Воспоминания (1915–1917). Том 3
Шрифт:
На другой день ждали генерала Братанова, но он приехал только в 3 часа ночи на 9-ое октября. Накануне его приезда 8-го я отдал по дивизии следующий прощальный приказ:
«3 октября 1916 г.
Приказ № 156 7-й Сибирской стрелковой дивизии.
Действующая армия
Оканчивая сего числа свое временное командование дивизией ввиду возвращения ее начальника генерал-лейтенанта Братанова и отъезжая к месту постоянной своей службы, я не могу не обратиться с несколькими словами признательности к моим ближайшим сотрудникам, делившим со мною все труды по командованию дивизией в течение более двух месяцев и оставивших во мне много дорогих воспоминаний. За это время частями дивизии произведены были огромные работы по укреплению позиций и постройке землянок и блиндажей. Сколько труда и сил было положено на это – учесть трудно, но факт остается фактом и я уезжаю спокойно, зная, что все части дивизии в настоящее время обеспечены теплыми, просторными и светлыми помещениями; осталось только, по получении достаточного количества материала, устроить деревянные нары, где они еще не устроены и тогда все будет сделано.
А сколько труда было положено по укреплению позиций, стоит только взглянуть на те сооружения, которые сделаны у Цирина, посетить плацдармы у Трацевичей и форварка Дробыши и тогда ясно станет, что полки 7-й дивизии сделали свое дело. Правда, много еще предстоит работ по укреплению позиции, дабы выполнить все указания нашего командира корпуса; работ хватит не только на осень, но и на зиму, т. к. вторая линия первой полосы находится, за отсутствием должного количества материала, а главное, полного отсутствия досок, в зачаточном состоянии, а работы по второму ходу сообщения на Дробышевском плацдарме займут по трудности и кропотливости работы время не менее двух месяцев, но я уверен, что все это будет выполнено, т. к. все же главная работа и самая трудная в первой полосе сделана.
Не могу не вспомнить и с глубокой признательностью лихие молодецкие поиски разведчиков полков дивизии, особенно 26-го Сибирского стрелкового полка, не раз увенчавшиеся успехом и заслужившие особого внимания и поощрения со стороны нашего командующего армией и командира корпуса.
Вспоминая сейчас при расставании моем с дивизией все вышеизложенное с чувством искренней признательности, я долгом почитаю от лица службы выразить моему ближайшему помощнику по командованию дивизией бригадному командиру генерал-майору Панафутину чувства моего глубокого уважения и благодарности за его помощь, оказанную мне, за все прекрасно выполненные им мои поручения и за его отзывчивость ко всем моим указаниям.
Артиллерии, в виду полного затишья за все время, при всем своем желании ничем не могла проявить себя, но все что только могла, в смысле наблюдения, пристрелки и т. д., было сделано и я приношу командующему бригадой полковнику Степанцову, командирам дивизионов и батарей мою сердечную благодарность: к моим указаниям с их стороны я всегда встречал полную готовность идти им на встречу. Командиров полков полковников Кондра, Романова, Бутенко и Соболевского от всей души благодарю за все, что я видел с их стороны в течение этих двух месяцев, за то сочувственное отношение ко всем моим распоряжениям, за ту действительную настоящую помощь, которую я чувствовал в них и которая мне давала спокойствие.
Дивизионного врача, глубокоуважаемого Арсения Ефимовича [486] , прошу принять мою задушевную благодарность за его более чем добросовестное и заботливое отношение к делу, а главное, за то, что он шел с открытым забралом навстречу моим требованиям не скрывать никаких болезней, как бы неблагоприятно они не отражались на отчетных статистических сведениях.
