Воспоминания (1915–1917). Том 3
Шрифт:
Опасаясь, как бы немцы не воспользовались неразорвавшейся миной, приказал саперам взорвать ее каким угодно способом, а опыты с миной произвести в ближайшие дни в поле.
На другой день вечером саперы отправилась к месту, где оставлена была мина. В течении всего дня было установлено наблюдение за этим местом из окопов и наведен был к этому месту пулемет, дабы не допустить немцев взять мину. Я очень волновался, как-то удастся саперам выполнить возложенную на них задачу, ведь мина была под носом у немцев и она могла взорваться от малейшего сотрясения при подходе к ней.
Я сидел у себя и томительно ждал результата. Около 2-х часов ночи раздался страшный взрыв и у меня даже в Юревичах в доме зазвенели стекла, а между тем до взрыва было 5 верст. Тотчас по телефону сообщили, что все обошлось благополучно. Немцы от этого взрыва очевидно ошалели и стали беспорядочно палить из всех своих пулеметов. Я приказал двум батареям открыть по ним огонь. В эту же ночь 26-й полк произвел удачную разведку, зайдя немецким постам в тыл, уничтожив один пост, а другой забравши в плен.
Вторую половину сентября я провел все время в постоянных разъездах, посещая окопы и объезжая батареи, резервы и тыловые учреждения. В большинстве случаев выносил весьма отрадное впечатление; но бывали и изумительные случаи добродушного отсутствия дисциплины, если так можно выразиться, среди стариков нестроевых, попавших на войну прямо от сохи.
Привожу мои два приказа, как результаты моих объездов:
«18-го сего сентября я посетил 2-й дивизионный лазарет и присутствовал у обедни.
Не могу не высказать того отрадного впечатления, которое я вынес во-первых, от самой службы, во-вторых, и от обхода священником палат больных после обедни, причем в каждой палате отец Алексей [479] читал больным Святое Евангелие и всем была дана возможность приложиться ко кресту.
При этом я также не мог не обратить внимания, что над каждой койкой висел небольшой образок – это тоже оказались заботы отца Алексея.
Высоко ценю такое выдающееся достойное подражания отношение к взятым на себя святым обязанностям священнослужителя 2-го лазарета, и выражаю отцу Алексею чувство моего глубокого уважения».
479
…отец Алексей, священник 2-го лазарета 8-й Сибирской стр. дивизии.
«23-го сего сентября я проезжал через северную окраину сел. Бол. Жуховичи и при въезде в это село обратил внимание на полицейского 26-го Сибирского стрелкового полка, который, находясь на посту, сидел у избы и крутил папироску. Я остановился против него, но и это не заставило его встать, он смотрел на меня и продолжал крутить папироску, когда же я его спросил, когда же он встанет, то он ответил: «Сейчас ваше благородие, только папироску скручу».
Только после моего окрика он подошел ко мне и все же под козырек не взял. Приказав ему доложить старшему, что командующий дивизией приказал его поставить под ружье на четыре часа по два часа с промежутком в два часа, я уехал.
Такое несение службы полицейских ставлю на вид начальнику гарнизона.
Начальнику полицейской команды прапорщику Бурнашеву [480] объявляю выговор. Прапорщика же Красовского [481] , в ведении которого находился этот стрелок, арестовываю на трое суток домашним арестом с исполнением служебных обязанностей.
Приказываю во всех полках обратить внимание на несение полицейской службы».
480
…Бурнашев, в 1916 – прапорщик, начальник полицейской команды при штабе 15-й стрелковой дивизии.
481
…Красовский, в 1916 прапорщик 15-й стрелковой дивизии.
Переход дивизии в Быкевичи
26-го сентября пришло приказание удлинить боевой участок моей дивизии на 4 версты, поэтому пришлось несколько изменить расположение дивизии и отдать для сего следующий приказ:
«27 сентября 1916 г. 20 час. Секретно
Приказ № 96 7-й Сибирской стрелковой дивизии
1. Противник продолжает занимать укрепленную позицию на западном берегу р. Сервечь.
