Воробушек по имени Лиз
Шрифт:
– Ты спросишь его напрямик?
– Нет, у меня есть план.
С этими словами Лиз покинула Большой зал.
***
Лиз не врала, когда говорила, что у нее есть план. Он действительно был. А заключался он в том, чтобы позволить Снеггу проникнуть в ее сознание. Точнее, увидеть то, что Лиз хотела ему показать. Сцена в классе. Он поймет, что она все знает, и не сможет отвертеться. Ему просто придется отвечать.
Подойдя кабинету, Лиз легонько постучала и зашла внутрь. Несмотря на то, что было еще утро, в кабинете профессора было темно, словно наступила ночь. Только несколько свечей освещали комнату.
– Доброе утро, профессор. Можно?
– Заходите, - бесстрастно произнес мужчина.
Встав из-за стола, он вышел вперед, на то место, где всегда начинал занятия. Лиз заняла место напротив.
– Итак, без лишних прелюдий, вы готовы начать?
– Конечно, профессор.
Лиз стояла ровно, глядя прямо в глаза Снеггу. Переняв его манеру, она смотрела бесстрастно и холодно.
– Легилименс! – произнес мужчина.
Как огромные стальные ворота открылось сознание Лиз. Сконцентрировавшись, ей удалось удержать мужчину у самого края ,чтобы перенаправить к нужному воспоминанию. Секунда… И вот они уже стоят в темном коридоре, прижавшись ухом к двери. Оттуда раздавались приглушенные голоса. Оба мужских. Нервный высокий и хладнокровный глубокий, казалось, им нельзя сосуществовать в одном пространстве, но они не только это делали, но и сплетались воедино в причудливом танце звуков.
Вся сцена заняла не больше нескольких минут, а затем, словно невидимая рука, схватила Лиз за локоть и вытащила на поверхность.
Тяжело дыша, Лиз с вызовом посмотрела на профессора. Они снова находились в кабинете Снегга, который сдержанно смотрел в ее сторону. Лиз искала в его лице хоть тень смятения или любой другой эмоции. Ничего… «Где бы я был, если бы не умел притворяться» - вспомнилось Лиз. Как верно было сказано. Она ждала… Ждала, что он что-нибудь скажет, но он молчал. Пауза затянулась. Девочка злилась. Молчание и те холодность и безразличие, которые царили в комнате, просто выводили ее из себя. Ей вдруг захотелось накричать на мужчину. Но она и рта не успела открыть, как Снегг повернулся к ней лицом, смерив строгим взглядом, и произнес резко:
– Вы, вероятно, ждете от меня комментария по поводу данной сцены?
Лиз продолжала молчать, неотрывно глядя ему в глаза.
– Я полагаю, это значит да. Ну что ж, к сожалению, дать того, что вы хотите, я не могу.
– То есть как?
– Вы, я уверен, уже сложили свое мнение о данном эпизоде, не так ли?
– Нет, не так! – отрезала Лиз. – Если бы все было как вы говорите, я бы не стояла сейчас перед вами, довольствуясь лишь догадками.
– Значит, они у вас имеются? – прищурившись, спросил Снегг.
– Допустим, - уклончиво ответила Лиз, опустив глаза.
– Посвятите меня?
– И не собираюсь! – чуть ли не крича произнесла Лиз. Поняв, что махнула лишнего (Снегг гневно сверкнул глазами), она добавила: - сэр.
Подождав одно мгновение, Лиз снова заговорила:
– Пострадала невинная девушка. И в этом виноват Малфой. Вы это знали, но сознательно умолчали.
– Откуда вы знаете об этом? Разве я или мистер Малфой делали признание? Или это одна из ваших догадок?
– Это было и так ясно из вашего разговора! – повысив голос, заявила Лиз. – Более того, вы предлагали ему помощь!
– В чем именно, мисс Поттер? – бесстрастно спросил Снегг.
Лиз открывала и закрывала рот. И правда, в чем помощь? Доказательств у нее не было.
– Так вот, пока вы не определились, в чем меня обвинять, скажу я, - его лицо стало мрачным и суровым. – Впредь не смейте требовать от меня объяснений, пока не узнали полную картину, - жестко отчеканил Снегг.
– Так я и хочу увидеть полную картину!!
– Повторяю еще раз: я не могу дать вам то, чего вы хотите. А теперь, прошу вас, покиньте мой кабинет. Занятие окончено.
Растерянная, сердитая Лиз отправилась к дверям, но на полпути резко обернулась.
– А что значит ваше «Где бы я был, если бы не умел притворяться»? – мужчина молчал. – Вы лжете всем, Дамблдору, я правильно понимаю? Или непреложный обет…
– Вопрос закрыт, - резко оборвал ее Снегг.
У Лиз вдруг все стало все на свои места, к ней пришло озарение.
– Я все поняла, сэр, - подчеркнув обращение, сказала она. – Видимо, я ошибалась на ваш счет. Ну что ж, спасибо, что открыли мне глаза на настоящего профессора Снегга.
Гордо подняв голову, Лиз развернулась, чтобы уйти.
– Элизабет…
Лиз от неожиданности замерла. Мужчина впервые обращался к ней по имени. В его голосе было что-то такое… живое, теплое, наполненное внутренней силой… эмоции… в нем были эмоции! До этого же только хладнокровие и рассудительность. Но сейчас, Лиз почувствовала, что что-то сломалось в тот момент, когда Снегг произнес ее имя. Некий барьер, разделяющий их, разводящий по разным лагерям. Он обращался не к кому-то по имени мисс Поттер, он обращался к ней. Она почувствовала, что вот сейчас, в этот самый момент, притворство, которое, несомненно, выказывали они оба, скрываясь под масками профессора Снегга и мисс Поттер, рассеялось, не оставив даже призрачной дымки.
Медленно повернувшись, Лиз увидела перед собой совершенно другого человека. Лицо мужчины из воскового стало подвижным, его щеки порозовели (чего Лиз никогда не замечала), а глаза горели безумным блеском.
– … я не могу сказать. Но, - он с поднял ладонь, прося Лиз, которая хотела было возразить, послушать, - я могу тебя заверить, что не собираюсь причинять вред кому-либо в школе. Более того, - он говорил с таким напором и горячностью, что Лиз просто слушала, молча глядя прямо ему в глаза, - и помогать тоже никому не стану. Я не могу объяснить, почему говорил те вещи вчера, но поверь, не для того, чтобы навредить кому-то.
Сказав все это, Снегг отвернулся. Лиз смотрела на его спину, не зная, что и думать. То, что он только что сказал ,а точнее, как он это сказал, заставило девочку поверить ему. Она поняла, почему тот отвернулся – вероятно, он стыдился своей несдержанности, проявленной только что. Поэтому, Лиз просто сказала «Я вам верю» и покинула кабинет.
***
Тяжело вздохнув, мужчина рухнул на стул. Никогда… никогда он не позволял себе ничего подобного. Если бы можно было вернуться на пару минут назад, он ни за что бы не окликнул девочку. Пусть лучше считает его злым, неприятным человеком, чем видит его хорошие стороны. Сейчас он понял, какую ошибку совершил. Снегг знал, чем закончится этот год, и его сегодняшнее поведение ставило под угрозу весь план. Пусть он и владеет окклюменцией в совершенстве, но девочка в экстремальных ситуациях еще не могла себя контролировать. Это значило то, что в будущем, она может подвергнуть их жизни и будущее риску.