировать. Ну или хотя бы пытаться.

Хм, и где я её видела? Что-то очень-очень знакомое...

– Поглядеть на тебя, - бросила кудрявая, возвращая мне оценивающий взгляд.

– В смысле?

– В прямом.
– Не обращая внимания на прохожих, обошла вокруг меня. Да уж, без комплексов девочка. Интересно, ей хотя бы пятнадцать есть?
– Ты что, даже не перекидывалась ни разу?

Тоже оборотень. Однако.

Что-то я какая-то слишком спокойная.

– А тебе какое дело?

И злая.

– Интересно стало. Надо же поглядеть, что за овцу Игорь вдруг собрался делать своей женой.

Белозерский! Точно! Девица похожа на него. Как две капли. Дочь, что ли? Если да, то отец из "дяди Игоря" так себе. Мягко говоря.

Я мило улыбнулась.

– Солнышко, ты ошиблась. Это не детский сад, это институт. Тут много взрослых дядей и тётей. Иди домой, а то родители будут беспокоиться.

Девица чуть не зарычала. Руки сжались в кулаки, глаза загорелись - того гляди бросится. Пф, сама виновата. Нечего будить во мне мою маму. Чревато.

– Машка, я тебя убью!
– К нам вдруг подлетела ещё одна девица.
– Куда ты меня отправила?! Никого там не было, я же говорила! Ой, Анна Михайловна, - она повернулась ко мне, - извините, не сразу вас заметила. Юля, приятно познакомиться.

Я вскинула бровь.

– Что тут вообще происходит? Что вам от меня надо?

Фыркнув, кудрявая было снова открыла рот, но вторая её опередила: