Чтение онлайн

Таню не выпустили. Ческу сказал, что это опасно, что в городе ходят слухи о явлении Великой Матери, а журналисты ночуют у дверей Изумрудной башни, и прятаться в апартаментах на самой её вершине — лучший выход. Таня видела — врёт, врёт и не краснеет, только в том не было вины Ческу, и она скрипела зубами, но ждала, пока друг соизволит её навестить.

Потянулись скучные однообразные дни. Денри не приходил, Адриан — тоже, что разбивало Тане сердце. После всего, что они пережили, неужели она не заслужила от него доброго слова, ласкового прикосновения? Неужели ему наплевать, как она себя чувствует? Запертая в башне, как проклятая принцесса, Таня изнывала от скуки и неопределённости, а потому накручивала себя, придумывала различные версии, одна болезненнее другой, и становилась несчастнее день ото дня. Она подолгу смотрела в окно на то, как входили и выходили люди из небоскрёбов, как у дверей толпились журналисты, в надежде увидеть знакомый силуэт. Но даже если Адриан и появлялся на площади, с такой высоты узнать его не было никаких шансов.

Денри явился на пятый день. Таня уже вставала и чувствовала себя вполне здоровой. Кожа её приобрела нормальный цвет и больше не зудела, как после ожогов, и даже голова перестала болеть. Великая Матерь больше не отзывалась, как бы Таня ни молилась, и красные лилии на руке оставались недвижимы. В один из дней, когда она ходила кругами по гостиной, в двери повернулся ключ, и в апартаменты зашёл Денри.

— Менив-Тан!

Он изменился. Как будто резко повзрослел за то время, что они не виделись, возмужал. В манере держать себя мальчишеская легкость сменилась твердостью, в лице появилась усталость, у рта залегли еще не морщины, но первые намёки на них.

— Денри! — Таня сорвалась с места, порывисто обняла друга, с облегчением чувствуя его руки у себя на спине. Сердце радостно забилось. Наконец-то хоть одно знакомое лицо, родной запах, хоть один человек, которому на неё не наплевать.

— Как ты себя чувствуешь, моя пророчица? — Денри улыбался и гладил Таню по волосам. Она задрала голову и зажмурилась, как кошка.

— Умираю от скуки. Почему ты запер меня здесь?

— Для твоего собственного блага, — раздался мелодичный женский голос. Марго.

Конечно, Денри пришёл не один. За его спиной стояла Марго и с выражением смиренного терпения ждала, пока на неё обратят внимание. Она была прекрасна, как и всегда: элегантное, но не вызывающее платье, легкий макияж, сложная прическа, окутывающая красивое лицо облаком волос. Красные губы изогнуты в легкой улыбке. Вот только радость Тани разом поутихла.

— Здравствуйте, тэссия.

— Здравствуй, великая пророчица, — откликнулась Марго.

Таня отступила, убрала руки от чужого мужчины. Сердце тоскливо сжалось: ничего никогда не будет по-прежнему. Не стоило забываться.

— Не называйте меня так, — бросила она. В устах Марго это звание звучало, как оскорбление.

Вот только Денри не разделял её скептицизм. Он буквально излучал жизнерадостность. Широко улыбаясь, прошёл вглубь гостиной, осмотрел её с видом хозяина.

— Почему же? Ты и есть великая пророчица! Ты привела в этот мир Великую Матерь, и люди вспомнили, кто их настоящий бог! Ты помогла нам победить Эрона… Как его называют?

— Разрушителя, — с улыбкой подсказала Марго.

— Именно! Спасла Илибург. Теперь этот титул по праву твой. Ты уже легенда, Менив, но подожди! Подожди, и наши имена будут звучать от Седого моря до Туманных островов.

— Хоть ты можешь мне ответить, что произошло, когда я потеряла сознание? Все делают таинственный вид и отводят глаза. Это бесит! Я чувствую себя то ли заложницей, то ли… дурой.

Марго снисходительно улыбнулась, а Денри поспешил заверить:

— Не усложняй, Менив. Это я запретил тебе что-то рассказывать, чтобы ты узнала все от меня.

— И сам не появлялся неделю, — усмехнулась Таня.

