Чтение онлайн

— Сэм!

На этот раз это уже резкий возглас, в ее голосе слышится гнев.

— Сэм! — кричит она, глядя, как я сажусь на водительское сиденье.

Я еду по тропинке в сторону рабочей дороги, наблюдая в зеркало заднего вида, как в след за мной бежит Веспер. Она босая, вся в грязи, со связанными за спиной руками. До меня доносятся ее жалобные крики, но когда я отдаляюсь на приличное расстояние, ее голос стихает. В нависшей над лесом тьме она становится всего лишь пятнышком в зеркале заднего вида. Я жму на тормоза и оборачиваюсь в последний раз. Просто чтобы бросить еще один взгляд. Но чувствую опасное притяжение. Поэтому поворачиваюсь спиной к Веспер и смотрю вперед.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА 31

ВЕСПЕР

Меня зовут Веспер Риверс.

Раньше мне было очень легко произносить эти слова незнакомым людям. Я никогда не задумывалась о том, что они значат. Все эти мелкие детали, образы и тени, скрывающиеся за этим именем. Может, потому, что я была всего лишь двухмерным наброском человека. Толстыми линиями, обрисовывающими мою личность. Плоским изображением.

Но теперь на нем появились заломы и множество маленьких, почти невидимых борозд, которые, объединяясь, создают глубину и пространство. Делают картину настолько сложной, что в зависимости от угла, под которым я на себя смотрю, каждый раз мне видится кого-то другой.

Но произнести эти слова сейчас, сказать незнакомому человеку, кто я такая, — это перебор. Слишком серьезное признание. Смотритель парка подумает, что знает меня по информации из новостей или по обстоятельствам моего исчезновения. Но это взгляд только с одной стороны. Если бы он увидел всё с моей, то был бы шокирован.

И вот я, грязная, дрожащая, завернутая во флисовое одеяло, под которым лишь натянутый Сэмом пакет, прихлебываю обычный теплый чай и жду второго после Сэма человека, знающего то же, что известно мне. Человека, которому мне не придется лгать.

На стене напротив висит голова оленя. А еще фотография мужчины с его женой и дочками. Впервые я с ним встретилась, когда он бежал по рабочей дороге к месту, где меня оставил Сэм. Этот мир кажется искусственным. Побеленные стены моего крошечного дома, озеро, бескрайний лес — вот что было реальностью.

Я чувствую на себе чужие взгляды. Местная полиция наблюдает за мной сквозь дверные жалюзи, создающие у меня ложное ощущение уединения.

Я выпила восемь с половиной чашек чая. По одной за каждые полчаса моего ожидания шерифа Риджфилда. Это единственное, что я отвечала на все вопросы полиции. Я не называла своего имени. Не говорила, что произошло. Только его имя.

Я смотрю на недопитую кружку с чаем, и тут дверь резко открывается. Мы встречаемся взглядами, и я вижу скрытую панику. Он изо всех сил старается, чтобы я этого не заметила. По землистому цвету и осунувшемуся выражению его лица ясно, что шериф надеялся больше никогда меня не увидеть.

Он закрывает за собой дверь. Я смотрю на полуопущенные жалюзи, и он, проследив за моим взглядом, опускает шторку, чтобы защититься от любопытных глаз. Я крепко сжимаю свою кружку, а шериф неуверенно садится за стол напротив меня. Это проще. С этим я справлюсь, в отличие от всей этой суеты полиции и прессы, только я, мужчина и комната.

— Я приехал сюда, как только мне позвонили. Тебя высадили далеко от дома.

Он имеет в виду одноэтажку в солнечном пригороде, из которой меня похитили. Место, где мой парень сделал мне предложение. Но это больше не мой дом.

Я киваю.

Шериф умен. Он ничего не говорит. Он не знает того, что знаю я. Но точно знает, что его жизнь в моих руках. Теперь я понимаю всю серьезность тайны Сэма. Это не просто унижение и позор семьи. В одно мгновение были запятнаны накопленные многими поколениями репутация и богатство. Будущее этого человека разом испарилось.

Твой брат.

Он меня забрал.

И все частички меня.

Заменил своими.

Чтобы они вросли в мою плоть.

И я не могла от них избавиться.

А потом он меня бросил.

Я не девушка с фотографии в вашем досье.

Она не вернулась.

Она навсегда исчезла.

— Мы здесь одни? — спрашиваю я.

Шериф оглядывается, а затем наклоняется ко мне.

— Пока да.

— Сэм мне все рассказал, — говорю я.

Это не угроза, не клятва верности сидящему предо мной представителю закона. Это просто информация.

Шериф Риджфилд мгновенно покрывается липким потом. Его кожа из бледно-желтой становится бледно-серой. Он резко сглатывает.

— Но я ничего не знаю, — добавляю я.

Его грудь опускается от резкого выдоха.

Я наклоняюсь вперед и заглядываю ему в глаза. Они совсем не похожи на глаза Сэма. Они красновато-карие. Чтобы они засияли, им нужен свет. А глаза Сэма, словно светятся в темноте.

— Я не знаю, как его зовут. Не знаю, куда он меня отвез. Он со мной не говорил. Все это время я была с завязанными глазами. А прежде, чем меня высадить, он завязал мне глаза и несколько часов возил по городу. Мне жаль, что я больше ничем не могу помочь.

Не знаю, почему я это делаю. Почему защищаю человека, который сделал со мной то, что сделал. Это уж точно не ради Эндрю-Скутера-как его там звать. Теперь я свободна, вне воздействия Сэма. Он практически разрешил мне рассказать свою историю. Но если я расскажу все, что знаю, Сэма посадят за решетку, и это будет конец. Я не готова раскрывать наши секреты. И не хочу демонстрировать себя всему миру в таком свете. Пусть люди видят меня такой, какой показывают в новостях. Я не порвала с Сэмом, даже если он думает, что порвал со мной.

Шериф Риджфилд несколько мгновений сидит неподвижно, взвешивая все то дерьмо, которое свалилось ему на тарелку.

— Если ты ничего не знаешь, тогда почему просила позвать меня?

Его вопрос звучит гипотетически. Как будто так он сообщает мне, что об этом спросит кто-то другой.

— Не знаю, — пожимаю плечами я. — Я ничего не знаю.

Шериф Риджфилд откидывается на спинку стула и тяжело вздыхает, борясь с невидимым монстром.

— Зачем ты это делаешь? — скептически спрашивает он.