Чтение онлайн

Он подошёл к окну и отдёрнул занавес и ставни. Солнечный свет снова хлынул в комнату. Сэм прошёл по тропе снаружи, насвистывая. — В любом случае, — сказал чародей, оборачиваясь к Фродо, — теперь уже поздно. Ты возненавидел бы меня и назвал бы вором, и дружбе нашей пришёл бы конец. Такова власть Кольца. Но вместе мы взвалим на плечи бремя, что на нас возложено. — Он подошёл и положил руку на плечо Фродо. — Но мы должны сделать что-то скоро, — сказал он. — Враг приходит в движение.

Та же любопытная мысль всё ещё наличествует здесь, что Гэндальф обнаружил огненные буквы на кольце Бильбо и знал, что это Правящее Кольцо, прежде чем Бильбо ушёл, но не сказав ему (то есть без ведома Бильбо о том, что это испытание было проделано): см. с. 266 и примеч. 38. — Замечание Гэндальфа (с. 321) «Я и впрямь думаю, что Голлум — начало наших нынешних бед», удержанное со второй версии, теперь, быть может, делается менее тёмным (см. с. 271, примеч. 33): «Я был в Земле Мордор. Боюсь, что Враг ищет».

Глава III: «Промедление опасно»

Новый текст третьей главы, получивший теперь этот заголовок (что был нацарапан на второй версии), был ещё одной прекрасной чистой рукописью, заменившей своего ужасающе трудного предшественника (с. 273 и далее).

Глава всё ещё начинается с пересудов в «Плюще» и «Зелёном Драконе» (с. 274 и примеч. 1), прежде чем перейти к разговору между Гэндальфом и Фродо. В том разговоре Гэндальф теперь и впрямь поминает, как в FR, о возможности, что задачей Фродо может оказаться отыскать Трещины Рока, — более того, он идёт дальше:

— И уйти туда, но не вернуться обратно, — мрачно прибавил Гэндальф. — Ибо в конце концов, думаю, ты должен прийти к Огненной Горе, хотя ты ещё не готов сделать это своей целью.

То, что с помощью Мерри[6] Фродо выбрал маленький домик в Крикхоллоу (см. с. 299), теперь взято из карандашной правки к предыдущей версии (с. 283, примеч. 2). Гэндальф всё ещё покидает Хоббитон «одним сырым тёмным майским вечером».

Но крупная перемена входит в историю с уходом Одо Болджера (не Тук-Болджера, как в родовом древе, с. 317) с Мерри Брендибаком в третьей повозке из Хоббитона. Мой отец предлагал это раньше (с. 299): «Отныне [то есть после прибытия в Бакленд] предполагается, что Одо ушёл вперёд с Мерри. В предварительном путешествии были лишь Фродо [Тук], Бинго и Сэм. Характер Фродо немного больше похож на тот, что был некогда у Одо. Одо теперь скорее молчалив (и жаден)». Но текст, что следовал за этим указанием, был тёмен и противоречив, по-видимому, из-за моего сопротивления этому предложению (см. с. 299). Теперь дело было сделано как следует.

В более ранних версиях главы юные хоббиты Фродо и Одо имели различные характеры (см. с. 70). Удаление Одо из похода не означает, однако, что характер Одо был удалён, ибо мой отец всегда работал на основе предшествующих черновиков, и немалая часть первоначального материала этой главы уцелела. Хотя Фродо Тук, переименованный теперь в Фолко Тука (раз Бинго стал Фродо), был тем, кто остался в новом повествовании, ему пришлось стать тем, кто произносит то, что говорил отсутствующий Одо, — если только мой отец не собирался переписывать написанное куда более решительно, чем ему хотелось. Несмотря на раннюю заметку «Сэма Скромби на место Одо» (с. 250), Сэм был с самого начала задуман слишком своеобразно, чтобы хоть сколько-нибудь годиться перенять небрежность Одо. Более того, в этой версии главы первоначальный вклад Фолко (Фродо) Тука был в любом случае ещё урезан. Стих «Дорога всё бежит вперёд» уже был отдан Бинго во второй версии (с. 278); теперь его рассказ о встрече с Чёрным Всадником на Северных Болотах был выброшен, а его восклицание восторга, когда послышалось пение Эльфов («Эльфы! Как чудно! Я всегда мечтал услышать, как эльфы поют под звёздами»), было вырезано, по-видимому, в самом акте письма и заменено хриплым шёпотом Сэма: «Эльфы!» Так Фолко Тук, с уменьшенной долей «своего» и обретя многое из «Одова», делается «Одо» полнее, чем мой отец, по-видимому, предвидел, когда сказал «Характер Фродо [Тука] немного больше похож на тот, что был некогда у Одо».[7]