— Государственные дела, — развел руками Денри. — Их оказалось больше, чем я представлял. Но теперь я же здесь. В Илирии происходят большие изменения. Нам удалось договориться с людьми и найти решение давней проблемы. Предводителей мятежей мы арестовали, может, казним парочку, но всех остальных помиловали. Видишь ли, люди не хотят, чтобы ими правили драконы. И остаться без нашей защиты тоже не хотят. Пытаются усидеть на двух стульях, это так типично для человека, — от усмехнулся.

— И что же, вы нашли выход?

— Да. Больше никаких Малых Советов из драконов. У власти остается только один из нас… в паре с человеком. Дракон может править, только если рядом с ним есть человек, который обладает такой же властью. Кажется, решение вполне изящное.

Таня скрестила руки на груди. Тревожная мысль закралась в голову, но она просто спросила:

— И как же вы будете выбирать этого человека?

Денри посмотрел на неё, улыбаясь немного смущенно и загадочно.

— Зачем же мне выбирать? Я давно выбрал, — и он повернулся к Марго, протянул ей руку. Она потупила глаза, вложила пальчики в протянутую ладонь, и Таня почувствовала, как ей становится муторно. Что за спектакль они разыгрывают? — Я женюсь на Марго, и она станет моей королевой. И да, Илирия станет конституционной монархией. Великой и процветающей.

Марго шагнула вперед, встала рядом с Денри, коснулась его руки. Их пальцы сплелись. Марго мастерски умела сказать улыбкой больше, чем иные говорили словами. Таня потерла лоб. Ей казалось, что стоило провалиться в беспамятство, как мир покатился к Бурунду в трещину.

— Хорошо, а Адриан? Он у вас будет третьим? — спросила она, хмыкнув, но улыбка быстро исчезла с её лица, потому что Денри и Марго переглянулись. Быстрый, почти неосознанный взгляд двух людей, которые что-то задумали. — Прекращайте так делать! — воскликнула Таня. — Что с Адрианом?

Денри вздохнул с досадой, и тут инициативу перехватила Марго. Она подошла ближе, так, что Таня почувствовала сладкий запах её духов, присела рядом и положила руку на плечо. Рука у неё оказалась тонкая, почти невесомая, и Таня вдруг почувствовала себя неуклюжей и неказистой со своими мускулистыми плечами.

— Менив-Тан, — Марго начала нежно и тихо, словно ступала босыми ногами по стеклу, — Мангон ушёл.

— Как это — ушёл? Куда?

Таня посмотрела на Денри, но тот отвёл взгляд, как будто не хотел иметь дела с этими женскими переживаниями. Прохладные пальцы Марго скользнули по горячей коже.

— Понимаешь, толпа хотела крови… За всё, что произошло с Илибургом. За Эрона. И Денри позволил ему уйти, чтобы не случилось беды.

Таня посмотрела ей в глаза, большие, цвета горького шоколада, в тот момент они были тёплыми и влажными, и в них плескалось сочувствие.

— Так и сказал: уходи? — спросила Таня, и когда Марго замялась, потребовала громче: — Хватит делать из меня идиотку! Говорите прямо, что случилось на этой проклятой площади?!

Марго вздохнула, убрала руку, как будто говоря: ну что ж, ты сама напросилась. А Таня переводила взбешенный взгляд с неё на Денри и обратно, чувствуя, что ступает по скользкому дну, и злясь из-за этого. Эти двое решили играть с ней в игру, и можно было бы закрыть на это глаза, но дело касалось Адриана, и видела Матерь, этого она допустить не могла.

— Денри изгнал его.

В комнате повисло молчание, которое длилось несколько мучительных секунд, после которых Таня взорвалась:

— Что ты сделал? — она тут же позабыла про Марго, бросилась к Денри, ударила его в плечо. — Ты что натворил, я тебя спрашиваю?

— Менив, успокойся…

Но Таня не могла успокоиться. Гнев заливал грудь горечью, и она захлебывалась, задыхалась, путаясь в словах, что не происходило с ней уже много лет.

— После всего, что Адриан сделал? После потери Кардамона? Этого… Кардинала! После смерти Уэлла и Аррон, сражения с Кейблом? После мятежей, смертей, пожаров? Смерти его ребенка? Предательства жены? Убийства отца? Ты… ты! Ты изгнал его? — у Тани не было сид кричать, она хрипела Денри в лицо, дрожа от желания ударить его в лицо. О Великая Матерь, она никого не хотела так ударить, как своего друга именно потому, что тот был другом.