Чтение онлайн

• многослойная устойчивость: в основе сдерживания Североатлантический союз должен быть в состоянии противостоять немедленным потрясениям на линиях снабжения и коммуникациях, а также воздействиям в когнитивном измерении. Он должен быть готов к упорству в сложных ситуациях в течение длительного времени и быть готовым с нулевого дня;

• влияние и проекция силы: чтобы формировать среду в соответствии с ее сильными сторонами, включая создание вариантов и наложение дилемм на противников, Североатлантический союз должен проявлять инициативу, используя различные средства для достижения своих целей;

• интегрированная многосферная защита: угрозы, с которыми сталкивается Альянс, больше не относятся к какой-либо одной, поэтому совместный и гибкий подход к изменчивой среде необходим для защиты целостности Альянса от всех угроз, независимо от их происхождения или характера;

• многосферное (междоменное) командование: понимание команд в мгновение ока, отличительная черта великих генералов, может оказаться недосягаемым в многосферном и интегрированном боевом пространстве. Инвестиции в сотрудников, командное искусство, критическое мышление и смелые действия станут залогом успеха. Обладая необходимой манёвренностью, чтобы обеспечить развитие нашей войны в нужном темпе, Концепция ведения боевых действий НАТО будет позиционировать и использовать военный инструмент силы Североатлантического союза для создания и поддержания решающего военного преимущества, чтобы обеспечить дальнейший успех во все более сложной, взаимосвязанной и непредсказуемой среде безопасности в ближайшие десятилетия[28].

Требование обеспечить интегрированную многосферную защиту продиктовано осознанием опасности ГУ, с которыми сталкивается любое государство или коалиция. Такие угрозы больше не относятся к какой-либо одной, поэтому совместный и гибкий подход к изменчивой среде необходим для защиты от всех угроз, независимо от их происхождения или характера.

Прогнозирование в современных военно-научных исследованиях

Вопросы прогнозирования современного военного противоборства с учетом применения силовых и несиловых способов межгосударственной борьбы, развития военной техносферы традиционно занимают одно из центральных мест в аналитической работе ведущих аналитических центров России — Российского института стратегических исследований, Института Соединённых Штатов Америки и Канады РАН, Российского совета международных дел и некоторых других.

Разработка прогностических оценок отечественными учеными представляет собой исключительно важный фактор обеспечения национальной безопасности России в условиях ведущейся против нашей страны ГВ. Дело в том, что аналогичные прогнозы, выполненные зарубежными исследовательскими центрами, при всей их интересности нередко представляют собой попытку навязать России повестку, имеющую мало общего с интересами нашего государства. Это касается как исследований в военно-политической сфере, так и в военной и военно-технической сферах. В настоящее время стали сильнее вырисовываться определенные кризисные симптомы западной политической науки. Кроме того, объективная реальность чаще подменяется мифологемами, а зарубежные исследователи вынуждены писать свои труды следуя конъюнктурным и идеологическим установкам. Поэтому крайне важно оказывать под держку работе российских научных коллективов и отдельных ученых по проблемам обеспечения национальной безопасности.

В работах многих отечественных аналитиков подчеркивается, что враждебные России силы стремятся за счет ее развала разрешить многие мировые проблемы на выгодных для себя условиях. Такой подход опирается на один из известных законов геополитики: «Крупное, но слабое государство более других подвержено риску распада». Процессы глобализации создают особо благоприятные условия для проявления этого закона. Так, в материалах конференции Российского института стратегических исследований (РИСИ-2017) под редакцией Г.Г. Тищенко и А.В. Виноватых показано, что прежняя модель глобализации себя исчерпала, а взрывной рост новых технологий и инноваций формирует основы следующего технологического уклада, что потребует изменений в организации мирохозяйственных связей и глобальном управлении. Государство, которое сможет сформулировать модель развития, в наибольшей степени отвечающую будущим вызовам, получит возможность более гибко адаптироваться к грядущим изменениям[29]. Это утверждение в полной мере относится к адаптации политической, военной военно-технической сферы к вызовам вооруженных конфликтов XXI в.

Весьма полезными для проведения анализа военно-политической обстановки представляются разработанные группой ученых из Санкт-Петербургской Военной академии связи (А.М. Кудрявцев, А.А. Иванов, А.А. Смирнов) теоретические подходы к содержанию оценок в информационно-аналитической работе, связанных с характеристиками вооруженных конфликтов и малых войн новейшего времени, моделями оценки военно-политической обстановки, ВС, сложных геополитических узлов, способов определения критических, пороговых показателей существования (дееспособности) общества, государства, его ВС[30].

Внедрение предложенных и некоторых других разработок в практику аналитической работы безусловно послужит повышению качества прогнозирования и стратегического планирования вопросов обеспечения национальной и международной безопасности.

В условиях обострения международной обстановки вполне естественным представляется интерес исследователей к проблемам современных военных конфликтов. Аналитики пытаются ответить на следующие вопросы: «Где будет следующая война? Кто будет бороться и с кем? Почему это произойдет? Какие стратегии будут использоваться? Как организовать взаимодействие между разнообразными силами и средствами, стратегией и тактиками современных военных конфликтов?»

Однако ответы далеко не всегда бывают удовлетворительными. Министр обороны США Роберт Гейтс в своей речи в Военной академии США в Вест-Пойнте в 2011 г. признал: «Когда дело доходит до прогнозирования характера и местонахождения наших следующих военныхдействий, таких как в Гренаде, Панаме, Сомали, на Балканах, в Гаити, Кувейте, Ираке, и многое другое, мы понятия не имели, за год до любой из этих миссий, что мы будем так заняты».

В 2020 г. корпорация РЭНД разработала для Пентагона ряд прогностических докладов по военным вопросам. В докладе «Будущее войны в 2030 г.» утверждается, что список американских противников, вероятно, останется фиксированным, но состав союзников США, вероятно, изменится:

• Китай, Россия, Иран, Северная Корея и террористические группировки останутся главными противниками США;

• растущее влияние Китая скорее всего изменит список союзников США в Азии, поскольку страны застрахуются от китайской власти;

• в Европе воля и способность традиционных союзников США участвовать в силовых акциях, особенно за рубежом, вероятно, уменьшатся.

При этом Соединенные Штаты в 2030 г. могут постепенно потерять инициативу диктовать стратегические результаты и определять, когда и почему происходят войны будущего.

Вероятными регионами следующей войны считаются Индо-Тихоокеанский, Европа и Ближний Восток, который представляется наиболее вероятным, хотя Индо-Тихоокеанский регион может представлять наибольшую опасность.

Будущие конфликты, вероятно, возникнут из четырех основных глубинных причин, а именно: борьба с терроризмом, конфликты в СЗ, асимметричные бои и масштабные вооруженные конфликты.

Подготовка к будущей войне требует повышения способности действовать на значительном удалении без соприкосновения с основными силами противника, повышать точность вооружения и военной техники с целью минимизировать сопутствующий ущерб. Все подразделения ВС должны будут расширить свои возможности в области ИВ, особенно для операций в СЗ, атакже широко внедрять технологии ИИ.

В другой работе РЭНД — «Вглядываясь в хрустальный шар. Целостная оценка будущего войны» — в числе важных военных тенденций отмечается изменения в тактике, которую противники используют для действий в СЗ, используя возрастающую агрессию, ИВ, посреднические силы и тайные ССО для достижения региональных целей, оставаясь при этом ниже принятого в США для обычного ответа. ИИ как класс прорывных технологий при использовании в военных целях должен широко использоваться как в обычных, так и нетрадиционных операциях.