Чтение онлайн

И посмотрела так, что Эве стало неуютно.

– Гм… - профессор тоже смутился. – Думаю… это не относится к теме нашей лекции. Итак, стоит начать с самого начала. И определить в принципе, что такое дар.

Клуб.

И запах сигар, что пробивается через дверь курительной комнаты. Она приоткрыта и слышны голоса. Холл же почти пуст, разве что господин в черном костюме увлечен газетой.

И где Эдвин?

– Чарльз? – Чарли окликнули. – Рад, что вы отыскали возможность прибыть так скоро.

Господин сложил газету вдвое. Затем вчетверо.

– Прошу прощения?

– Мы лично не были знакомы, - Чарли протянули руку, которую он весьма осторожно пожал.

Белая перчатка.

Белый манжет.

– Но мне весьма настойчиво рекомендовали пообщаться с вами… так сказать, близко.

– И кто?

– Наш общий друг, - не моргнув глазом солгал господин. – Эдвин… весьма и весьма перспективный молодой человек, но как по мне – излишне… суетливый. И опять же, нельзя скидывать со счетов его работу.

– Простите…

– Марк, - представился господин.

Средних лет.

И среднего телосложения. Крепкий. Коренастый. Шея короткая и складочка кожи нависает над воротничком. Шейный платок завязан двойным узлом, мода на который давно прошла, но господину, кажется, плевать на моду.

Чарльз отметил крупные изумруды в запонках. И темный камень в булавке для галстука.

Сам костюм скроен по фигуре.

– Марк Скирби…

– Простите, но как-то не доводилось встречаться прежде.

И ни о каком Марке Скирби Эдвин не говорил.

– Может, продолжим беседу в более… уединенном месте?

– Несомненно, - сердце билось ровно.

Если не Эдвин стоит за этим человеком, а Эдвин не настолько глуп, чтобы посылать вместо себя кого-то, то кто?

Вариантов немного. И… не случилось ли то, чего Чарльз ждал?

– Вы бывали внизу?

– Боюсь, что нет. А тут есть… что это я, в этом городе в каждом доме есть подвал, - получилось несколько нервозно. – Давече вот писали, что в одном нашли… хотя вы, наверное, и сами знаете.

– О да. Это происшествие до сих пор мусолят все, кому не лень. Никакого понимания момента. Чернь на это просто-напросто не способна. Слышал, что ваш родич имел отношение… к случившемуся?

– Скорее ему повезло их найти. Если можно так выразиться.

Кивок.

И молчаливый служитель, которого Чарльз в упор не помнил, возник, чтобы подать знак.

Стало быть, вниз.

Сколько он лет в клубе? Много. Считай, как еще в университете приняли, так и числится, время от времени заглядывая. Раньше вот и частенько бывал. И представлялось, что он о клубе все-то знает.

Неприметная дверь за бархатным пологом, от которого слегка пахнет пылью и еще травами.

– К слову, поздравляю с женитьбой. Как здоровье вашей супруги?

– Отлично.

Надо бросить и возвращаться, но…

Там Орвуды. И Эдди.

И если это и вправду приглашение, то уходить как раз нельзя. Второго можно и не получить.

– Замечательно. Моя вот жена, достойнейшая женщина, постоянно жалуется на здоровье. Сколько себя помню, она все жалуется. И дочери… три дочери – это сложно. Кстати, вы пока…

– Нет.

Легкий кивок.

Одобрение?

О таком вовсе не принято спрашивать.

Лестница. Узкая. И темноватая. Газовые рожки горят еле-еле. А ступеньки высокие, неровные. Стены такие же неровные и влажноватые слегка.

– Когда-то в этих катакомбах скрывались первые поселенцы. Так говорят. Но признаться, я не слишком верю. Точнее верю, что прятались, но чтобы их создали… если у них был маг земли, который смог проложить путь в скалах, то что ему стоило просто-напросто поднять стены? Нет, это что-то иное, что возникло давно… очень давно.

Провожатый останавливается.

Снова дверь. И дерево поблескивает лаком. Изогнутая ручка. И магическая завеса.

– Прошу, - Марк касается ручки, и та беззвучно поворачивается, а следом и дверь скользит по красному-красному ковру. – Господа, а вот и мы… полагаю, вы изрядно заждались…

Чарльз переступил порог.

Почудилось, что теперь-то ему не позволят просто уйти. Но… и сейчас, если вдруг он захочет, все одно не позволят. Он уже увидел то, чего не должен был.

– Чарльз, позволь представить тебе наших братьев. И присаживайся, - Марк сам развернул стул.

Комната.

Большая. Пожалуй, если не смотреть на неровный потолок, оплывающий, словно камень плавили, можно поверить, что комната эта – самая обычная.

Стены укрыты панелями красного дерева.

На полу – ковер.

Мебель добротная, явно старая, но из тех, что воистину на века. Стол, накрытый зеленым сукном. Стопка карт на серебряном подносе. Фишки, брошенные небрежно, но в этом видится скрытый смысл.

Еще один стол. Бутылки. Бокалы.

Огромный глобус, на который набросили плащ, но тот наполовину съехал. Съехал бы и вовсе, но зацепился за серебряный рог, что торчал из полярной шапки.

Шкапы.

Стулья.

Люди.

Чарльз поклонился.

– Доброго дня, - сказал он.

– Вежливый, - заметил тот, что сидел ближе всех к выходу. Худой. Болезненно худой. С запавшими щеками, с костистым каким-то неровным носом. А вот губы бледные и столь тонкие, что кажется, будто их вовсе нет. – Авель.

– Каин, - произнес второй. Этот крепкий, полноватый даже. И костюм не скрывает его полноты. Он расстегнул и пиджак, и шелковый жилет яркого розового оттенка. Пухлые руки его легли на животе, а сам он выгнулся так, что было не понятно, как он вовсе сидит. – А с ним вы, полагаю, знакомы.

– Знаком, хотя… не имел чести быть представленным.

Чарльз узнал этого человека сразу. Сложно было не узнать того, кто единственный не прятался за маской.

– Джон, - произнес он. – Можете звать меня так.

А имена ненастоящие. Лица? Возможно, тоже. Чарльз не ощущает тока силы, но это ничего не значит.

– Вот и ладненько, - воскликнул Марк, хлопнув в ладоши. – Итак, господа, мы собрались здесь по вопросу весьма важному, можно сказать, не терпящему отлагательств. Чарльз, обычно мы присматриваемся к претендентам… испытываем их. Мы ведь должны понимать, с кем нас свели боги.