Чтение онлайн

«Мой спаситель». Красиво сказано. Очень красиво.

— Артём Морн. А это капитан Марек Ковальски.

Её глаза расширились, когда она услышала фамилию.

— Морн? — она повторила медленно, будто пробуя слово на вкус. — Из того самого рода? Одного из великих домов Империи?

В голосе появилось то самое благоговение, которое я слышал уже не раз. Репутация рода работала в каждом уголке Империи.

— Да, — подтвердил я коротко.

Не хотелось объяснять, почему наследник великого дома катается по дальним дорогам без свиты и охраны. Пусть думает что хочет.

Елена выпрямилась, и осанка стала увереннее. Словно моё имя придало ей сил и напомнило, кто она такая.

— Тогда позвольте хотя бы отблагодарить вас должным образом, — сказала она, и голос окреп. — Моё поместье недалеко, час езды максимум. Прошу вас, примите моё приглашение. Ночлег, горячий ужин, всё, что в моих силах предложить. Это меньшее, что я могу сделать для человека, спасшего меня от смерти.

Марек поймал мой взгляд и едва заметно качнул головой. Нет. Потом кивнул в сторону — давайте поговорим.

— Извините нас на минуту, — сказал я Елене.

Мы отошли к обломкам колеса кареты. Марек бросил последний взгляд на женщину, убедился, что она не слышит, и повернулся ко мне.

— Наследник, — начал он тихо, и тон был серьёзным. — Мне это не нравится.

— Что конкретно?

— Она, — Марек кивнул в сторону Елены. — Посмотрите на неё внимательно, без спешки. Её людей только что вырезали у неё на глазах. Она сидела в этой перевёрнутой карете и слушала, как умирают её телохранители. Слышала крики, стоны, звон мечей, хрип перерезанных глоток. Видела, как в них всаживают копья и стрелы. Понимала, что следующая — она. И всё это минут пятнадцать назад, наследник. Пятнадцать.

Он помолчал, глядя на неё.

— И что мы видим сейчас? Она спокойна. Нет, правда спокойна. Руки почти не дрожат — только когда она специально их показывает. Голос контролирует отлично. Слёзы вытирает резко, но всё равно как-то правильно. Даже поза идеальная — спина прямая, подбородок поднят. Как на приёме у герцога, а не на месте резни.

Марек потёр переносицу.

— Я долго пожил, наследник. Видел людей после настоящих потрясений. После боёв, после смерти близких, после того, как они чудом выжили. И точно знаю, что настоящий шок выглядит по-другому. Люди трясутся всем телом, зубы стучат, не могут двух слов связать. Кого-то рвёт от стресса. Кто-то впадает в ступор и просто сидит, уставившись в одну точку. Кто-то начинает истерически смеяться. Но они не контролируют себя — вот в чём дело. А она контролирует. Слишком хорошо контролирует.

Я посмотрел на Елену. Она стояла у кареты, глядя на тела своих людей. Достала из кармана платок — белоснежный, с кружевами по краям — и промокнула глаза. Движение было плавным и изящным.

Хм.

Марек прав. Это действительно выглядит слишком… правильно. Слишком красиво для женщины, которая пятнадцать минут назад ждала смерти.

Но с другой стороны, аристократки именно так и воспитаны. им с детства вбивают: держи лицо, контролируй эмоции, не показывай слабости. Может, она просто из тех, кто умеет собираться в критические моменты?

Я снова активировал дар.

Данные не изменились. Страх, благодарность, облегчение. Пульс девяносто два — снижается. Дыхание выравнивается. Всё физиологические показатели говорят об одном: она действительно пережила сильный стресс и сейчас приходит в себя.

— Дар показывает, что она напугана по-настоящему, — сказал я Мареку.

Капитан посмотрел на меня долгим взглядом.

— Наследник, с уважением, но я не особо доверяю магическому сканированию, — сказал он медленно, подбирая слова. — Магию можно обмануть. Артефакты, зелья, правильная подготовка — способов полно. А вот глаза и чутьё обмануть сложнее. И моё чутьё говорит мне, что с этой женщиной что-то не так.

Он помолчал, давая мне время переварить.

— Но решение за вами, наследник. Я просто высказал своё мнение. Дальше — ваш выбор.

Я стоял и думал, взвешивая аргументы с обеих сторон.

С одной стороны, Марек прав в своих наблюдениях. Двадцать лет при дворе, где каждый второй играет роль и носит маску, научили его видеть фальшь за километр. Его инстинкты выработаны годами и стоят того, чтобы к ним прислушиваться.

С другой стороны, у меня есть дар, который показывает эмоции и физиологию напрямую. Без интерпретаций, без догадок — чистые данные. И все данные говорят: женщина напугана, благодарна, испытывает облегчение. Всё как и должно быть.

Может, Марек просто параноит? Придворная жизнь делает людей подозрительными ко всему подряд. Они начинают видеть заговоры там, где обычная случайность. А Елена просто умеет держать себя в руках, как её и учили с пелёнок.

Но был ещё один момент, который склонял чашу весов.

Если мы поедем с ней в поместье, то получим информацию. О Корсакове, о ситуации в этих землях, о местных расстановках сил. Сидя в карете и продолжая путь в академию, мы ничего не узнаем. А чем больше я знаю о том, что происходит в Империи за пределами столицы, тем лучше.

И последнее. Какими бы ни были подозрения Марека, бросить её здесь одну, среди мёртвых тел и догорающих обозов, было бы просто свинством. Мы её спасли — значит, несём за неё ответственность, пока не убедимся, что она в безопасности.

— Едем с ней, — решил я.

Марек молчал несколько секунд. Лицо непроницаемо, но я заметил лёгкое напряжение в уголках рта и то, как дёрнулась бровь. Он явно не одобрял решение, но спорить не стал.

— Как скажете, наследник, — кивнул он коротко.

Мы вернулись к Елене. Она всё ещё стояла у разбитой кареты, обхватив себя руками за плечи, и смотрела на тела своих людей.

— Поместье час езды отсюда? — уточнил я.

Она кивнула, не отрывая взгляда от мёртвых телохранителей.

— Может, чуть больше. Дорога плохая после дождей.

— Тогда идёмте. Наша карета осталась у края рощи.

Марек взял её под локоть, помогая идти. Елена двигалась медленно, осторожно, будто боялась споткнуться. Ноги явно ещё не слушались после пережитого.

Когда мы вышли из рощи к дороге, кучер подскочил на облучке, увидев нас. Лицо осунулось, глаза бегали — явно провёл последние полчаса в напряжении, прислушиваясь к звукам боя и гадая, вернёмся ли мы вообще.

— Господа! — выдохнул он с облегчением. — Вы живы! Я уже думал… — он осёкся, увидев Елену. — А это…

— Всё в порядке, — сказал Марек коротко. — Открывай дверь.

Кучер распахнул дверцу кареты и отступил в сторону. Марек помог Елене подняться по ступенькам и устроиться на мягком сиденье.