Мне снился потрясенный лесУбийством белочки-беглянки;Он, как толпа, шумел окрестЗаросшей ельником полянки.И я услышал - в первый раз -Под общий ропот возмущеньяДубов взволнованный рассказО совершенном преступленье,И я увидел, как листваС листвою в ужасе шепталась,И ближней елки головаНад мертвой белочкой склонялась.1947
Москва
Петру Кумшацкому
Заносы. Сугробы. Замерзшие глыбыСползающих с кровель снегов.Цепные медведи вставали на дыбы,Ревели от холодов.У Темных, у Грозных, у ОкаянныхЗа шерстью не видно лица:Иваны, Иваны и снова Иваны,И нет тем Иванам конца.До белого блеска сносилась верига.На улицах снежная муть.Татарское иго - Московское иго:Одна белоглазая чудь!Что было однажды, повторится снова,Но неповторна тоска.На плаху, на плаху детей Годунова:Москва ударяет с носка!Пылает кострами Замоскворечье,Раскинулся дым по базам,Сожгли Аввакума, затеплили свечи:Москва не поверит слезам!Москва никому не поверит на слово,Навек прокляла казаков,И выпила черную кровь ПугачеваИ Разина алую кровь.Метели все злее. Завалены крыши.Москва потонула в снегах.Но чьи это души, все выше и вышеПлывут над Москвой в небесах?В теплицах цветут басурманские розы,На улицах - снежная муть.Толстой - босиком, на машине МорозовСвершили положенный путь.Цыганские песни. Пожары на Пресне.А вот - и семнадцатый год.Все выше и выше, просторней, чудеснейДуши обреченный полет.По небу полуночи… Черное небо,А хлеб еще неба черней.И шепотом, шепотом: корочку хлебаДля беспризорных детей.Но как при Иванах, при Темных, при ГрозныхМолитвам не внемлет земля.По небу полуночи… Красные звездыМерцают на башнях Кремля.1947
«Як помру я…»
«Як помру я»
Из Тараса Шевченко
Не с сложенными на груди, а с распростертыми руками,готовыми обнять весь мир, похороните вы меня.И не в гробу, не в тесной домовине, не в яме,вырытой среди чужих могил, а где-нибудь в степипоближе к Дону; к моей станице, к старому Черкасску,на уцелевшей целине, меня в походной форме положитеродного Атаманского полка.Кушак на мне потуже затяните, чтоб грудь поднялась,будто бы для вздоха о том, что все на свете хорошо…И сыпьте землю, не жалея: земля к земле и к праху прах!Мне положите в головах все то, что я писал когда-то, -чем жил во сне и грезил наяву…И крест из камня дикого поставьте,курганчик новый крепко утоптав, чтоб Дон,разлившись полою водою, его не смыл, а только напоил.И по весне на нем веселым цветом начнет цвестилазоревый цветок, приляжет отдохнуть,уставший от скитаний, бездомный чабрецовый ветерок.1947
Треббия
Увозили раненых. УбитыхЗарывали наспех. БивуакБыл в кострах. У придорожного корытаДвух коней поил седой казак.Кони пили жадно. Над полямиСвет стоял вечерний, золотой.Дым стоял над русскими кострами,Горький дым в долине голубой.Треббия. Италия. Из чашкиЩи хлебал неспешно старичок,В пропотевшей бязевой рубашке,Бросив полотенце на плечо.Треббия. Италия. А где-тоЕсть Кончанское - родительский порог.Нет конца, и края нет у светаДля солдатских полусбитых ног.Нет суровее солдатских разговоров:Об увечьях и о смерти, наконец.– Александр Васильевич СуворовНе фельдмаршал, а родной отец.1947
«Ветер был такой ужасный…»
Ветер был такой ужасный,Что, казалось, все деревьяБудут вырваны с корнями,В поднебесье улетят,Где дымился темно-красный,В тучах с медными краями,Разгораясь постепенноУжасающий закат.И, казалось, что на светеНикогда уже не будетЯсных дней, ночей спокойных,Жизни мирной и простой, -Будет только этот ветер,Тучи в огненной полуде,Да осенний лес шумящий,С облетевшею листвой.1948
«Никто нас не вспомнит, о нас не потужит…»
Никто нас не вспомнит, о нас не потужит;Неспешной водой протекают года.И было нам плохо, и станет нам хуже, -Покоя не будет нигде, никогда.Да мы и не ищем спокойного года,Да нам и не нужен покой:Свобода еще с Ледяного походаДля нас неразлучна с бедой.1948
«Бог спас деревню от беды!..»
Бог спас деревню от беды!Поля завалены снопами,Стоят счастливые сады,Отягощенные плодами.Теперь ничто им не грозит -Ни град, ни засуха, ни ветер,И синева легко сквозитСквозь листья… Маленькие детиСпешат веселою гурьбойТуда, где опадают сливы,Они счастливы, Боже мой,По настоящему счастливы,Как день воскресный без забот,Как звон пчелы, домой летящей,Как этой ласточки полет,Такой воздушный и скользящий.1948
«Любезны мне пчела и муравей…»
Любезны мне пчела и муравей -Бог знает, кто из них трудолюбивей, -И праздный полуночник-соловей,И ворон-вор, гуляющий по ниве.Лежу в траве. Гляжу - не нагляжусьНа облака, на небо голубое,Родное, недалекое - такое,Что, кажется, рукой его коснусь.1948
«Поскупей на слова, посуровей…»
Поскупей на слова, посуровей;Но нежней и сердечней втайне,Не боясь ни смерти, ни крови,Ни в жизни, ни на войне.Короче, как можно короче,В стихах о себе, о судьбе.Но всецело: и дни, и ночи -О тебе, о тебе, о тебе.1948
«Казалось бы: пора и на покой…»
Казалось бы: пора и на покой, -Кой-что забыть, со многим примириться,По осени в дубраве золотойС минувшим летом распроститься.Дни холодней. И скоро первый снегСлетит с небес, закружится по полю;Но вот - древесный молодой побегЕще упорно тянется на волю,Еще трепещет свежею листвой,Когда вокруг давно все омертвело…Моя душа, что делать мне с тобой,Любовь моя, что мне с тобою делать?1949
«Почему с утра я полупьяный…»
Почему с утра я полупьяный -Захмелел внезапно без вина,И не улица, а светлая полянаМне сегодня из окна видна;Не дома парижского предместья,А деревья распушились по весне,И шумят с весенним ветром вместеИ стучат в окно ветвями мне…Боже мой, откуда столько счастьяО котором рассказать нельзя, -Почему мне: и Твое участьеИ все люди, до единого, друзья?Ведь кругом все смутно и неверно,А я сам давно погряз в грехи…Это кто-то написал, наверно,За меня хорошие стихи.1949
Сон
Г.Э. Масяновой
И снилось мне, что будто яПознал все тайны бытия,И сразу стал мне свет не мил,И все на свете я забыл,И ничего уже не жду,И в небе каждую звездуТеперь я вижу не такой,Как видел раньше - золотой, -А бледным ликом мертвеца,И мертвым слухом мудрецаНе слышу музыки светил.Я все на свете разлюбил,И нет в груди моей огня,И нет людей вокруг меня…И я проснулся на заре,Увидел церковь на горе, -И над станицей легкий дым,И пар над Доном золотым,Услышал звонких петухов, -И в этом лучшем из мировСчастливей не было людейМеня, в беспечности своей.1949