Чтение онлайн

–  Я это проделаю, - сказал Питер. "Странно, - тут же подумал он, - сам только что слышал, как я это сказал, и все равно не могу поверить".

"Звездный Крест" у него уже имелся. "Не лезь в добровольцы, не лезь в добровольцы", - эхом разносилось у него в голове, словно какой-то внутренний цензор вдруг пробудился, пытаясь бешеным повтором загладить свое прискорбное опоздание.

С другой стороны, Редер уже почти год был пассивным объектом, который все кому не лень тыкали, щупали и лечили. Летчики-истребители любили сами чем-то заниматься, быть в действии, а не испытывать чье-то действие на себе. Такая черта изначально входила в свод их личностных характеристик и профессиональных способностей.

Менее безумными его намерения от этого не становились, но Питер все же находил некоторое утешение в том, что все это находилось в согласии с его внутренней природой. Так он, по крайней мере, надеялся. А кроме того, он был убежден, что именно это и следовало предпринять. Если бы на том корабле был его дядюшка, ему бы точно хотелось, чтобы кто-то за ним прогулялся.

Капитан Бетаб качала головой.

–  Нет, это невозможно. Вы приоритетный груз, коммандер. Я не хочу в дальнейшем быть вынужденной объяснять капитану Каверсу, почему я позволила вам покинуть корабль где-то между Луной и Антаресом. Вы, может быть, смерти ищете, но я вам тут не помощница.

–  Да в чем проблема?
– упрашивал Редер.
– Мне всего-то и нужно, что протянуть кабель туда, где датчики не перекрываются корабельным выхлопом, прицелиться, отстрелить грейфер и пригнать тележку обратно к "Африке". Будь тут у вас обезьяна, даже она с этим бы справилась.

–  Будь у меня на борту обезьяна, - раздраженно отозвалась Бетаб, - она бы уже имела свое задание и была бы слишком занята для подобных глупостей. А кроме того, вряд ли вы можете ожидать, что я пошлю кого-то, фактически голого, в открытый космос, где пираты кишмя кишат. Это слишком опасно!

–  Вы там кого-то видите?
– с вызовом бросил Питер. Она исподлобья на него посмотрела.

–  Они там, коммандер. Они все время там. И пока Космический Отряд что-то с ними не сделает, они так там и будут болтаться.

–  Будь я Космическим Отрядом, я бы первым делом с ними разобрался. Почему-то сопротивление Бетаб только укрепляло его решимость.

Капитан уткнула язык в щеку и внимательно его поизучала.

–  Я слышала, вы лихой истребитель. Похоже, вы твердо намерены это доказать. Как говорится, навести тут шороху.

–  Так точно, мэм, - с победной ухмылкой сказал Редер.
– "Камикадзе" мой позывной.

–  Охотно верю, - язвительно пробормотала Бетаб.
– И если с вами что-то случится, мне предлагается сообщить капитану Каверсу, что вы погибли во славу Космического Отряда. Ведь вы именно это мне предлагаете?

–  Я стопроцентно гарантирую, что капитан Каверс будет способен по достоинству это оценить.
– Питер привстал с сиденья и подался к ней.
– Но я вовсе не собираюсь погибать, мэм. Эта миссия предельно проста, и я не вижу причины, почему она не должна пройти как по маслу.

Бетаб немного пожевала нижнюю губу, затем резко кивнула.

–  Ну что ж, коммандер, раз вы так твердо настроены проверить, удастся ли вам продолжить вашу знаменитую победную серию - разумеется, мне известно про игру в "динамику", ведь это мой корабль, не так ли?
– то я вам такую возможность предоставлю. Лейтон, проводите коммандера и помогите ему со скафандром.
– Тут она повернулась к Редеру и протянула ему руку.
– Удачи, сказала она, обмениваясь с ним рукопожатием.

Питер был страшно горд тем фактом, что в приливе энтузиазма не сломал ей ни одного пальца.

Чистый восторг от грядущего противостояния, столкновения с опасностью, которого ему все последние месяцы недоставало не меньше утраченной руки, мигом вывел Питера на все десять десятых его боевой готовности. "Ну-ну, парень, - радостно подумал он.
– Это все-таки ремонтная тележка, не "спид". Для начала пусть будут всего три десятых".

А у него за спиной капитан Бетаб словно бы в беззвучном свисте вытянула губы и потрясла сильно помятой ладонью.

