Чтение онлайн

– Сколько кторров вы видели?

– Живых или снимки?

– Всего.

– Э-э, ну я видел фотографии Шоу Лоу...

Фромкин понимающе кивнул: - Продолжайте.

– ... и я видел гнездо, о котором говорил утром. С четырьмя кторрами. Одного я сжег.

Он выжидательно помолчал.
– Это все?

– Э-э, нет, был еще один. Здесь, в научном центре.

Его глаза сузились.
– Расскажите, - медленно произнес он.

Я покачал головой.
– Это было просто...

Он посмотрел мне в глаза и сказал: - Я знаю об этих забавах, сынок. Вы были на одной из них?

Я кивнул.
– Несколько собак. Ими кормят кторров. Живьем. Вы знаете это?

Фромкин сказал: - Утверждают, что кторры не хотят питаться мертвыме мясом, они едят добычу живьем.

– Это правда. По меньшей мере, насколько я знаю.

– Мм-хм. И это все кторры, которых вы видели?

– Да.

– Так вы эксперт по кторрам?

– Нет, конечно нет. Но у меня больше опыта, чем у других, по крайней мере у тех, кто выжил, чтобы рассказать. Сегодня некоторые болваны говорили о дружбе с кторрами. А это не более возможно, чем дружба бифштекса с собакой - разве что внутри.

– Не может случиться, что ваш опыт с кторрами ограничен и это влияет на ваше восприятие их?...

– Вы имеете в виду, что есть мирные кторры, но я не знаю о них?

Он кивнул.

Я взвесил эту возможность.
– Что ж, возможно есть мирные. Я не слышал ни об одном. И не думаю, что кто-нибудь другой слышал, иначе мы бы узнали об этом сегодня. Кто-нибудь что-нибудь сказал бы. Кто-нибудь знал бы об этом, не так ли?

Фромкин не отвечал.

– К чему вы это, кстати?, - спросил я.

Он покачал головой.
– Просто для информации. Сырой материал. Вы понимаете. Правду видно только тогда, когда смотришь на нее со многих точек зрения сразу.

Я покачал головой.
– Вы спрашивали не для информации. Вы намеренно рыли для чего-то.

– Вы слишком подозрительны. Я гражданский, сынок. Может, продолжим?

– Есть еще вопросы?

– Немного. Сегодня, стоя перед толпой народа, вы сказали, что сожгли человека, потому что на него напал червь.

– Да.
– Часть меня настаивала, чтобы я возвел оборонительный барьер против доискиваний этого человека, но другая часть требовала сказать правду независимо от того, кто ее слушает. Единственный путь, на котором мы можем победить кторров - это говорить правду. Я добавил: - Это лучшее, что я мог сделать.

– Лучшее?...
– Он поднял брови.
– Откуда вы знаете?

– Прошу прощения?

Его тон стал жестче.
– Вы были когда-нибудь на противоположной стороне огнемета?

– Нет, не был.

– Тогда откуда вы получили информацию?

– Мне сказал Шоти.

– Кто это Шоти?

– Человек, которого я сжег. Сэр.
– Последнее слово я подчеркнул.

Фромкин немного помолчал, поворачивая сказанное так и этак, проверяя, не заминировано ли оно. Наконец, он сказал: - Мне говорили, - те, кто знают, - что смерть от огня самая ужасная из возможных. Когда поражает напалм, можно чувствовать, как ваша плоть превращается в пламя.

– Сэр, - сказал я холодно, - при всем уважении, когда волна огня из огнемета поражает вас, нет времени почувствовать что-либо. Внезапная потеря сознания.

Фромкин глядел скептически.

– Я был там, сэр. Я видел, как быстро это происходит. Нет времени даже для боли.

Он задумался надолго.
– Как насчет вины?, - спросил он наконец.
– Для этого было время?

– Что?

– Вы чувствуете вину за то, что сделали?

