Чтение онлайн

В конце июня к ним заглянул Дамблдор. Впервые за долгое время Седрик был напуган. Директор сообщил о происшествии в министерстве. Когда Седрик услышал о смерти Лиз, ему показалось, что его мир рушится, но быстрое уверение старика в том, что она выжила, только сбили Седрика с толку. Дамблдор снова пустился в разъяснения, а затем принялся уверять парня в необходимости еще больше держать в секрете его спасение. Ведь теперь война ведется открыто, а это значит, что опасность грозит всем и, в первую очередь, Поттерам. Рассказать он правду Лиз значило бы самолично подвергнуть ее опасности со стороны Волан-де-Морта. Но так же, это значило бы, что ему, Седрику, пришлось бы бежать и скрываться, как это уже сделали многие волшебники, попавшие под удар.

Седрик понимал всю серьезность и обоснованность слов Дамблдора и, не хотя, дал слово не высовываться.

Но буквально через неделю он пожалел обо всем, что наобещал. Он был в своей спальне, было около полудня, он сидел у окна в своем кресле и читал книгу. Какое-то глубинное внутреннее чувство заставило его поднять глаза и посмотреть на улицу. Он не поверил тому, что увидел – к их дому шла Лиз с букетом цветов. Внутри него все замерло, его рот безмолвно открылся, а глаза неотрывно следили за девушкой за окном. Она шла в длинном сарафане, ее рыжие волосы разлетались на ветру, от яркого солнца она щурилась, что всегда казалось Седрику очень милым. Она остановилась на секунду и посмотрела на дом. Парень тут же отпустил занавеску, которую отдернул до этого. Ему вдруг показалось, что она смотрит именно на его окно, он даже дыхание задержал, чтобы не выдать себя. Но вот, она прошла мимо… Седрик понял, куда она шла… Кладбище… Букет в руках – могильные цветы.

Взволнованно он развернул коляску и выехал из комнаты в коридор, где столкнулся с мамой.

– А я как раз к тебе. Ты хочешь…, - спросила она.

– Она здесь! – воскликнул Седрик. – Лиз здесь!

– Где? – испуганно заозиралась женщина. – В доме?

– Нет!

– О, Мерлин, ты напугал меня, - с облегчением сказала она.

– Лиз пошла на кладбище… Ко мне… на могилу.

– О, Седрик! – мама села на корточки и посмотрела на сына. – Она должна была когда-нибудь это сделать…

– Пригласи ее! – выпалил Седрик.

– Сюда? Мы не можем… Ты здесь…

– Пригласи ее, мама! Я обещаю, что буду тихо сидеть наверху. Она не узнает… Я просто хочу услышать ее голос, ощутить присутствие… Мама, - умоляюще попросил парень, держа свою мать за руку, - прошу…

– Ну, ладно, - сдалась она. – Только пообещай, что не выдашь себя, чтобы ты не услышал!

– Обещаю.

– Даже, если она будет умолять Господа вернуть тебя! Если будет плакать навзрыд! Ты не откроешь себя, обещаешь?

– Обещаю, - он опустил глаза.

– Хорошо, я приглашу ее на чай. Только лучше тебе перебраться куда-нибудь поближе.

Она спустила сына на первый этаж и оставила его в кабинет отца, что находился рядом с гостиной, а сама отправилась на кладбище за девочкой.

Седрик не знал, что делать. Внутри него все кричало, сердце бешено колотилось, гулом отдавая по ребрам, дыхание стало прерывистым и поверхностным. Он волновался, боялся того, что услышит, боялся, что не сдержит обещания и бросится прочь из кабинета, как только услышит знакомый голос. Прошла, кажется, вечность, прежде, чем он услышал голос матери:

– Лиз, проходи. Чай, кофе?

– Чай, спасибо.

– Чувствуй себя как дома, - женщина оставила ее одну.

