Чтение онлайн

– В высшем обществе свои законы. Да и не только в нем. Долг дочери – исполнить волю отца.

В задницу такого отца. Я-то думала, что мой – конченный придурок, а выходит, бывает и похуже. Нет, не зря его пристрелили.

– Как бы то ни было, но перспектива брака с Норбетом привела меня в ужас. И когда брат предложил… этот вариант.

– Вариант?

– Диксон любил меня. Он происходил из древнего рода, весьма славного, но не богатого, а потому отец отказал ему, когда он вздумал ухаживать. Я, честно говоря, не испытывала особых чувств… поначалу. Просто хотела спастись.

Ну да, старый пердун с сомнительным прошлым или молодой влюбленный офицер.

Сложно выбрать.

– Брат помог. Выбраться из поместья. Найти храм. Обвенчаться. Нас бы не обвенчали без него. Нужно согласие родителей, а он сказал, что разрешает, что… обстоятельства таковы… венчание должно быть срочным. И заплатил. Хорошо.

Надо же, а по тому дядечке и не скажешь, что он способен на поступок.

– Отец, когда узнал, избил его. И так, что… он долго болел. А после был вынужден оставить службу. Что-то там со спиной.

Мда.

Узнаешь тут.

– Я же… я вдруг оказалась не готова к тому, что… обо мне забыли. Разом. Подруги, которые прежде заглядывали в гости, больше не писали. И на мои письма не отвечали. И вовсе дали понять, что я теперь – нежеланная персона. Дом моего мужа оказался беден. Да что там… отец, пусть и был весьма жесток, но никогда не ограничивал меня в тратах. А тут… я старалась. Я все понимала, но я просто не умела вести хозяйство. Смешно. Я выбирала столовый фарфор подешевле, когда нужно было купить дрова или свечи.

На меня поглядели искоса.

А я кивнула.

– Ну да. Мы… мы тоже не особо… дрова – это всегда проблема.

Что еще сказать-то? Вот… вот как-то не увязывается у меня изящная леди Диксон с проблемой закупки дров на зиму.

– Я ведь думала, что и вправду экономлю…

– А ваш муж?

– Он служил. Он… он всегда был верен короне. И он все-таки мужчина. Мужчина, который с юных лет привык себя ограничивать. В корпусе довольно жесткое воспитание. В университете не лучше.

Вот-вот. И нечего мне там делать.

Совершенно нечего.

– Мы начали ссориться. Не знаю, чем бы это закончилось, если бы… у меня нет доказательств, что это его рук дело, но брат всегда был дружен с Его величеством… точнее тогда еще Его Высочеством. Настолько, что тот лично его навестил в… в болезни. И прислал целителей. Несмотря на то, что отец явно не обрадовался. Но спорить с Его Высочеством? Брата перевезли… в госпиталь. Военный. Под опекой короны… не важно, главное, что тогда он и пошел на поправку.

Нет, этот ублюдок, который затеял большую игру, неужели не пощадил бы собственного сына?

– А потом… потом Его Императорское высочество потребовал от отца мою долю приданого. Гарантированного, как оказалось, еще моей бабушкой.

– И вам выделили кусок пустыни?

– Это показалось издевательством. И да, мы отправились туда лишь затем, чтобы убедиться воочию…

– И нашли нефть.

– Не мы. Оказывается, она там близко к поверхности и порой выходит даже. Местные её тянут прямо из земли. Не скажу, что мы сразу в полной мере оценили находку. Я даже расстроилась. Что может быть хорошего в черной жиже? Но к счастью, с нами оказался весьма грамотный человек, друг моего супруга. Он и подсказал, что из нефти можно получать керосин. Да и в целом её как-то переделывают, а в итоге выходят такие вещества, которые нужны алхимикам. Извини, я в этом не слишком хорошо разбираюсь. Главное, что у него были деньги. И он вложился в наши земли. Так появилось предприятие и… и все начало налаживаться.

Хорошо.

Это почти как сказка со счастливым концом, даже лучше, потому что по-настоящему.

– Потом уже… когда я стала вдовой, отец действительно пытался поставить под сомнение мои способности управлять, но тут уже я сама… не только сама, но и Её императорское величество. И сам Император… думаю, на меня ему было плевать, но вот отдавать отцу еще и эти земли он не хотел. Так что все удачно получилось.

Это да. Только для кого?

Не для отца Чарли, если так. Но… не знаю, к лучшему ли оно или нет, мне сложно рассуждать о таких вещах, да и о человеке, которого я никогда-то и не видела. Был ли он хорошим или наоборот? Какая теперь разница-то?

– Как бы то ни было, но мне пришлось учиться. Многому. Управляющие… за ними тоже приглядывать надо. А для этого – понимать, что происходит. Заводы эти все… добыча, переработка. Оборудование. Счетные ведомости… сколько раз меня пытались обмануть, особенно, когда Гевин отошел от дел…

– Это…

– Друг моего мужа. Он мне очень помог в свое время. Особенно, когда я осталась одна… без него, думаю, я бы пропала.

Интересно.

– Его жена заболела, он вынужден был переехать. В Эрштон. К морю. Там климат подходящий.

Ну да, думаю, что именно в климате дело, а не в том, что этот самый Эрштон, как я подозреваю, находится за пару сотен миль от моей свекровищи. Чувствую, что все там не так просто было.

Чувствую и молчу.

Надо же, получается. Взрослею, что ли?

– Да, - свекровь словно почувствовала мои мысли и улыбнулась. – О нас пошли слухи. Не самого приятного свойства, хотя правды в них не было. Гевин чересчур благороден…

Мне показалось, или в голосе свекрови проскользнула тень сожаления? Конечно, показалось.

– Да и он был женат. А я… я не стала бы рисковать репутацией и расположением Его императорского Величества. Как бы там ни было, но я научилась многому. А заодно уж привыкла, что все теперь зависит от меня. И от некоторых привычек сложно избавиться.

Вздох.

А ведь и вправду. Ей, наверное, все это… я вот тоже все эти дела хозяйские терпеть не могла. Ладно, заводов у нас не было, но вот скотина имелась, которую надо было как-то обиходить. Корм запасти. Соломы. Хлев. Дрова те же самые… жуть.

– Спасибо, - сказала я осторожно.

– В свое время леди Эстервуд весьма… надеялась стать леди Диксон, - добавила она очень тихо. – Но её родители сочли, что есть более выгодный вариант. Однако она не простила ему этой женитьбы.

– И крови вам попортила изрядно?

– Да.

– А и меня вниманием не обойдет? Может, ну его, этот бал? Скажем, что у меня голова разболелась?

Оно, конечно, никто не поверит. И плевать.

– Боюсь, это будет означать поражение, - свекровь поднялась. – И слабость.