Вознесенная
Шрифт:
Еще две души начали обходить меня по кругу. Легкие горели. Пот щипал глаза. Звездный меч гудел в руке, жадный до нового разрушения.
Тот, что был справа, нырнул влево, а затем напал снизу. На этот раз я увидела это заранее и сделала шаг в сторону, опустила меч вниз и нанесла вертикальный удар, прожигая его шею насквозь. Голова ударилась о песок и покатилась, оставляя за собой дымный след, прежде чем раствориться.
— Это все, на что ты способен? — выдохнула я, ожидая ответа, который так и не последовал.
А потом сразу три тела рванули ко мне.
Ну и хуй с тобой.
Я нырнула влево, песок забил рот, когда я перекатилась. Поднимаясь, я уже наносила удар. Меч прорезал грудь первой души, оставив огненную борозду.
Сталь свистнула у самого уха. Настолько близко, что я почувствовала поток воздуха. Я развернулась…
Спину полоснуло огнем, клинок нашел плоть. Боль ослепила мгновенно. Я рухнула вперед, горячая кровь пропитывала рубаху. За спиной я услышала, как душа отводит оружие для следующего удара.
— Скорее всего, останется шрам, — задумчиво заметил Зул.
Но времени придумать достаточно ядовитый ответ у меня не было.
Я резко развернулась, меч рассек воздух. Звездный свет перерезал шею души, прижигая плоть. Голова упала в песок, в то время как тело сделало еще шаг вперед, и только потом рухнуло грудой растворяющейся тени.
Следующий шел на меня, черная кровь струилась из горящей раны на груди. Я шагнула под его неуклюжий удар, схватила за запястье и вогнала перекрестье звездного меча туда, где должен был быть нос. Свет вспыхнул при ударе, и я уловила запах горящей смолы. Когда оно пошатнулось, я вскрыла ему горло, и разрез оставил в воздухе след пылающего серебра.
Оставшиеся ринулись быстрее. Голодные. Ноги сами находили равновесие в подвижном песке. Звездный меч двигался туда, куда я хотела, а не туда, куда его толкала паника. Я поймала выпад одного, использовала инерцию, чтобы провернуть его, вогнав клинок в позвоночник души. Она выгнулась назад и рассыпалась в пепел.
Другой ударил сверху. Я ушла вниз, подсекла ноги и добила нисходящим выпадом, пригвоздив к пляжу.
Последняя душа кружила вокруг меня с поднятым оружием.
Я не стала ждать, пока она решится. Рванулась вперед, и меч пошел под таким углом, что она не смогла его толком отбить. Звездный свет рассек тень и то, что в этом месте сходило за сухожилия, оставив лишь липкий запах гнили в воздухе. Душа схлопнулась и исчезла.
Зул наблюдал за мной своими нечитаемыми глазами. В его взгляде было что-то изучающее, отчего у меня по коже побежали мурашки.
— Не ожидал, что на смертной пище можно стать сильной, — медленно произнес он.
Кровь заледенела в жилах. Потому что я узнала эту интонацию. Подозрение. Любопытство.
Я заставила себя пожать плечами, вытирая кровь с оружия о изорванную рубаху.
— Мышцы растут от тяжелой работы, — сказала я, надеясь, что голос звучит спокойнее, чем я себя чувствую. — Тебе бы стоило попробовать как-нибудь.
Но я ощущала его взгляд, будто он прожигал во мне дыры. Последнее, что мне было нужно, так это чтобы Зул заподозрил, что со мной что-то не так. Он и сам был полубогом до Вознесения, он знал, как ощущается подобная сила, как она движется внутри смертной плоти.
Мне придется быть осторожнее.
На мгновение мне показалось, что на сегодня он закончит. Мышцы ныли, спина горела там, где клинок души нашел цель, и усталость начинала подползать по краям сознания. Я воспользовалась паузой, чтобы перевести дыхание.
— Думаю, ты выдержишь еще один раунд, — пробормотал Зул.
Я была в этом совсем не уверена. Но вслух, разумеется, этого не сказала.
— Давай.
Его улыбка заставила каждый инстинкт во мне завопить от тревоги. В ней была порочность, обещание, что мне совсем не понравится то, что будет дальше.
Земля снова задрожала. Я подняла руки, призывая звездный свет обратно, придавая ему форму меча, а еще одно существо когтями выбиралось из темного песка. Я приготовилась к очередной безликой душе, к еще одному бездумному противнику, которого нужно просто сразить.
Вот только на этот раз оно не было безликим.
На этот раз передо мной стоял мой брат.
Оружие едва не выскользнуло из пальцев. Я знала, что это не он, знала, что этого не может быть, но неправильность вида Тэтчера передо мной, выглядящего таким же живым и настоящим, как в последний раз, когда я его видела, заставила кровь загустеть в венах. Каждая деталь была идеальной. То, как темные волосы падали ему на лоб. Намек на улыбку, подчеркивающую ямочки на щеках. Даже то, как он держался с той самой легкой уверенностью, из-за которой люди всегда к нему тянулись. Но глаза были пустыми. Холодными. Мертвыми.
— Ты отвратителен, — выплюнула я, направляя слова в Зула, словно отравленные стрелы.
Существо в облике моего брата двинулось ко мне, и я попятилась. Меч дрожал в руке. Я не могла. Не имело значения, что он не настоящий. Я не могла заставить себя поднять клинок на это лицо.
— Учись откладывать свои привязанности, свои эмоции в сторону, — буднично сказал Зул. — Это единственный способ выжить.
— Если мне придется убить Тэтчера, значит, мы умрем оба.
— И ты тем самым докажешь мою правоту. Именно такой я тебя и считал, — в его голосе звучало холодное удовлетворение. — Я зря потратил свое время.
Горячая, внезапная ярость вспыхнула в груди.
— Неужели всякая смертная эмоция просто вытекает из тебя в миг вознесения?
Я не могла понять, как тот, у кого была смертная мать, кто сам когда-то был смертным, способен на такую жестокость.
— Это сделало меня лучше.
— Ты вообще когда-нибудь кого-нибудь любил? Хоть о чем-то заботился, кроме себя самого?
Я почти кричала. Любые остаточные чувства желания, которые я испытывала прошлой ночью, испарились без следа. Они были чудовищами. Все до единого.
Зул молчал, наблюдая за мной с тем же насмешливо-отстраненным выражением.
— И как твоя мать вообще может на тебя смотреть? — прошипела я.
Ухмылка медленно сползла с его лица. Глаза потемнели. И в тот же миг Тэтчер ринулся на меня без тени тепла на лице. Его меч со свистом рассек воздух там, где моя голова была мгновение назад. Я бросилась в сторону, песок взметнулся, когда я перекатилась и вскочила в низкую стойку. Тэтчер последовал за мной, двигаясь с неестественной скоростью.