2. Приказом по 3-му Сибирскому армейскому корпусу участок вверенной мне дивизии увеличить до г. дв. Осташин II-й включительно.
3. Приказываю:
а) Один батальон 28-го Сибирского стрелкового полка передать в распоряжение командира 26-го Сибирского стрелкового полка.
б) Командиру 26-го Сибирского полка в ночь на 29 сего сентября сменить батальон 29-го Сибирского стрелкового полка на участке: Рукавицы исключительно, г. дв. Осташин II-й включительно и упорно оборонять участок от г. дв. Осташин II-й включительно от дороги г. дв. Тугановичи – Рудаши.
4. Разграничительной линией между 7-й и 8-й Сибирскими стрелковыми дивизиями назначена: Рамейки, г. дв. Осташин II-й, Крыжеловщина, Радунь, м. Мир, выс. 87, 8, что в 2-х верстах северо-западнее д. Заямное, причем все пункты кроме д. Радунь для 7-й Сибирской стрелковой дивизии включительно.
5. Тяжелой и мортирной артиллерии, расположенной на участке вверенной мне дивизии поставлены следующие задачи: а) разрушать и уничтожать по моему указанию оборонительные сооружения, фланкирующие орудия, пулеметы и проч., мешающие производству наших усиленных разведок; б) участвовать в борьбе с батареями противника, причем артиллерийская группа, назначенная для этой цели приказом корпусу № 148 остается без изменений; в) обстреливать появляющиеся за пределами дальности легкой артиллерии резервы противника, передвигающиеся войсковые колонны и обозы и г) открывать заградительный огонь на заранее определенных участках по первому моему требованию.
6. Право требовать открытия огня тяжелой и мортирной артиллерией по всем вышеперечисленным пунктам предоставляю начальникам боевых участков вверенной мне дивизии; о сделанных распоряжениях докладывать мне.
7. Для производства работ по укреплению позиции ежедневно с 30 сего сентября наряжать:
а) на передовой плацдарм у Дробыши 2 роты от 25-го Сибирского стрелкового полка;
б) на Трацевичский плацдарм и тыловой по I роте (всего 2 роты) от 27-го Сибирского стрелкового полка из полкового резерва, что в лесу «Семерка»;
в) на укрепление 2 линии 1-й полосы на правом боевом участке один батальон 25-го Сибирского стрелкового полка;
г) для постройки моего наблюдательного пункта одну роту днем от 28-го Сибирского стрелкового полка по указанию командира 2-й саперной роты.
д) трем батальонам 28-го Сибирского стрелкового полка продолжать в Долматовщизне постройку для себя землянок, по окончании этих работ добавить от сего полка для работ 2-й линии 1-й полосы один батальон, считая в этом числе и вышеуказанную роту;
е) ротам полкового резерва 27-го Сибирского стрелкового полка левого фланга продолжать постройку для себя блиндажей по мере подвоза материала;
ж) в 1-й линии 1-й полосы продолжать работы по усовершенствованию позиции частями их занимающими по указанию начальников боевых участков.
8. Заместители: генерал-майор Панафутин и полковники: Кондра и Романов».
Одновременно пришлось изменить несколько и план обороны и представить его в штаб корпуса в следующем виде:
«План обороны позиции 7-й Сибирской стрелковой дивизии на участке Осташин II – Дробыши.
1) Общий план обороны позиций, занимаемых 7-й Сибирской стрелковой дивизией остается тот же, как и было представлено в соображениях 18 августа при моем рапорте № 145 (секретно) и сравнительно с предшествующим положением различие заключается в том, что дивизии увеличен фронт придачей участка г. дв. Осташин II-й – Рукавчицы, который удлинил фронт дивизии около 3 1/2 верст. Наступившая осень сделает долину р. Сервечь еще менее доступной сравнительно с постоянным ее состоянием, вследствие чего переход в наступление противника одновременно на всем фронте дивизии едва ли возможен. Зимой, когда вода станет, переход на широком фронте ожидать будет возможнее, но и это не на всем фронте дивизии, а только на более доступных сухих участках болотистой долины (против г. дв. Осташин II-й, м. Цирин, Быкевичи – Митропольщина), так как болотистый грунт вообще промерзает позже и неглубоко и всегда будет представлять затруднения и препятствия для движения крупных единиц и для наступления.