Вспоминая всех моих сотрудников, с которыми мне приходилось наибольше иметь дело, я не могу не остановиться с чувством особой признательности на вр. и. д. начальника штаба Генерального штаба капитане Афанасьеве. Временно исправлять должность начальника штаба, при временно же командующем дивизией – это крайне неблагодарная и трудная роль и выйти так блестяще из этого трудного положения, как вышел Анатолий Васильевич, большая заслуга. Для этого надо иметь много веры в свое дело, весьма развитое чувство долга и сознание той пользы, какую приносишь. Мне было легко и радостно с ним работать и я всегда буду вспоминать нашу совместную работу на благо 7-й дивизии с особенно теплым чувством. Вместе с капитаном Афанасьевым и я не могу обойти молчанием его ближайшего помощника по оперативной части штабс-капитана Фартушного, этого безукоризненного труженика и талантливого работника, который был украшением штаба.
Всех чинов штаба, состоявших на лицо в течение этих двух месяцев, благодарю за их добросовестное отношение к делу.
Командиру саперной роты капитану Арефьеву выражаю мою самую сердечную благодарность за его серьезное отношение к делу, деловитость, соединенную со скромностью, и за все его доклады, чуждые рекламы и очковтирания.
Дивизионного интенданта и командира дивизионного обоза благодарю за все ими сделанное по обеспечению продовольствием частей дивизии.
В заключение своего приказа от души желаю всем моим бывшим сотрудникам по 7-й дивизии – начальникам частей дивизии гг. офицерам, бригадному и полковым священникам, врачам и военным чиновникам, а также нижним чинам здоровья, благополучия, продолжения дальнейшей общей напряженной работы, направленной к одной общей цели – совершенствоваться, чтобы достигнуть скорейшей и окончательной победы над дерзким врагом во славу державного нашего вождя и великой нашей Родины.
Вр. командующий дивизией
486
Карсунского.
Мое возвращение в 8-ю дивизию
Братанов был поражен своим новым помещением – чудным домом, который я ему выстроил в Юревичах, рано утром 9-го числа мы обошли с ним все расположение штаба, я ознакомил его со всеми делами дивизии, по-видимому он остался очень доволен всем, что я ему оставил в наследство и даже, при всей своей сухости, поблагодарил меня. В 9 1/2 часов утра, напутствуемый им и всеми чинами штаба, я выехал верхом в свою родную 8-ю дивизий в Турец.
По дороге я заехал к командиру корпуса генералу Трофимову явиться по случаю сдачи дивизии и представил ему нижеследующий рапорт:
«Рапорт командиру 3-го Сибирского армейского корпуса.
Уезжая сего числа к месту постоянного моего служения и сдав командование дивизией ее начальнику генерал-лейтенанту Братанову, долгом почитаю донести, что работы по укреплению позиций 7-й Сибирской стрелковой дивизии в настоящее время находятся в следующем состоянии:
1) Дробышевский плацдарм.
Первая линия одета за исключением на двух флангах по 150 шагов, бойницы выложены во всей одетой части, а козырьками перекрыто около 350 шагов ( 1/3 всей линии).
Вторая линия только открыта с устройством траверса, за отсутствием материала не открыта вовсе. К этим двум линиям ведут два хода сообщения: правый закончен, сделан почти весь из мешков, остальная часть из дерева, мешков пошло 160000 (стоимость 96000 руб.), левый только начат, вырыто около 70 шагов и начата в дальнейшем выкладка мешками (осталось выложить мешками еще около версты, на что потребуется около 150000 мешков).
Впереди плацдарма установлен один ряд проволоки в 4 кола, примыкающий к проволоке 55-й дивизии слева и к проволоке впереди Трацевичского плацдарма вправо. Из 4-х кольев два заплетены по всему участку, а два еще в работе, оплетение должно быть окончено в 10-дневный срок.
Считаю совершенно необходимым довести до конца левый ход сообщения (три месяца), в первой линии докончить одежду (необходимо около 2000 досок, когда они будут, работа будет окончена в недельный срок) и козырьки (необходимо толстые доски около 2000, когда они будут, то работа займет дней 12) и во второй линии одеть крутости (когда будут доски около 10 000, то можно закончить в течение месяца).