– Вину? Я сделал то, что требовалось! То, что мне сказали! Я никогда не напрашивался на это! Да, черт, я чувствую вину! И стыд, и отчаянье, и тысячу других вещей, для которых нет имен! Что-то взорвалось во мне.
– О чем все это? Вы тоже судите меня? Слушайте, у меня достаточно трудностей, когда я живу по своим стандартам - не просите меня жить по вашим! Я уверен, что ваши ответы лучше, чем мои, кроме того, ваша целостность все еще не запятнана грубыми фактами практики! Вы рассиживаетесь, поедая клубнику! А я - тот парень, что нажал на крючок! Если есть лучший ответ, вы думаете, я не хочу знать? Вам не кажется, что я имею первое право знать? Пойдемте на холмы и покажите мне! Я был бы рад узнать, что вы правы. Но если вы не против, я захвачу свой факел, полностью снаряженный и готовый к бою, просто на случай, что вы ошибаетесь!

Он терпеливо ждал, пока меня несло. И даже потом не ответил сразу. Он встал, пошел на кухню и достал бутылку воды из холодильника. Взял стакан, наполнил его льдом и вернулся в гостиную, медленно помешивая воду с кубиками льда. Расселся в кресле, попивая воду и глядя на меня поверх стакана. Когда он заговорил, голос был тихим и спокойным: - Вы закончили?

– Да. Пока.

– Хорошо. Теперь я хочу задать вам несколько вопросов. Я хочу, чтобы вы приняли во внимание пару вещей. Хорошо?

Я кивнул. И сложил руки на груди.

– Благодарю вас. Теперь скажите мне вот что. Какая, собственно, разница? Может, к лучшему сжечь человека, а может, нет. Может, он ничего не почувствовал, а может это абсолютная форма боли, мгновение острейшего ада. Какая разница, Джим, умер ли человек, сожранный пастью кторра или сожженный напалмом? Он все равно мертв. В чем заключается различие?

– Вы хотите, чтобы я ответил?

Фромкин сказал: - Продолжайте. Попробуйте.

Я сказал: - Разницы нет - в том, что вы спрашиваете.

– Неверно, - сказал он.
– Есть. Большая разница для того, кто нажимает на крючок.

Я обдумал это.
– Извините, не вижу, в чем.

– Хорошо, посмотрим с другой стороны. Что важнее? Убивать кторров или спасать жизни?

– Не знаю.

– Правда? Кого же мне спросить об этом?

Что? Уайтлоу задавал тот же вопрос. Если я не знаю, то кто же знает? Я сказал: - Спасать жизни.

– Хорошо. А что же нам делать для спасения жизней?

Я улыбнулся: - Убивать кторров.

– Правильно. Так что случится, если человеческое существо встанет на пути? Нет, позволь сказать по-другому: что могло бы случиться, если бы ты попытался спасти... как его имя, Шоти?

– Мы оба заплатили бы за ферму.

Фромкин кивнул: - Правильно. Так что же важнее? Убивать кторров или спасать жизни?

– В этом случае, убивать кторров.

– У-гу. Так имеет значение, какое оправдание ты используешь?

– Что?

– Имеет значение, веришь ли ты, что человек умирает в пламени безболезненно, или нет?

– Что ж, нет, я думаю, нет.

Он кивнул: - Так что ты чувствуешь сейчас?

Я покачал головой: - Не знаю.
– Я чувствовал, как меня разрывает изнутри. Я открыл рот говорить и закрыл его.

Он еще раз поднял брови.

– Я не знаю, - повторил я.

– Ладно, - сказал он.
– Спрошу по-другому: ты сделал бы это снова?

– Да, - сказал я, не задумываясь.

– Ты уверен?

– Да.

– Благодарю. И как ты будешь себя чувствовать?

Я встретил его взгляд прямо.
– Гнусно. Чувствуешь именно так. Но все же я сделаю это. Важнее всего - убивать кторров.