Чтение онлайн

Вооруженный двумя пусковыми установками ближнего действия, спаренными автопушками и минометом, «Раптор» мог натворить много бед.

Но, к счастью, его пилот оказался чрезвычайно азартным и придерживался «традиционной тактики», так что ударил он по мне чуть ли не сразу, едва только увидел. Наверняка ведь ожидал, что я остановлюсь, развернусь на него, как и должно, согласно всем учебникам. Или же сначала приму удар на наиболее защищенные части меха, а затем отвечу.

Точно, даже не стал брать в прицел и фиксировать цель, чтобы система наведения начала меня отслеживать, а сразу пальнул из всех орудий.

И это меня спасло, ведь действовал я совершенно нетрадиционно. Не остановился, не развернулся, не стал ждать удара, а, как уже говорилось, ускорился, заставив своего меха буквально скакнуть вперед. И благодаря этому все то, что предназначалось мне, а точнее моему меху, ударило в скалы и песок за спиной, в место, где я был пару секунд назад.

Вот теперь можно и ответить. Я, развернув корпус своего меха, не стал повторять ошибок противника — взял его в прицел, дождался подтверждения системы наведения и только затем дал залп.

Уже моя РКБД выпустила десяток ракет, которые одна за другой влетали во вражеского меха, который через секунду исчез в череде взрывов.

Я же, воспользовавшись моментом, развернул «Стража» и пошагал на противника.

Как я и ожидал, вражескому «Раптору» здорово досталось, но он все еще был в строю.

Пилот, хоть и оказался чрезвычайно азартным, был и столь же опытным. Иначе объяснить, как он умудрился удержать свою машину в вертикальном положении, было нельзя. У «Раптора» к черту оторвало правые орудия, правая же нога была повреждена так сильно, что застопорилась в одном положении и двигаться не могла. Бронеплиты на торсе с правой же стороны отсутствовали, сам корпус робота был пробит в нескольких местах, а с кабины, находившейся чуть выше груди, отлетел защитный колпак, и я мог во всех подробностях разглядеть самого пилота, сидящего в кресле.

В этот момент по «Раптору» ударил Маркус.

Он явно целил в поврежденную ногу вражеского меха и попал — взрывом ее оторвало к черту, и «Раптор», несмотря на все отчаянные попытки пилота, начал медленно заваливаться.

Он рухнул на спину, подняв целое облако пыли.

А когда я подошел ближе, то увидел пилота с залитым кровью лицом, с треснувшим нейрошлемом на голове.

Пилот был на удивление миниатюрным и худым, с длинными каштановыми волосами и…

Вот черт! Да это же девушка! Причем едва ли старше меня.

— Что замер? Добивай и айда отчитываться заказчику! — поторопил меня Маркус. — Дело сделано, комплекс наш!

Но я медлил, не желал стрелять, и совершенно не понимал, почему.

Переключив режим прицеливания, я сменил кратность, и изображение тут же напрыгнуло на меня.

Я разглядел лицо девчонки и тут же ее узнал…

Глава 8

Пленница

Серый сокрушенно покачал головой.

— Бесполезно, молчит, как рыба. Не сдаст своих и точка.

— Надо было прикончить это недоразумение еще там, во время боя, — поддакнул Маркус.

— Нет, — отрезал я, — никого мы убивать не будем.

— На кой черт тебе сдался какой-то вшивый мародер?

— Она не мародер, — коротко ответил я.

— Так… — нахмурился Серый, — ты ее знаешь?

— А разве вы ее не узнали?

Девчонку, которую мы захватили (именно она была пилотом «Раптора»), я действительно встречал раньше, как и остальные. Правда, тогда она выглядела совершенно иначе, была намного моложе и…не была такой потрепанной.

Один из самых молодых воинов барона Круа, получившая звание пилота меха, лихо пройдя испытание боем.

Я помню ее с гордо поднятой головой, стоящей рядом со своим господином во время парада.

Она сопровождала Кари, какое-то время была ее телохранителем, но затем, когда империя призвала моего отца, графа Тирра, на сражение с мятежниками, Мелиса должна была отправиться вместе с остальными гвардейцами барона Круа в далекое путешествие. Барон, как и многие другие вассалы моего отца, получил приказ: надлежало остановить войска мятежного герцога, поднявшего бунт против трона и захватывающего одну провинцию за другой.

Я помню сводки с поля боя. Начавшаяся так удачно компания вдруг потерпела крах — все силы лоялистов были разбиты людьми герцога. Остатки флота отступили, оказались в окружении, как и подмога, спешившая им на помощь.

Затем, когда мятежный герцог позарился на центральные миры империи, окруженные мятежниками имперские войска отважились на отчаянный ход — попытались прорвать кольцо.

И им это удалось. Правда, мой отец, мой брат, барон Круа — все они пали, как и их «дружины».

О выживших вообще не было никаких новостей, хотя я слышал о гвардейцах, тайком вернувшихся домой. Однако надеждами себя не тешил — отец и те, кто был рядом с ним, вряд ли смогли бы вернуться — их накрыли с орбиты. Шансов выжить после такого практически нет.

Что касается тех, кто пережил сражение или бежал с поля боя еще до того, как имперские силы оказались в окружении, — они были объявлены дезертирами и их ждало наказание в империи.

Кто-то остался на периферии, кто-то отправился к внешникам, ну а кто-то, как Мелиса, тайком, вернулся в империю… Что им здесь было делать? По сути только одно — становиться разбойниками и бандитами. Сбиваться в банды и грабить тех, кто не сможет дать отпор.

Вот Мелиса и стала одной из таких…

— Я узнал ее, — заявил Артус, — это воительница барона Круа.

— Барона Круа? — удивился Серый. — Как она выжила?

— Неважно как. Главное, что ее господин погиб, — заявил Артус, — понимаешь, что это значит?

— Понимаю, — кивнул Серый, — теперь она отщепенка, изгой. Наверное потому здесь, среди этого сброда…

— Именно.

— Что ж, придется пытать… — вздохнул Серый.

Я был возмущен таким заявлением.

— Нет! — выпалил я. — Пытать ее мы не будем.

— А что с ней делать? — пожал плечами Серый.

— Я с ней поговорю…

— Думаешь, вспомните старые времена, расчувствуетесь, и она тебе все выложит?

— Может и так, — буркнул я.

— Тогда тебе и карты в руки, — заявил старик, — если уж взяли пленного, нужно выяснить, где база мародеров, какая у них техника и где ждать следующего удара. Сможешь — отлично. Нет — придется применять другие методы. Для сантиментов у нас нет времени. Ты ведь это понимаешь? Здесь не империя, и правила войны не для таких, как мы.

— Я справлюсь, — кивнул я.

— Уверен? — нахмурился старик.