Чтение онлайн

Диффузия глобальной мощи проявляется и в возрастании роли негосударственных субъектов, которые будут воздействовать на критичность как на локальном, так и на глобальном уровнях. Усилятся угрозы, связанные с распространением информационных и военных технологий, что позволит отдельным лицам и небольшим группам получить доступ к различным видам летального оружия, особенно к высокоточному и биологическому, к так называемой «грязной бомбе», способной создать радиоактивное заражение на больших участках местности, различным опасным химическим, веществам и кибертехнологиям. Таким образом, экстремисты и преступные группировки будут в состоянии нарушить государственную монополию на масштабное использование насилия.

Комплексное воздействие указанных факторов приводит к усилению роли нового типа конфликтов современности — ГВ и сопутствующим им ГУ, источниками которых могут быть как государства, так и другие субъекты. Особенностью этого вида угроз является их четкая направленность против заранее вскрытых слабых и уязвимых мест конкретной страны или отдельного региона, что обусловливает уникальный характер ГВ как нового вида современных конфликтов.

Для СЗ на границах России системообразующими являются такие понятия, как «критичность», «геополитические интересы», «геополитическая катастрофа», «геополитическая стабильность», «геостратегический паритет».

Глобальные, региональные и локальные объекты критичности

В ряде исследований в США в качестве локальных объектов критичности рассматриваются важные стратегические районы по всему периметру границ России — на Черном и Балтийском морях, в Арктике, на Дальнем Востоке, российские базы Хмеймим и Тартус в Сирии, вся западная граница РФ, а также Украина, Грузия, граница между Арменией и Азербайджаном. В перечень включаются и стратегические объекты, расположенные на внутренних территориях страны.

Черноморский регион считается центром конкуренции между Россией и Западом за будущее Европы. В числе военных мер в Пентагоне называют необходимым создание надежной и устойчивой военной системы сдерживания за счет развертывания передовых систем противовоздушной и береговой обороны в Румынии и Болгарии. По расчетам США, региональному сдерживанию способствует постоянное содействие Киеву и Тбилиси в развитии их боевого потенциала, военное освоение американцами территории Украины.

Военная активность США и НАТО у границ России возрастает. В несколько раз возросла интенсивность разведывательных полетов самолетов США и стран НАТО вдоль российских границ. Осуществляются полеты стратегических бомбардировщиков США — носителей ЯО в непосредственной близости от границ России. Летчики ВВС государств НАТО, не имеющих на вооружении ЯО, отрабатывают задачи применения атомных бомб по объектам на территории России и Белоруссии, что является нарушением Договора о нераспространении ЯО.

В 2021 г. в НАТО проведено более 20 учений, в том числе ежегодные крупномасштабные совместные многонациональные учения армии США в Европе и Африке Defender Europe 2021, направленные на повышение стратегической, оперативной готовности и совместимости между войсками США, их союзниками и партнерами по НАТО. Маневры и учебные мероприятия, проводившиеся с учетом подготовительного периода с марта по июнь прошли на более широкой территории, чем планировалось в 2020 г., в них приняли участие более 28 тыс. военнослужащих из 26 стран, действовавших почти одновременно на 30 полигонах в десятке стран.

Катализатором глобальной критичности являются крупнейшие за 40 лет учения ВМС США с говорящим названием Large Scale Exercise 2021 («Широкомасштабное учение»). Цель двухнедельных маневров, состоявшихся в августе этого года, — наглядно продемонстрировать мощь американского флота России и Китаю. Сценарий учений — глобальное противодействие США любому вероятному противнику по всему миру. Американцы опробовали новые тактические и стратегические приемы, отработали взаимодействие кораблей с палубной авиацией, проверили в деле передовое вооружение и технику.

География Large Scale Exercise 2021: Атлантика, Тихий океан, Южно-Китайское, Восточно-Китайское, Черное и Средиземное моря. В ходе учения отрабатывалось взаимодействие между корабельными соединениями, координация действий надводных, подводных и воздушных сил флота, проверялась надежность каналов обмена информацией. Также отрабатывались распределенные морские операции, развертывание передовых баз, действия вблизи побережья условного противника. Характерно, что для участия в учениях не были приглашены союзники и партнеры США — американцы решили продемонстрировать миру способность самостоятельно решать глобальные задачи.

Примером опасных манипуляций с локальной критичностью может служить также провокация британского эсминца Defender в территориальных водах России вблизи крымских берегов в июне 2021 г., попытки нарушения кораблями ВМС США морских границ России на Дальнем Востоке, создающие условия для перерастания локального конфликта в крупномасштабное военное столкновение.

Подобные провокации, которые постоянно устраивают США и их союзники у границ России, одной из целей имеют сместить психологическое бремя конфликта — опасение перед возмездием — с провокатора-агрессора и переложить ответственность на объект агрессии за реальную опасность эскалации военного конфликта.

Такая дилемма, свойственная англосаксонской дипломатии «двойных стандартов», создает ситуацию, когда оба варианта нежелательны («оба хуже»), и идет выбор по принципу «меньшего зла». Это ставит обороняющегося в положение, когда он может недостаточно отреагировать на неоднозначные провокации и тем самым рискует потерять контроль над стратегически важными пространствами по умолчанию. Или среагировать чрезмерно и вследствие этого рискует войной.

Выход из создавшейся таким образом непростой стратегической ситуации потребовал немалого дипломатического мастерства, которое в полной мере было продемонстрировано Кремлем, сумевшим оперативно оценивает критичность сложившейся обстановки и принимает правильные решения.

Говоря о вторжении британского эсминца в территориальные воды РФ у побережья Крыма, Владимир Путин указал на то, что Россия намерена в полной мере пользоваться инструментами стратегического ядерного сдерживания и не станет опасаться локальных военных конфликтов. «Даже если бы мы потопили этот корабль, трудно представить, чтобы мир встал на пороге Третьей мировой войны. Потому что те, кто это делают, знают, что не выйдут победителями из этой войны. Потому мы знаем, за что мы боремся», — сказал президент. Таким образом, Запад получил ясный посыл, что Кремль не остановится перед локальными военными ударами, поскольку не верит, что за этим последует серьезный ответ. «Запад слишком боится ядерной войны, чтобы адекватно ответить на локальные удары. И мы собираемся этим пользоваться» — именно так следует понимать заявление Владимира Путина.

А это означает, что в следующий раз в ответ на подобные провокации могут последовать не предупредительные выстрелы и даже не бомбометание по курсу, а удар по кораблю-нарушителю. И что последствий этого показательного удара Москва не боится.

На фоне роста военной активности Запада можно утверждать, что концепция СЗ в том или ином ее виде используется Вашингтоном для оказания глобального дестабилизирующего воздействия на ключевые страны и регионы, в первую очередь — на Россию и Китай, обострения всех видов критичности, проведения энергичной дезинформационной кампании по сплочению союзников и партнеров под предлогом эффективного реагирования на надуманные угрозы СЗ.