Чтение онлайн

"Принесла нелёгкая!
– взвыл Алекс.
– Еще бы немного энергии! Ещё бы пару минут", - причитал нейрокомпьютер.

– В чём дело, Герман?
– запыхавшись, спросил доктор.

– Я не знаю, мистер Оландью, не знаю, - качая головой, в отчаянии ответил юноша.
– Я задремал... и спросонок... почувствовал холод... Рука её похолодела.... Открыл глаза, вижу у неё предсмертные конвульсии. Всё тело было ледяным, как...

– Что?!
– воскликнул доктор и, отстранив Германа, склонился над больной.

– Что же с ней творится, доктор?

– Ничего не могу понять, - пожал плечами Оландью.
– Если, как вы говорите, были предсмертные судороги, то летальный исход неминуем.... И всё же, осмотрев её, я могу сказать, что состояние пациентки ничуть не ухудшилось, - заключил он.

– Слава тебе, Господи!
– с облегчением вздохнул Мельсимор.

– За ней нужен неусыпный надзор...
– доктор с нажимом повторил: Неусыпный!

– Конечно, конечно. Не волнуйтесь насчёт этого, - поспешил Герман заверить старика.

– Ну, хорошо. Тогда я пойду к себе.

– Да, да, идите. Я останусь здесь и пригляжу за ней.

– Только, чур, не клевать носом!
– предупредил док и скрылся за дверью.

Г л а в а 25.

Солнце уже давно стояло в зените, когда Герман, передав дежурство служанке Нанси, решил отдохнуть в своём кабинете. Его рубашка, изящно расшитая прекрасными кружевами, была неряшливо вправлена в штаны, волосы, которые он не причесывал уже два дня, разлохматились, а щетина густо покрыла лицо.

Устало развалившись в кресле, Герман сомкнул глаза. Его разбудил ворчливый голос:

– ... поддался чарам Морфея?

Очнувшись от дремы, он увидел на пороге седую леди с девчуркой лет пяти-шести, которую держала за ручку.

"Опять принесла нелёгкая", - охнул он.

– Я уже две минуты стучусь в дверь, а ты не отзываешься!

– Я... я не слышал, - проговорил юноша рассеянно.

– Тут дверь ломают, а тебе хоть бы хны...

– А что, разве дверь взломана?
– плутовато усмехнулся Герман.

– Хватит дурачиться!
– пожурила леди.

– Да!
– вставила маленькая девочка.
– Бабушке не нлавится, когда дулачатся.

– Аннабел, - улыбнулся Мельсимор.
– Иди ко мне, малышка!
– и простёр к ней объятия.

Девочка с радостью подбежала. Он обнял малышку.

– Видишь ли, тётушка Элеонора считает меня маленьким. И всё пилит, пилит...
– он скорчил грозную мину.

Девочка прыснула в кулачок.

– Ну, хватит преувеличивать!
– отрезала леди Уильямс и, подойдя к Герману, вырвала ребёнка из его объятий.

– Сколько раз тебе говорить, что ты уже не в том возрасте, чтобы тебя носили на руках, - обратилась она к Аннабел.

– Хм, - поджала губки девочка, - а дядя Гелман говорит, что не надо толопиться стать взлослой.

– Да, кажется, на себе он уже использовал свою теорию, - косо посмотрев на племянника, уколола она.

Герман молча проглотил эту пилюлю.

– Ах да, тётя!
– будто бы очнувшись, проговорил он.
– Чем на сей раз, вы нас порадуете? Что-то случилось? Или это просто визит вежливости к своим любимым племянникам?

"В чём я глубоко сомневаюсь. Она просто так ничего и никогда не делает", подумал он.

– Мне надо кое о чём поговорить с тобой, Герман, - начала она.

– Если вы будете говорить о том же самом, что и семь лет подряд, проговорил племянник, то мой ответ будет тем же самым, что и семь лет назад. Нет!
– резко закончил он.

– Нет, я не затем пришла.

– А зачем же?

– Я... слышала, что ты приютил в замке какую-то бродяжку...

– Бродяжку?
– перебил он её.
– С чего это вы так решили?

– Около двух месяцев назад, помнишь ли.... Сначала ты умело скрывал от людей её существование. Потом, облачив её в мужское одеяние, представил уже "его" людям как своего иноземного друга.

Услышав эти подробности, которые Герман всеми силами старался держать в строжайшей тайне, он обомлел.

– А затем...

– Хватит!
– прервал он леди.
– Откуда у вас эти сведения?

– Это неважно. Важно то, что по твоей реакции я всё больше верю этим данным.

Племянник с минуту молчал, насупив брови.

– Анна, - наконец нарушил он тишину, - пойди-ка ты лучше к няне Клотильде. У неё что-то есть для тебя.

– Что?
– нетерпеливо спросила девочка.

– Не знаю, - покачав головой, молвил тот, - просто пойди к ней.

– Ну, холошо, - пожав плечами, девочка удалилась из комнаты.

– Ну, я жду, - произнёс Герман, как только дверь закрылась за племянницей.

– Чего ты ждёшь?
– спросила миссис Уильямс.

– Объяснений!

Г л а в а 26.

– Тоже мне! А ещё считает себя доблым дядей, - шагая по коридору, недовольно бормотала Аннабел.
– Посылает меня к какой-то няне, а я уже совсем взлослая, и мне совсем не нужна никакая няня, - ворчала та.

Ей было велено спуститься вниз, однако она и не собиралась слушаться ничьих указов. Аннабел предпочла одиночество обществу неугомонно болтливой няни. Девочка любила оставаться одна. И сейчас, шагая по безлюдному коридору, Аннабел чувствовала неописуемую радость свободы от докучной опеки взрослых. Пройдя до восточного крыла, девочка встретила спящего охранника у дверей гостевой комнаты. Тот громко храпел. Немного поразмыслив, девочка незаметно прошмыгнула мимо него и, тихонько открыв дверь, вошла в комнату.

В помещении стояла мёртвая тишина. Лишь тихое позвякивание привлекало слух. Аннабел, оглядевшись, увидела служанку, которая, поглощённая вязанием, не заметила, девочку.

– Нанси, Нанси, - окликнула девочка служанку.

Та вскочила на ноги, уронив при этом спицы и клубок на пол.

– Аннабел? Я и не знала, что ты приехала в "Голден Сиид"! Как у тебя дела, малышка?

Растерянность сменилась на её лице ласковой улыбкой.

– Не влемя обсуждать мои дела, - серьёзно ответила та.
– Мне велено было сейчас же позвать тебя.