Чтение онлайн

— Позднее он послал за мной. «Баттербур, — говорит. — Я ищу друзей: четырёх хоббитов. Один — кругленький малыш с румяными щеками, — прошу прощения, — а прочие просто молодые хоббиты. У них должно быть пять пони и порядком поклажи. Видал их? Они должны были пройти через Бри где-то нынче[6], если только не остановились здесь».

— Он, кажется, был очень раздосадован, когда я сказал, что никакого такого отряда в «Пони» нет и никто не проходил, насколько мне доподлинно известно. «Плохие вести! — сказал он, теребя бороду. — Сделаешь для меня две вещи? Коли этот отряд объявится, передай им весть: „Спешите дальше! Гэндальф впереди“. Только это. Не забудь, ибо это важно! И коли кто-нибудь — кто угодно, заметь, сколь бы странен ни был — справится о хоббите по имени Бэггинс, скажи им, что Бэггинс ушёл на восток с Гэндальфом. Не забудь и этого, и я буду тебе благодарен». — Хозяин помолчал, пристально глядя на Фродо.

— Большое спасибо! — сказал Фродо, думая, что господин Баттербур кончил, и с облегчением находя, что его рассказ во многом тот же, что у Топотуна, и не более тревожен. И всё же он был крайне озадачен таинственными словами Гэндальфа о Бэггинсе. Он гадал, не перепутал ли Баттербур всё.

— А! Но погодите-ка минутку! — сказал хозяин, понизив голос. — Это был не конец. И вот что меня озадачивает. В понедельник большой чёрный малый проехал через Бри на огромном чёрном коне, и весь народ только о том и толковал. Псы все скулили, а гуси орали, когда он ехал через деревню. Позже я слышал, что троих этих всадников видели на Дороге у Комба; хотя откуда взялись два других, сказать не могу.

— Гэндальф и его маленький друг Бэггинс уехали вчера, проспав допоздна, около середины утра. Вечером, как раз перед тем как закрыли дорожные ворота, въехали чёрные малые опять, или другие, столь же на них похожие, как ночь и тьма. «Чёрный Человек у двери!» — закричал Ноб, прибежав за мной с волосами дыбом. И впрямь: не один и не трое, а четверо их! Один сидел там в сумерках со своим большим чёрным конём чуть не на моём пороге. Весь в капюшоне и плаще. Он нагнулся и заговорил со мной, и очень холодным мне показался его голос. И что вы думаете? Он спрашивал вестей о четырёх хоббитах, едущих на восток из Шира![7]

— Не понравились мне ни звук, ни вид его, и я ответил коротко. «Не видал я никакого такого отряда, — сказал я, — и вряд ли увижу. Что вам надобно от них или от меня?»

— На это он испустил вздох, от которого меня пробрала дрожь. «Нам нужны вести о них. Мы ищем Бэггинса, — сказал он, шипя это имя, как змея. — Бэггинс с ними. Коли он придёт, ты нам скажешь, и мы отплатим тебе золотом. Коли не скажешь, мы отплатим тебе — иначе».

— «Бэггинс! — говорю я. — Нет его с ними. Коли ищете хоббита по такому имени, он ушёл на восток нынче утром с Гэндальфом».

— При этом имени он втянул воздух и выпрямился. Затем снова нагнулся ко мне. «Это правда? — сказал он, очень жёстко и тихо. — Не лги нам!»

— Я весь трясся, скажу вам, но ответил так смело, как мог: «Конечно, это правда! Я знаю Гэндальфа, и он со своим другом был здесь прошлой ночью, говорю вам». При этом четверо их повернули коней и ускакали во тьму без единого слова.

— Ну, господин Холм, что вы обо всём этом думаете? Надеюсь, я поступил верно. Кабы не приказы Гэндальфа, я бы никогда не дал им вестей о Бэггинсе, ни о ком другом. Ибо эти Чёрные Люди никому не желают добра, ручаюсь.

— Вы поступили вполне верно, насколько я вижу, — сказал Фродо. — По тому, что я знаю о Гэндальфе, обычно лучше всего делать, как он просит.

— Да, — сказал хозяин, — но я всё равно озадачен. Как пришло этим Чёрным Людям в голову, что Бэггинс — один из вашего отряда? И, должен сказать, по тому, что я слышал и видел нынче вечером, я гадаю, не правы ли они, чего доброго. Но Бэггинс или нет, вам рады со всякой помощью, какую я могу оказать другу старого Тома и Гэндальфа.

— Я очень благодарен, — сказал Фродо. — Жаль, что не могу рассказать вам всю историю, господин Баттербур. Я очень устал и очень встревожен. Но коли хотите знать, я — Фродо Бэггинс. Понятия не имею, что Гэндальф разумел, сказав, что Бэггинс ушёл на восток с ним, ибо, думаю, того хоббита звали Болджер. Но эти — э-э — Чёрные Всадники охотятся на нас, и мы в опасности. Я очень благодарен за вашу помощь, но надеюсь, вы сами не наживёте из-за нас беды. Надеюсь, эти мерзкие Всадники сюда больше не явятся.

— Надеюсь, что и впрямь нет! — сказал Баттербур, поёжившись.