В виду этого характер общего наступления противника может носить характер нанесения ударов на наиболее доступных направлениях. Таковыми будет на новом участке направление на г. дв. Осташин II-й, а на остальном фронте уже указанные (№ 145) направления в зависимости от грунтовых условий и имеющихся дорог – 1) на д. Рукавчицы 2) Цирин; 3) Рудаши – Митропольщина и 4) у ф. Дробыши, где проходит дорога из Городище на Полонечку; кроме того части соседней 55-й пехотной дивизии здесь выдвинуты значительно вперед и противнику выгодно оттеснить нас обратно в прежние окопы.
На участке правофлангового батальона (Осташин II-й – Рукавщицы) наиболее серьезное направление на г. дв., так как пред ним и долина суше, и позиции противника ближе; неудобства обороны этого участка заключаются в том, что наиболее важная его часть наиболее удалена, находясь на крайнем правом фланге всего расположения. В виду этого рота участкового резерва поставлена за правым флангом, кроме того на этом же общем направлении находится корпусный резерв (в Долматовщизне), части которого могут подойти через 1 1/2 – 2 часа. Содействовать обороне этого участка могут 5-я легкая батарея одним взводом и 1-я батарея 3-го Сибирского мортирного дивизиона и 1-я 6-го Отдельного тяжелого дивизиона.
Здесь действия частей 7-й дивизии должны находиться в связи с действиями частей 8-й дивизии, так как более доступный участок долины против г. дв. Осташин II и I-й, а к югу от них она становится более болотистой и менее доступной.
Условия обороны остальных участков остаются те же, как изложено в плане, представленным при № 145.
2) Главную оборону позиции предполагаю сосредоточить на первой линии, так как:
а) эта линия хорошо оборудована и окопы приведены в хорошее оборонительное состояние;
б) начертание окопов на отдельных участках способствует взаимному обстрелу подступов;
в) обстрел хорош;
г) линия окопов продолжает приспособляться к отсиживанию от артиллерийской стрельбы;
д) в 1-й линии отдельные участки, как у Цирина, Грацевичский плацдарм передовой плацдарм у ф. Дробыши и тыловой плацдарм получили значительное развитие и являются сильными опорными участками всего фронта.
2-я линия первой полосы имеет только отрытые окопы и еще не одетые; линия еще не оборудована и оказывать на ней упорное сопротивление не представляется выгодным.
Bp. командующий дивизией
Свиты его величества,
генерал-майор Джунковский
И.д. начальника штаба
1-го октября я ездил в 8-ю дивизию на полковой праздник 31-го полка, опять как в 29-м полку мне была устроена целая овация и я сидел за завтраком все время как на иголках, боясь как бы эти овации не вылились опять в демонстрацию по адресу начальника дивизии, хотя я и успел принять соответствующие меры во избежание повторения того, что было в 29-м полку. Все, слава Богу, окончилось хорошо, после завтрака, когда я стал прощаться, меня офицерство хотя и вынесло на руках к автомобилю, но одновременно другая часть вынесла и начальника дивизии. Мы уехали одновременно и потому овации по нашему адресу были общие.
2 октября я присутствовал на спектакле в 28-м полку, где нижними чинами прекрасно поставлена была оперетка на украинском языке, было красиво, интересно, играли с большим подъемом, затем был еще маленький водевиль, полный юмора. Привожу программу:
Программа
любительского спектакля, устраиваемого учениками
музыкантской команды 28-го Сибирского стрелкового полка.
2 октября 1916 г. д. Долматовщизна
Начало в 18 час.
Представлено будет:
1. Хор под управл. ст. унт. оф. Похилого [482] .