2) Трацевичский плацдарм – весь оборудован, осталось одеть 150 шагов, доски имеются, и будет закончен через 5 дней. Проволока имеется, но для усиления предназначен еще один ряд в 4 кола – продолжение проволоки от Дробышевского плацдарма, работа эта будет делаться попутно и не задержит.
3) Тыловой плацдарм – открыта одна линия, но не одета. Необходимо одеть, весь обваливается, досок надо около 80000 и при наличии их работы не менее месяца – шести недель. Признаю эту работу крайне необходимой, без второй линии обойтись невозможно без большого ущерба для обороны и наступления.
4) Вторая линия первой полосы левого участка от 55-й дивизии до Рудаши. Земляные работа закончены, но все обваливается за неимением материала (досок), проволока частями. Полагал бы не задаваясь неисполнимым эту линию оставить, т. к. вторая полоса доходит местами совсем близко.
Желательным казалось бы устройство опорных пунктов: на левом фланге на стыке с 55-й дивизией, за Трацевическим плацдармом, за Митропольщиной и за Рудашами.
Но принимая во внимание, что справиться с этой работой совершенно непосильно, полагал бы ограничиться устройством укрепленных узлов на левом и правом флангах второй линии первой полосы левого боевого участка дивизии. С работой таких двух укрепленных узлов справиться было бы возможно, но и это потребует много материала и займет около 3-х месяцев.
5) Вторая линия первой полосы правого боевого участка от Рудашей до Цирина.
Земляные работы еще не закончены, остался участок от Рудашей до Тарасевичи, докончить предположено в течение месяца. Все осыпается, поэтому обязательно одеть весь участок, но на это потребуется от 20 до 25 тысяч. Чтобы одеть всю полосу, потребуется при наличии материала 1 1/2 месяца.
6) Вторая линия первой полосы правого боевого участка от Цирина до госп. дв. Осташин II. Земляные работы еще не сделаны на новом участке от Рукавчицы до Осташин II, а на всем участке линия не одета. Потребуется ввиду большого протяжения от 35 до 40 тысяч досок и при их наличии, считаю одновременно замляные работы и одежду крутостей потребуется около 2 1/2 месяцев.
7) На правом боевом участке конечно было бы желательным устройство опорных пунктов за Таросевичами, за Красным, за Цириным, за Рукавчицами и за госп. дв. Осташин II. Но задаваться этим было бы непосильным и труд оказался бы непроизводительным, т. к. справиться с этой работой нельзя было бы. Поэтому считаю, что на этом участке надо было бы ограничиться тем укрепленным узлом, который уже устроен у Цирина, несколько развив его в стороны в вглубь, а у госп. дв. Осташин II приспособить к обороне имеющиеся здания впереди окопов.
Из всего вышеизложенного видно, что все работы, мною намеченные, можно было бы докончить к февралю месяцу, но при получении 200000 досок и непрерывной усиленной работе.
Если б это удалось, то к февралю месяцу задача по приведению укрепленной полосы в хорошее состояние было бы выполнена.
Донося обо всем этом по долгу совести, должен доложить о выдающейся работе не за страх, а за совесть командира 2-й саперной роты капитана Арефьева и гг. офицеров роты, которые с исключительной добросовестностью выполняли все приказания и поручения по укреплению и усовершенствованию позиций дивизии.
Свиты его величества, генерал-майор Джунковский».
Трофимов меня принял очень любезно, наговорив мне кучу самых лестных слов по поводу командования мною 7-й дивизией и благодарил за все сделанное для дивизии, а на другой день отдал в приказе по корпусу следующее:
«Эвакуированный по болезни начальник 7-й Сибирской стрелковой дивизии генерал-лейтенант Братанов телеграммой за № 8979 донес, что он сего числа к дивизии прибыл и вступил в исполнение своей должности. В виду сего временно-командовавшему 7-й Сибирской стрелковой дивизией, Свиты его величества генерал-майру Джунковскому предписываю возвратиться к месту своего постоянного служения.