Грейферная тележка хранилась в самом углу гулкого как пещера пускового бокса. Огромный бокс был рассчитан на челноки типа "поверхность-орбита", когда "Африке" приходилось доставлять грузы на планеты, не оборудованные обычными орбитальными мощностями. Резкие прожектора превращали его в ослепительную пещеру, где белые стены были исполосованы различными стыковочными принадлежностями и трубопроводами с цветной кодировкой. Сама тележка была простым универсальным механизмом без герметичной кабины. У нее были две ручки, а между ними располагался приборный щиток; Редеру она порядком напомнила виденные в далеком детстве фотографии древних мотоциклов. На внешней стороне колонки управления у нее имелся крошечный встроенный грейфер, который в неразвернутом состоянии чем-то смахивал на пупок. За колонкой находилось сиденье, с одного боку от которого имелась полка с инструментами, а с другого - лазерный сварочный аппарат. Еще ниже было шесть широких магнитных колес из мягкого пластика для езды по обширной поверхности грузового корабля. Пара небольших ракетных двигателей в самом низу, докомплектованных совсем крошечными движками корректировки в шести стратегически важных положениях, позволяла тележке перемещаться в пространстве.

Наряду с другими ее возможностями тележка была разработана с тем, чтобы доставлять грейферный кабель за пределы облака частиц большой энергии, где его можно было нацелить с той точностью, которой при управлении с капитанского мостика на корабле с работающими моторами достичь было нереально. Кабель этот, являясь сверхпроводником внутри жесткой синтетически-матричной оболочки, выглядел совсем как гигантский садовый шланг с облепленной галькой поверхностью. Сам по себе он буксир не держал; он лишь служил проводником для того незримого силового поля, которое это делало.

"Наверное, как раз для таких оказий все это и было разработано, подумал Питер, снимая через голову рубашку.
– Весь фокус теперь будет в том, чтобы с "Квебеком" по скорости уравняться". Редеру предстояла одна из тех секундных операций, когда тебе хотелось, подобно навигаторам, воткнуться и взаимодействовать напрямую с машиной. "Вряд ли я когда-нибудь к такой операции по-настоящему буду готов, - с неловкостью подумал он.
– Я люблю "спиды", но чувствовать себя таковым мне как-то не по нутру".

–  Вы бы не переключили управление под левую руку, пока я переодеваюсь?
– попросил он Лейтона.

–  Конечно, - отозвался тот.
– Сейчас, только за набором схожу.

Стягивая с себя брюки, Питер почувствовал, как ткань обвисает от тяжести денежных ордеров в заднем кармане. Тогда он помедлил и немного поразмыслил. Ему вдруг почудилось, что, оставляя свой выигрыш на корабле, он оставляет там и свою удачу. "Чистое суеверие", - пожурил он себя.

Затем Питер принялся открывать один за другим все ближайшие шкафчики для хранения всякой всячины. Очень скоро ему повезло, и он с радостным восклицанием вытащил наружу моток изоленты. Карманным ножом он отрезал два куска и сделал из них крест, надеясь, что холод на эту ерунду не повлияет. Затем Питер, совсем как в сказке про репку, потянул из заднего кармана брюк пачку денежных ордеров, и так и сяк дергая проклятый пластик. "Ну, давай же, - умолял он.
– Лейтон вот-вот вернется, и я тогда полным идиотом предстану. Вылазь оттуда, черт тебя подери!" Пачка внезапно подалась и, понятное дело, тут же рассыпалась по полу. "Вот спасибо, -мысленно пробурчал Питер.
– Так уже лучше". Ползая на коленях и собирая ордера, он яростно клял себя за то, что перестать придуриваться и сдать их на хранение Лейтону просто выше его сил. Наконец он собрал все свое богатство и изолентой присобачил его к грейферной тележке чуть выше того места, куда должны были упереться его ноги.

"Ну вот, - подумал Питер, несколько раз на пробу дернув за пачку. Похоже, годится. Надеюсь, он не заметит". Затем он с сомнением взглянул на достаточно очевидную нашлепку.

"Он как пить дать неверно меня поймет. Гм. С одной стороны, я не хочу, чтобы он ушел с мыслью о том, что я считаю его способным на воровство, а с другой, мне не по вкусу, чтобы он заподозрил, будто я в амулеты верю". Он еще немного поколебался. "Вот незадача. Вообще-то я чувствовал бы себя уверенней, если бы они со мной были. Своего рода гарантия безопасности из восьмисот пятидесяти кредиток". Остальной его выигрыш был засунут в шкафчик под койкой. "Так ты прикидываешь, одна половина другую к себе призовет? саркастически спросил он себя. И тут вызывающе упрямая, мальчишеская его часть вдруг отозвалась: - Ну да? А что в этом такого?"