482
…Похилый, старший унтер-офицер 28-го Сибирского стр. полка.
2. «Сватания на гончарiвцi» – Украiнcька оперета на 3 дii.
Сочинение Г. Основьяненко [483] .
ДIЕВI ЛЮДЕ:
1) Прокiп Шкурат (обiтатель з за Лопашi) Лежанский
2) Одерка (его жiнка) Русенко
3) Уляна (дочка (ix) Бычковский
4) Олексiй (крепа) Иваненко
5) Павло Кандзюба (обiтатель з за Харькiва) Арбуз
6) Стецько (сын его) Резников
7) Ociп Скорык (отставнiй москаль) Баумштейн
8) Тымiш (обiтатель з Зaiкiвкi) Жура
483
…Основьяненко – Квитка Григорий Федорович (псевдоним Основьяненко, 1778–1843), украинский писатель и драматург.
3. «Рыцарь индустрии» водевиль в I действии.
Сочинение А. Аверченко [484]
Действующие лица:
Цацкин (представитель разных фирм) Баумштейн
Хозяин дома Иваненко
Декоратор – Капустин
Суфлер – Сахаров
Режиссер – Сахаров [485]
4 октября получена была телеграмма от генерала Братанова, что он возвращается в дивизию – это было большим разочарованием для командира корпуса Трофимова, который не особенно долюбливал его и надеялся, что я останусь начальником 7-й дивизии. Для меня лично тоже известие о возвращении Братанова было немного неприятно – т. к. я очень свыкся с 7-й дивизией и чувствовал себя в ней полным хозяином, и в душе своей конечно надеялся остаться командовать ею на законном основании. С приездом же Братанова мне предстояло вернуться к роли бригадного командира, правда в родную мне 8-ю дивизию, но знал, что это ненадолго, т. к. я был аттестован на получение дивизии вне очереди и мне могли каждый день предложить дивизию, но какую, в этом был весь вопрос.
484
…Аверченко Аркадий Тимофеевич (1881–1925), русский писатель, сатирик, театральный критик, с 1920 – в эмиграции.
485
…Лежанский, Русенко, Бычковский, Иваненко, Лежанский, Арбуз, Резников, Баумштейн, Жура, Капустин, Сахаров – рядовые стрелки 28-го Сибирского стр. полка.
5 октября, в день праздника штаба 8-й дивизии, я ездил в Турец, куда штаб недавно перешел. Меня встретили радостно, все выражали удовольствие, что я возвращаюсь к ним. Начальник штаба произнес по моему адресу очень теплую речь. Редько также, приветствуя мое возвращение. За обедом подали депешу от моей сестры, которая вызвала бурю восторга, когда Редько, прочитав ее, предложил тост за ее здоровье.
Последние дни моего пребывания в 7-й дивизии были очень трогательны тем вниманием, которое все старались мне проявить. Я объехал все полки, и батареи, и некоторые тыловые учреждения дивизии, прощаясь с ними везде я чувствовал искреннее сожаление по поводу моего оставления дивизии.
6-го вечером Богодуховский отряд давал мне прощальный ужин, а 7-го числа, когда я пришел в обычное для ужина время в 8 часов в столовую штаба, то застал там всех начальников частей дивизии, врачей и сестер Елисаветинского и Богодуховского отрядов. Вся столовая была разукрашена, стол весь в цветах, это чины штаба устроили совершенно неожиданно для меня прощальный ужин. Было все так просто, искренно, сердечно, я был совершенно растроган. Оживление было полное, масса была речей неказенных, чувствовалась неподдельная искренность. Командир артиллерийской бригады, которому больше всех влетало от меня, т. к. я всегда бывал очень требователен к артиллерии, в своем тосте очень хорошо выразил мне благодарность за то, что я их ругал и ругал всегда за дело, что они очень ценили, т. к. видели в этом, что я принимал их недочеты близко к сердцу и не оставался к ним равнодушным. Только в три часа ночи разошлись, немцы к счастью не тревожили нас в этот день, на фронте была полная тишина.