Чтение онлайн

Или нет.

– Смешная девочка. Эхтанон. Можешь звать меня так. Присаживайся.

Эва хотела спросить, куда, но тотчас пещера преобразилась. На полу возник ковер. На ковре – низкие странного вида кресла, без спинки, но с высокими подлокотниками, что слева, что справа.

Столик.

Блюда.

Фрукты какие-то… музыка заиграла.

– Это ты сделал?

– Я, - признался дракон, опускаясь на вытянутую то ли кушетку, то ли кровать. – Вы меня разбудили.

– Мне… очень жаль.

– Ничего страшного. Иногда я и так просыпаюсь. Все одно здесь больше нечего делать.

– А зачем ты послал тех птиц?

И одежды на нем… тоже будто платье женское, только короткое. Причем видны голые ноги. А это неприлично, выставлять перед всеми голые ноги.

Даже в призрачном мире.

– Из любопытства. Сюда давно никто не заглядывал. Так… духи, призраки. Мелкая суета.

Наверное, стоило чувствовать себя польщенной, если за крупную суету приняли.

Эва присела.

А вот от блюда отказалась. Вдруг да…

– Это просто сила, - дракон провел ладонью над тарелкой, и та стала туманом. – Сила может принимать любую форму.

Туман превратился в ворона.

А ворон – в персик.

– То есть… этого ничего нет?

– И есть. И нет, - дракон съел персик. И ни капли сока не вытекло на пальцы. Это потому что персик не настоящий? Или просто драконы аккуратнее людей? – Но тебе не стоит опасаться. Я не причиню вреда.

Почему-то не поверилось.

Совсем.

И дракон понял.

– Люди… недоверчивые создания. Мелкие. Суетливые… наглые безмерно. И ставшие хозяевами мира. Я просыпался… порой. И видел, как он меняется. Раз за разом…

Его глаза стали желты.

Как…

– Наше время ушло. И это, пожалуй, было закономерно… он все правильно сделал. Он дал нам свободу. Хотя мы и не оценили сполна этот дар… немногие хотели умирать. Это страшно. Чем дольше живешь, тем страшнее.

– А вы умерли?

– Умер, - дракон создал из ничего цветок и протянул Эве. Но брать она не стала. На всякий случай. Принцесса там или нет, но выглядел этот тип слишком уж подозрительно. Дракон усмехнулся.

И цветок исчез.

– А… а почему вы тогда здесь?

– Потому что не могу уйти.

– Но… вы хотите?

– Не знаю. Раньше – да. Но постепенно ко всему привыкаешь. Да и спал я большей частью… иногда мои дети приходили, чтобы позвать меня. А потом их не стало. И я уснул. Надолго.

Наверное, надо бы извиниться, что разбудили. Или нет? Эва ведь уже извинялась.

– Тот, кто был с тобой. Передай, что я хочу свободы.

– А… как?

Человек снова стал драконом, огромным и ужасным. Наверное. Потому что вживую Эва точно испугалась бы подобного существа и обязательно упала бы в обморок. А тут не испугалась. И даже захотелось потрогать его. Она и руку протянула, но тут же спохватилась.

Может, драконам не слишком по вкусу, когда их трогают всякие там малознакомые девицы.

Но он дохнул, и снова стало тепло. Вдруг появилось такое вот чувство, такое сложноописуемое, как будто ты дома. У камина. И теплый плед на коленях. А на столике – чай да апельсиновые булочки.

Книга.

Кошка.

И все-то хорошо. Эва даже зажмурилась.

– Хочешь, - спросил дракон, - я покажу тебе, как это было?

Конечно!

Но… стоило бы отказаться. А Эва кивнула. И когда дракон лег на землю, она почти без страха вскарабкалась ему на спину. Чешуя, к слову, оказалась теплой, а между чешуйками на хребте даже перышки прорастали, длинные такие и мягонькие.

Эва в них руки спрятала.

Дракон взмахнул крылами, и пещеры не стало. Зато появилось небо. Далекое. Высокое. И такое… такое… она не сдержала крика, не от страха, нет. Эву переполняло счастье.

Дракон засмеялся.

– Дитя… - он встряхнулся прямо на лету, но Эва не упала. А он, сложив крылья, рухнул вниз, к земле, которая где-то там, за облаками. И рядом с драконом даже мир стал иным.

Более цветным.

Живым.

Берег.

Море.

И призрак змея, который бьет крылами, силясь дотянуть до берега. И дотягивает, падает на самой границе, ломая крылья и хребет. А море накрывает его с головой, чтобы утянуть в темные глубины. Море и драконы никогда-то не были союзниками. Но в последнее мгновенье оно вдруг меняет решение, и темной шелестящей волной подталкивает дракона ближе к берегу.

И еще ближе.

А потом вовсе накрывает и выносит уже человека. К которому бегут другие люди.

Или не совсем люди.

– Когда все рухнуло, я… я был далеко от дома, - голос звучит в голове и в нем печаль. – Я… был стар даже тогда.

Надо же, а старым он не выглядел.

– И я помнил еще мир иным, более… справедливым. И нас, пытавшихся эту справедливость удержать. Потому мне было сложно, когда все снова изменилось.

Тоже странность. Они высоко, но Эве видно.

Все-все.

Человек, распростертый на камнях, и даже то, что камни эти потемнели от крови. Другие люди… нет, не совсем люди. Они больше. Тяжелее. Уродливей.

Орки?

Они бегут, спешат и, добравшись до берега, останавливаются. Первый, с копьем, заносит руку для удара, но второй перехватывает.

Спорят.

Яростно.

Едва ли не дерутся.

– Тогда оборвалась нить, связывавшая меня с городом, - дракон говорил спокойно. – И я готов был умереть.

Но вот спор утихает. И лежащего на кромке берега человека поднимают. Несут… куда?

Стойбище.

Прямо как в одном из романов. С домами из шкур и палочек. Сверху они кажутся смешными. С волокушами. Огромными косматыми бизонами, что паслись рядом. С кострами, орками, оркскими женщинами и детишками.

– Я долго пребывал на грани… и чувствовал, как они умирают. Все они. Те, кого я знал. И те, с кем связан был кровными узами. Я слышал их боль. Отчаянье. Я видел оковы города, закрывшего им путь. И я хотел помочь, но был бессилен. Я сам стал пленником.

– Орков? Как они… ты же дракон!

– Дракон, утративший суть, - поправили Эву. – Я ослабел. И оказалось, что вернуть прежнее обличье не способен. Да и не только… на многое не способен. И вдруг оказалось, что все те, кого я полагал… слабыми.

– Ничтожными?

– И это тоже. Что они сильнее меня. Меня…

Кормили.

И выводили из этого вот странного домика. Усаживали. Укутывали в шкуры. Странно опять же. Зачем он это показывает Эве?

И старика с длинной трубкой. Эва откуда-то знает, что пахнет от старика травами, что лицо его изрезали морщины столь глубокие, что само это лицо казалось сложенным из кусочков. Старик приносил горшочки со снадобьями.