Чтение онлайн

Девушка подошла к креслу-качалке, стоявшей рядом с кроваткой, присела и стала качать малыша. Ребенок не успокаивался. Тогда Лиз запела песню на французском, которую пела когда-то в туре еще до поездки в Хогвартс. Она была о бамбине, о малышке, ребенке, который живет в каждом из нас и, чем старше мы становимся, тем тоньше наша связь с ним.

Она запела тихо, нежно, осторожно, боясь напугать братика. Но тот раскрыл свои большие глазки и замолчал. Лиз не останавливалась. Чарльз ухватил ее за прядь волос и стал перебирать ее ладошками.

Ничего, кроме маленького пространства

Совсем, совсем маленький след

Маленькая боль, которая остается –

Все то, что ты презираешь.

Я занимаю свое маленькое место

И слезинкой я стираю

Земные воспоминания,

Оставшиеся в моей куртке.

Малышка, мне тебя не хватает,

Фотографии, которые преследуют меня, -

Это запахи улицы,

Куда я больше не хожу.

Твоим детским голосом

Я говорю о нас совсем тихо.

И когда это их смешит,

Меня это разрывает…

Потому, что ты видишь,

Я не похожа на тебя.

Я, скорее, похожа на ту,

Что взрослеет в тебе.

Малышка, мне тебя не хватает,

Фотографии, которые преследуют меня, -

Это запахи улицы,

Куда я больше не хожу.

Малышка, если ты жива,

Вернись! У меня все болит внутри.

Малышка, в этом теле

У меня бьется твое сердце.

Я жду тебя внизу, на улице,

Где больше не ходит автобус.

Я пою изо всех сил!

Ты увидишь, у меня все тот же голос!

Малышка, мне тебя не хватает,

Вернись! У меня все болит внутри.

Малышка, в этом теле

У меня бьется твое сердце.

Ничего, кроме маленького пространства

Совсем, совсем маленький след

Когда Лиз закончила петь, малыш Чарльз сладко спал у нее на руках. В доме затихли все звуки…

Лиз смотрела на его розовенькое, детское личико и наполнялась теплой и невыразимой нежностью к этому ребенку. Все у нее внутри пришло к гармонии и миру. Лиз осторожно встала и аккуратно опустила малыша в кроватку, а затем осторожно вышла из комнаты, где столкнулась с мамой. Та стояла прямо у двери. По ее щекам текли слезы, казалось, будто бы она с самого начала стояла и слушала Лиз.

– Чарльз спит, - спокойно сказала девушка.

– Хорошо, - ответила Лили, вытирая щеки. – Папа ждет тебя в кабинете.

Лиз ничего не ответила. Она сразу направилась вниз, предчувствуя худшее. Когда она вошла в кабинет, отец стоял к ней спиной, глядя в окно. Его руки были скрещены за спиной, так он казался Лиз неестественно старым и уставшим. Когда он повернулся на звук открывающейся двери, то не посмотрел на дочь, а сразу сел в свое кресло, жестом приглашая и девушку сесть. Лиз всегда здесь было неуютно, а этим вечером это чувство обострилось.

– Лиз, по приезду домой мы договорились о некоторых правилах, которые ты согласилась выполнять, - сухим деловым тоном заговорил Джеймс, - но, к сожалению, этим вечером ты нарушила самое важное из них.

Лиз даже не пыталась оправдаться.

– Я говорил, какое наказание ждет тебя за непослушание?

Лиз кивнула, не глядя на отца.

– Так вот, судя по тому, что спустя три дня после установки правил, ты их нарушила, мы с мамой решили, что на второй семестр в Хогвартс ты не едешь.

У Лиз все внутри оборвалось. Она медленно подняла глаза на отца и в ужасе переспросила:

– Как не еду?

– До конца войны Хогвартс для тебя закрыт. Оставшуюся половину семестра ты проведешь дома.

Лиз не верила своим ушам. Слова, сказанные отцом, не укладывались у нее в голове.

Похоже, он не шутит. А это значит лишь одно – битва для Лиз закончена…

Комментарий к Chapter 77

*”О, Боже мой!

Песни, исполненные Лиз:

Backstreet Boys – Show Me The Meaning Of Being Lonely

Lara Fabian - Bambina (Version Guitare Voix)

========== Chapter 78 ==========

Лиз, по приезду домой мы договорились о некоторых правилах, которые ты согласилась выполнять, - сухим деловым тоном заговорил Джеймс, - но, к сожалению, этим вечером ты нарушила самое важное из них.

Лиз даже не пыталась оправдаться.

– Я говорил, какое наказание ждет тебя за непослушание?

Лиз кивнула, не глядя на отца.

– Так вот, судя по тому, что спустя три дня после установки правил, ты их нарушила, мы с мамой решили, что на второй семестр в Хогвартс ты не едешь.

У Лиз все внутри оборвалось. Она медленно подняла глаза на отца и в ужасе переспросила:

– Как не еду?

– До конца войны Хогвартс для тебя закрыт. Оставшуюся половину семестра ты проведешь дома.

Лиз не верила своим ушам. Слова, сказанные отцом, не укладывались у нее в голове.

Похоже, он не шутит. А это значит лишь одно – битва для Лиз закончена…

Наступила долгая пауза. Лиз опустила глаза и смотрела себе на носки. Ей не хотелось ругаться.

– Это окончательное решение? – уточнила она, не поднимая глаз.

– Да, и…

– Хорошо, - бесстрастным голосом ответила Лиз. – Я могу идти?

Не дождавшись ответа, она вышла из кабинета. У двери Лиз столкнулась с мамой, та пыталась успокоить и поддержать дочь, но Лиз было все равно. Она медленно обогнула мать и направилась к себе в комнату.

Внутри у нее не было злобы, обиды или других разрушающих чувств. Ей не хотелось доказывать отцу, что опоздание произошло не по ее вине. Ей было все равно. Ей не хотелось громить все, что попадалось на глаза, кричать или плакать, Лиз приняла эту новость с молчаливым смирением. Раз так должно быть, пусть будет.

Лиз упала на кровать и уставилась на потолок. Забавно, она третий год живет в этой комнате, а ни разу не замечала, что потолок не белоснежно-белый, а серый. Она долго всматривалась в него, не зная, что хочет увидеть на самом деле. Ее глаза были устремлены в потолок тогда, как мысли витали за пределами комнаты.