Чтение онлайн

На платформе “Первомайской” собралось много народу. Подошел поезд. Ловко поработав локтями, я без особых проблем протиснулся к дверям. Внутри как всегда не только не было свободных мест, но и влезть смогли не все - многие остались на перроне. Когда поезд подъехал к “Электрозаводской”, часть пассажиров вышла, и я занял освободившееся место.

– Осторожно, двери закрываются, следующая станция - “Площадь Революции”, - прозвучал в динамиках вагона надоедливый женский голос.

Мелькающие за окнами вагона стены темного туннеля, покрытые толстыми проводами, вдруг вызвали ассоциацию, из-за которой в памяти всплыл забытый кусочек сновидения. Я вспомнил тот его фрагмент, где шел с женщиной по черному коридору. Поднажав на память мне удалось вспомнить сон немного дальше - до того момента, как мы подошли к каменным дверям. Как и во сне появилось чувство тревоги, будто я делаю то, о чем буду сильно жалеть.

– Станция: “Площадь Революции”, - вновь раздался голос, прервав мою мысль.

Двери открылись, и я решил выходить. По эскалатору в город, далее налево - к Манежной площади. Дойдя до нее, повернул голову направо. Вдаль уходила Тверская улица, ведущая к Белорусскому вокзалу. Слева располагалась Красная площадь, уже открытая после катастрофы. Усыпанная цветами обожженная брусчатка, вымощенная еще в 30-х годах, являлась немым свидетелем того ужаса, что творился всего месяц назад. Ничего подобного за свою долгую историю она наверняка не знала. Куранты показывали без десяти одиннадцать. Немного потоптавшись у мавзолея, непрерывно укоряя себя за эту дебильную затею, я направился на кремлевскую набережную.

Темные воды Москвы-реки медленно рассекал речной трамвайчик. Пока я на него смотрел, у меня перед глазами против моей воли промелькнули какие-то почти неразличимые образы. Я видел самого себя, я быстро двигался, брызги воды били мне в лицо.

Встряхнув головой, я как следует шлепнул себя по щеке:

“А шиза-то крепчает…”

Вспомнился прошедший вечер, когда у меня тоже были галлюцинации, которые я тогда списал на паленый коньяк. Теперь было очевидно, что виновато явно не спиртное, а что-то посерьезнее. Возможно, психическое расстройство.

Я начал сомневаться в собственной вменяемости. С одной стороны это успокаивало: значит, большая часть произошедших ужасов может быть всего лишь галлюцинациями, но с другой стороны это говорило, что своим бессмысленным поиском я тупо потакаю болезни.

Мысли запутались. У меня закралось подозрение, что вчера вообще ничего страшного не произошло и мне все привиделось. Полицейские же меня не задержали? Если бы им поступил сигнал о возгорании того же здания, про которое я рассказал, меня бы как минимум должны были взять свидетелем. Терзаемый сомнениями, я был готов нагло вернуться в свою квартиру, наплевав на возможную засаду, прыгнуть с ноутом в постель и засесть в интернете на всю ночь. И чем дольше я смотрел на плещущуюся мутную воду, тем больше мне хотелось ворваться домой и проверить, не свихнулся ли я.

От того чтобы это сделать меня отвлекла проплывавшая баржа, оснащенная здоровенным рекламным щитом с надписью: “Страшно? Не знаешь, что делать? Мы вернем тебе уверенность в завтрашнем дне!” То была реклама какой-то компании, расположенной в районе “Москва-Сити”. Это издевательское совпадение меня еще больше разозлило. Проводив баржу тяжелым взглядом, я двинулся по набережной в сторону храма Христа Спасителя навстречу порывистому ветру.

Раздосадованный, я хотел найти уже хоть что-нибудь. В конце концов, даже долбанный киллер - и тот был бы облегчением. Он доказал бы, что вчерашний день не был сном или бредом сумасшедшего, коим все сильней казался с каждой минутой. Продолжить поиск хотелось уже чисто из вредности.