— Если же явятся, не рискуйте навлечь их гнев ради меня. Они опасны. Раз уж мы благополучно уйдём, вы мало чем нам повредите, сказав им, что отряд из четырёх хоббитов прошёл через Бри. Доброй ночи, господин Баттербур! Ещё раз спасибо за вашу доброту. Однажды, быть может, Гэндальф расскажет вам, в чём всё дело.

— Доброй ночи, господин Бэггинс — господин Холм, мне следовало сказать! Доброй ночи, господин Тук! Благослови меня! А где господин Брендибак?

— Не знаю, — сказал Фолко, — но думаю, он снаружи. Он что-то говорил о том, чтобы выйти подышать воздухом. Должен скоро вернуться.

— Очень хорошо! — сказал господин Баттербур. — Прослежу, чтобы его не заперли снаружи. Доброй ночи вам всем! — С озадаченным взглядом на Топотуна и покачиванием головы он вышел, и шаги его замерли в коридоре.

— Ну вот, опять! — сказал Топотун, прежде чем Фродо успел заговорить. — Всё ещё чересчур доверчивы! Зачем рассказывать старому Барнабасу всё это о том, что за вами охотятся, и зачем говорить ему, что другой хоббит был Болджер?

— Разве он не безопасен? — спросил Фродо. — Том Бомбадил сказал, что безопасен, и Гэндальф, кажется, ему доверял.

— Безопасен ли он? — вскричал Топотун, всплеснув руками. — Да, он безопасен, надёжнее некуда. Но зачем давать ему больше пищи для недоумения, чем нужно? И зачем мешать замыслу Гэндальфа? Вы не очень-то сообразительны, иначе вам сразу стало бы ясно, что Гэндальф хотел, чтобы верили, будто хоббит с ним — Бэггинс, — именно затем, чтобы у вас был лучший шанс, окажись вы ещё позади. А как насчёт меня? Безопасен ли я? Вы не уверены (я это знаю), и всё же говорите с Баттербуром при мне! Однако теперь я знаю всё, что он мог сказать, и это, по крайней мере, сократит то, что мне ещё оставалось вам рассказать, — а это было большей частью о тех Чёрных Всадниках, как вы их зовёте. Я сам их видел. Сказал бы, что всего семеро прошли через Бри с понедельника. Вы больше не станете притворяться, будто не можете вообразить, какой интерес может иметь ваше настоящее имя. За всякого, кто сможет донести, что четверо хоббитов здесь и что один из них, чего доброго, всё-таки Бэггинс, предложена награда.

— Да, да, — сказал Фродо. — Я всё это вижу. Но я уже знал, что Они охотятся за мной, и пока что, во всяком случае, их, кажется, отослали по ложному следу.

— Я не был бы так уверен, что они все ушли прочь, — сказал Топотун, — или что они все впереди вас и гонятся за Гэндальфом. Они хитры и делят свои силы. Я могу рассказать вам ещё кое-что, чего вы не слышали от Баттербура. Впервые я увидел Всадника в понедельник ночью, к востоку от Бри, когда возвращался из диких земель. Я чуть не налетел на него, что мчался во весь опор по Дороге в темноте. Я окликнул его с проклятием, ибо он чуть меня не сшиб, и он осадил коня и вернулся. Я стоял недвижно и не издавал ни звука, но он шаг за шагом подводил коня ко мне. Когда он был совсем близко, он нагнулся и принюхался. Затем он зашипел, повернул коня и ускакал.[8] Вчера я видел тех четверых, что заезжали в этот трактир. Прошлой ночью я был настороже. Я лежал на склоне под изгородью сада Билла Ферни, и я слышал, как Билл Ферни разговаривает. Он угрюмый малый, и дурная у него слава в Брийском краю, и, как известно, чудной народ порой заглядывает в его дом. Вы, должно быть, приметили его среди общества: смуглый человек с насупленным видом. Нынче вечером он был очень накоротке с Гарри Гоутлифом, привратником западных ворот (скаредным старым брюзгой), и с одним из южных чужаков. Они выскользнули вместе сразу после вашей песни и происшествия. Я не доверяю Ферни. Он продал бы что угодно кому угодно, ежели вы меня понимаете.

— Я вас не понимаю, — сказал Фродо.

— Что ж, яснее говорить не стану, — сказал Топотун. — Я лишь гадаю, по простой ли случайности совпали это необычное прибытие чудных путников по Зелёному Тракту и появление охотящихся всадников. И те и другие могут искать одно и то же — или одного. Так или иначе, я слышал, как Билл Ферни говорил прошлой ночью. Я знаю его голос, хоть и не мог разобрать слов. Другой голос шептал или шипел. И это всё, что мне есть рассказать вам. Делайте как хотите насчёт моей награды. Но что до того, чтобы я пошёл с вами, скажу вот что: я знаю все земли между Широм и Мглистыми Горами, ибо много раз бродил по ним за свою жизнь, — а я старше, чем выгляжу. Я мог бы пригодиться. После нынешней ночи вам придётся покинуть открытую Дорогу, ибо, коли спросите меня, я сказал бы, что эти Всадники её патрулируют — и всё ещё ищут ваш отряд. Не думаю, чтобы вам хотелось их встретить. Мне не хочется! От них у меня мороз по коже! — закончил он вдруг, содрогнувшись.