Чтение онлайн

Умный мужик. Знает, когда лучше промолчать.

Карета остановилась у края дороги, колёса глухо скрипнули по утрамбованной земле. Мы спрыгнули на траву, примятую множеством колёс и копыт. Она была сухая, хрустела под сапогами, и от неё шёл слабый запах пыли и увядающих трав. Вечерний воздух холодел быстро, и я почувствовал, как по рукам пробежала лёгкая дрожь — не от страха, а просто от перепада температуры после душного нутра кареты.

Марек медленно и внимательно огляделся вокруг, поворачивая голову по секторам, как учат разведчиков. Холм справа загораживал прямой обзор на место, где поднимался дым. Роща слева от дороги давала хорошее укрытие для подхода, но одновременно в ней мог сидеть выставленный дозорный, если нападавшие были достаточно умны. Поле впереди было открытым и голым, без единого кустика — нас там заметили бы за километр.

Капитан проверил, куда падают длинные тени от деревьев в свете заходящего солнца, с какой стороны свет будет бить в глаза, откуда противник увидит силуэты первыми. Просчитал, где лучше двигаться, а где остановиться и переждать.

Профессионализм в каждом движении.

— Идём через рощу, — сказал Марек тихо, почти шёпотом, хотя до места нападения было ещё добрых три сотни шагов. — Деревья там стоят плотно, укрытий хватит. Если что-то пойдёт не так и придётся драться — будет куда отступить и где укрыться от стрел.

Он вытащил меч из ножен медленным, контролируемым движением, не дав металлу звякнуть о кромку. Держал клинок вдоль ноги остриём вниз, но я видел, как пальцы легко и уверенно лежат на рукояти — в любую секунду он мог развернуть лезвие и ударить.

Мы вошли в рощу, и сразу стало темнее — кроны деревьев задерживали последние лучи заходящего солнца. Под ногами шуршала прошлогодняя листва, и Марек двигался так осторожно, будто шёл по минному полю. Каждый шаг проверял, прежде чем перенести вес. Каждые двадцать шагов замирал, прислушивался к звукам леса, оглядывался не только вперёд, но и назад, и по сторонам.

Земля была сухая, и на ней явно виднелись глубокие колеи от тяжёлых колёс, идущих в одном направлении. Марек присел на корточки и провёл пальцами по одной из борозд, потрогал землю, проверяя влажность и глубину следа.

— Три повозки прошли, — пробормотал он себе под нос, складывая картину в голове. — Или одна большая карета с тяжёлой охраной. Недавно, час назад максимум. Может, даже меньше.

Он поднялся, вытер ладони о штаны и посмотрел на меня. В глазах читалась готовность развернуться и уйти прямо сейчас, пока не поздно.

— Дальше идём ещё тише, наследник. И держитесь строго за мной.

Я кивнул.

Мы двинулись дальше, углубляясь в рощу, и запах дыма становился сильнее с каждым шагом. К нему примешивался ещё один запах — сладковатый, тошнотворный и очень узнаваемый.

Запах смерти.

Я напрягал слух, пытаясь уловить хоть какие-то звуки — голоса, крики, стоны раненых, что угодно. Но вокруг была только тишина, нарушаемая редким шорохом листвы под нашими ногами и далёким потрескиванием огня.

Слишком тихо. Слишком спокойно для места, где совсем недавно шла резня.

Либо все мертвы, либо нападавшие ещё здесь и ждут.

Мы обогнули холм, двигаясь от дерева к дереву, и я не задумываясь активировал дар. Это уже стало рефлексом, как проверка слепых зон перед ударом. За редкими стволами, сквозь листву, мерцали полупрозрачные надписи. Несколько человек. Живых.

Марек внезапно замер и поднял руку, сжав пальцы в кулак. Знак «стоп». Он застыл на месте секунд десять, и я видел, как напряжённо он прислушивается — голова чуть наклонена, глаза прищурены. Потом медленно кивнул себе и двинулся дальше, ещё осторожнее, ставя ноги так, будто под каждым листком могла лежать ловушка.

Когда мы вышли на край рощи, картина перед нами открылась во всей красе.

Богатая карета лежала на боку метрах в двадцати от дороги. Колёса торчали в небо, дверцы вырваны с петель и валялись рядом. Чуть поодаль догорали два обоза, испуская густой чёрный дым, от которого щипало в носу даже на этом расстоянии. Пахло паленым деревом, горелой тканью и чем-то кислым — то ли кожей, то ли пергаментом. Видимо, наёмники решили уничтожить улики вместе с багажом. Обстоятельные ребята.

Упряжь разорвана и брошена в траву. Кучер лежал лицом вниз в тёмной луже, которая уже начала впитываться в землю по краям. Спина утыкана стрелами — три торчали между лопаток, ещё одна в пояснице. Стреляли либо с расстояния, либо по убегающей жертве.

Два телохранителя в дорогих доспехах лежали чуть поодаль. У одного в рёбрах торчало копьё, и вокруг раны доспех был согнут внутрь от силы удара. У второго горло вспорото почти до позвоночника, голова запрокинута под неестественным углом, и кровь залила грудь целиком.

Вокруг стояли восемь человек в одинаковой кожаной броне коричневого цвета. Не разбойники — это было видно сразу. Разбойники носят что попало, кто во что горазд. Эти были экипированы как военная единица: одинаковое снаряжение, одинаковые ремни, даже мечи висели на одной высоте.

Крупный мужчина с уродливым шрамом через всё лицо — от левого виска до подбородка, толстый, давний — стоял над телом телохранителя и методично вытирал меч о край плаща мертвеца.

Остальные копались в карете и вокруг неё. Перебрасывались короткими фразами, перекидывали друг другу найденные вещи. Два кошелька, шкатулку, связку каких-то документов. Работали быстро, но без суеты. Как грузчики на рынке.

Я посмотрел на главаря и дал дару сделать своё дело.

«Фёдор Каменев. Возраст: 38 лет. Дар: Усиление удара, ранг C».

Пробежался взглядом по остальным. Ранги D и C, никого выдающегося. Середнячки. На поясах у всех одинаковое клеймо — стилизованный медведь, встающий на задние лапы. Где-то я это уже видел. Герб какого-то дома? Частная охранная гильдия?

Марек не рванул вперёд сразу, а присел за кустом и начал методично изучать обстановку. Считал людей, оценивал вооружение, смотрел, как они двигаются и взаимодействуют.

— Восемь, — прошептал он через минуту, наклонившись ко мне. — Все вооружены. Двое с луками, остальные с оружием ближнего боя. Главарь — тот, со шрамом. Видите, как остальные на него косятся, когда говорят? Слушаются.

Он помолчал, разглядывая их дольше.

— Это не шайка. Смотрите, как держат оружие, как стоят. У них есть порядок. Привычка работать вместе. Наёмники, наследник. Хорошие. Может, даже гвардейцы на левой подработке. Профессионалы, короче.

— Их цель ещё в карете, — сказал я тихо. — И ещё жива.

Марек бросил на меня быстрый взгляд, но вопросов не задал. За дни в дороге он, кажется, привык к тому, что я иногда знаю то, чего знать не должен.

— Тогда времени мало, — он снова посмотрел на наёмников. — Минута, может две. Дольше ждать не будут.