Мозг принялся работать, вычисляя наиболее вероятное, по моему мнению, местонахождение “офиса”:

“Остоженка? Пречистенка с его дорогими особняками? Район Патриарших прудов? Возможно любое место. Каждое по-своему привлекательно. Москва слишком велика для того чтобы вот так просто найти в ней что-то интуитивно”.

Быстрым шагом миновав Большой каменный мост, я вышел на Пречистенскую набережную, а оттуда по маленькому переулку вышел на “Волхонку” и направился к станции метро “Кропоткинская”. Свободных мест в вагоне было достаточно, но садиться у меня уже желания не было.

К тому времени как поезд доехал до “Павелецкой”, был уже час дня. Побродив полчасика в этом районе и ничего интересного не обнаружив, я вновь спустился в метро. На “Таганке” меня так же ждало разочарование. И далее у всех станций, где я был - везде одно и то же: суета, множество машин, спешащих людей, но ничего, что могло бы привлечь мое внимание.

Станции мелькали, время шло. Неустанно напоминавший о себе голод, требовал от меня снова искать место, где можно поесть. На этот раз я устроился даже не в кафешке, а у закусочной на колесах, где на выбор было всего-то три столика, за двумя из которых уже сидели люди.

Заказав - если там это можно было так назвать - чай и хот-дог у тучной дамы кавказской наружности, я справил нужду в установленном там же биотуалете, плюхнулся в пластиковое кресло и возобновил мозговой штурм:

“Какие еще в Москве интересные районы? Где могут быть эти уроды со своим сраным “офисом”?! Там где модные рестораны и театры? Может на Арбате? Зачем офис в этом вонючем районе? Район Тверской? Вот там я не был. Монументальность, современность - намешано все сразу. В винегрете Тверской наверняка можно встретить что-нибудь интересное”.

Мои размышления прервал беспардонно подсевший за мой столик мужик лет пятидесяти, одетый в серый деловой костюм, точно руководитель, вышедший из своей конторы утолить голод в неподобающее статусу место.

– Вы кто?
– оторопел я.

– Пардон.

Он поднялся и, отодвинув пластиковое кресло, театрально изобразил интеллигента:

– Простите, можно?

– Что за цирк? Чего тебе надо?

– Хочу поговорить. Я же знаю, что ты ищешь. Думаешь, что тронулся, но все равно настырно ищешь. Потому боюсь, что, скорее всего, найдешь. Вот об этом и хочу поговорить.

– Чтоб тебя… - протянул я, не зная, что можно ответить.

– Так я присяду?

Я молчал, ошарашено глядя на незнакомца.

– Ну-с, - вновь устроился он в кресле, проскрежетав его ножками по тротуарной плитке, - давай-ка обсудим кое-что. Тебе не нужно продолжать поиски, в этом я тебя уверяю.

– Не понял?.. Ты вообще кто такой?!
– прогудел я возмущенно.

– Тише-тише - людей распугаешь.

Действительно, посетители за соседними столиками отреагировали на мой возглас напряженными взглядами. Покосившись на них, я продолжил на полтона ниже:

– Какого хрена тебе от меня надо?

– Я просто пришел сказать, что тебе нельзя продолжать поиски места, в которое ты стремишься.

Опешив, я откинулся в кресле, чтобы собраться с мыслями и подобрать слова.

“Какой-то мужик откуда-то знает, куда я иду и о чем думаю - это как-то совсем не нормально. Или меня жестоко плющит или… Может розыгрыш? А откуда он может знать какие у меня глюки? Так, только спокойно. Надо задавать вопросы”.

В это время принесли мой “заказ”. Отхлебнув чая, я поморщился от переизбытка в нем горечи. Внешний вид хот-дога не внушал доверия, но это была хоть какая-то надежда для стонущего желудка.