Седрик понял, что его с Лиз отделяла только одна стена. Сейчас его воробушек, его девочка была совсем одна в гостиной. О чем она думала? Он не знал. Как же ему хотелось сейчас переступить через свои обещания. Но он знал, что тем самым мог ее погубить. Поэтому он кусал себе губы и старался не шевелиться, пока не услышал шаги, а затем и голос своей матери:

– А вот и я!

– Замечательные фотографии! – сказала Лиз.

– Я могу дать тебе одну из фотографий, - предложила миссис Диггори.

– Если вас не затруднит. Я бы очень этого хотела! – с признательностью отозвалась девочка. – У меня есть лишь фотография в медальоне, но она слишком мала. Я бы хотела поставить одну в рамку и…

– Конечно, Лиз. Напомни мне перед уходом. А пока сходи в ванную и помой руки. Вторая дверь у лестницы.

Лиз молча пошла в ванную комнату. Как только Седрик услышал звук закрывающейся двери, он выехал из кабинета.

– Мама, она хочет иметь мою фотографию у себя!

– А ну-ка вернись в кабинет, - тихо, но решительно потребовала женщина.

– Хорошо, только… Спроси ее обо всем… о школе, о «Пророке», обо мне…

– Обязательно.

– Мама… спроси у нее насчет парней… - от нерешительности Седрик опустил глаза. – Есть ли у нее кто…

– Ладно, - миссис Диггори тоже стало неловко.

Вдруг она услышала, что кран в ванной закрыли, вода больше не лилась, а значит, Лиз сейчас вернется.

– Прячься, - потребовала она.

От неожиданности Седрик поехал не в кабинет, а на кухню. Он не сумел вовремя вернуться т.к. услышал шаги. Лиз вернулась в гостиную, теперь ему придется прятаться здесь.

– Миссис Диггори, мне почудилось будто… вы с кем-то говорили? – спросила Лиз.

– О, это… это радио. Я обычно слушаю его, когда одна дома. Вот и пришлось его выключить, - нашлась миссис Диггори.

Усевшись в кресло поудобнее, Лиз рассказывала об ОД, об Амбридж, об исключении и последнем вечере в школе. Не упустила она и первого наказания у профессора ЗОТИ, рассказав, какую откровенную глупость они придумали, чтобы объяснить смерть Седрика.

Потом рассказ плавно перешел на СОВ. Лиз поделилась своими успехами, страхами и ожиданиями. А затем рассказала про Отдел тайн.

– Как ты могла умереть, Лиз? – ахнула миссис Диггори.

– Я и сама не знаю, как это вышло. Точнее, я знаю, почему умерла. Смертельное заклинание попало в меня, я чувствовала, как жизнь покидает мое тело, но я и понятия не имею, как вернулась. На той стороне я встретила своих дедушку с бабушкой. Они мне все и рассказали о выборе. Но знаете… Я думала… надеялась, что… Я очень хотела увидеться с вашим сыном, но… его там не было. Он ушел на более высший уровень… не знаю, как это объяснить. Я надеюсь, что там ему хорошо…

Лиз замолчала. Внутри у Седрика что-то ёкнуло. Впервые он слышал все это от нее.

– Я тоже хочу в это верить, - тихо сказала миссис Диггори.

– Миссис Диггори, - Лиз вдруг посмотрела прямо в глаза женщине, - я могу посмотреть на его комнату, если, конечно, она не…

– Конечно.

Миссис Диггори встала и пригласила ее наверх.

Пока они были наверху, парень пытался переварить то, что услышал. Он гордился Лиз, ее успехами, достижениями, борьбой. Она не сдавалась, билась до конца. Даже пожертвовала собой. Она надеялась, что на другой стороне встретит его, но не встретила. От ее разочарования и грусти, ему самому стало не по себе. Именно в тот момент ему хотелось закричать во все горло «Лиз, я здесь!», но он снова сдержался, глотая свою обиду на судьбу и злобу.