И всё же родословное место Фолко остаётся, ибо сам Одо (некогда по фамилии Тук, но теперь Болджер с матерью из Туков) ушёл вперёд в Бакленд, где отдельное и особое приключение (уже мельком увиденное наперёд, с. 302, 304) настигнет его, тогда как в место Фолко в родовом древе Туков, как двоюродного брата Мерри Брендибака (с. 267, 317), позднее ступит Перегрин Тук (Пиппин).

«Забитая жена Миранда» Косимо Саквиль-Бэггинса снова исчезает вместе с замечанием, что он и его мать Лобелия жили в Бэг-Энде «много лет после» (с. 283, примеч. 5). — «Дорога всё бежит вперёд» теперь достигает окончательной формы (с. 284, примеч. 10). — При первом появлении Чёрного Всадника на дороге, в отрывке, приведённом на с. 278, «Одо и Фродо» становятся «Фолко и Сэмом», и достигается текст FR (с. 84).

Как уже отмечено, рассказ Фродо Тука о его встрече с Чёрным Всадником на Северных Болотах Шира (с. 278) теперь выброшен, а разговор между Бинго и Фродо Туком о Чёрных Всадниках (с. 279), что следует за открытием Сэма, переходит в точности к форме в FR (с. 85), с Фолко вместо Пиппина, конечно. Краткая остановка Всадника у трухлявого дерева, в котором хоббиты ели ужин, однако удержана в этой версии, и в последующем разговоре Фродо всё ещё говорит, как говорил Бинго, что примет имя господина Холма из Далёка.

Когда послышалось пение Эльфов, Фродо говорит, как в FR, с. 88: «Их можно порой встретить в Лесном Углу», но он всё ещё говорит, как в предшествующей версии (с. 280), что они приходят весной и осенью «из собственных своих земель далеко за Рекой». Как и в FR, гимн Эльберету теперь, как сказано, поётся «на прекрасном Эльфийском языке», а в конце его Фродо говорит: «Это Высокие Эльфы! Они произносят имя Эльберет!»

Неосторожное замечание Одо об их удаче — нежданно набрести на хорошую еду и ночлег — исчезает и не передаётся Фолко. Приветствие Фродо «Звёзды сияют в час нашей встречи» сперва было дано, как прежде (с. 280), лишь в переводе, но мой отец изменил это, явно в самом акте письма рукописи, введением и эльфийских слов: Eleni silir lumesse omentiemman, а затем снова Elen sile …, «Звезда сияет…» На это Гилдор говорит, как в FR: «Вот знаток Древнего Языка».

Это всё ещё Луна будит Эльфов к песне, но старое выражение («Жёлтая луна взошла, выпрыгнув стремительно из тени, а затем взбираясь круглая и медленная в небо»), уцелевшее с первоначальной версии главы (с. 61), было изменено, по-видимому, во время написания или очень близко к нему, на: «Над туманами там, на Востоке, явилась тонкая серебряная корка Новой Луны, и, поднявшись стремительно и ясно из тени, она качнулась, мерцая, в небе». Мой отец, без сомнения, сделал это изменение из-за того, что он сказал в другом месте о Луне, ибо была растущая луна, когда хоббиты приближались к Заверти, и она была «почти в половину» в ночь нападения (с. 168, 184): нападение было 5 октября (с. 175), и не могло быть полной или почти полной Луны 24 сентября, в ночь, проведённую с Эльфами в Лесном Углу (см. с. 160). В ту ночь она, должно быть, была почти Новой Луной. Даты фаз Луны осенью и ранней зимой того года, приведённые на с. 434, примеч. 19, и впрямь дают Новую Луну 25 сентября, Первую Четверть (в половину) 2 октября и Полную Луну 10 октября. Но странное и нехарактерное заблуждение, что мой отец вообразил Новую Луну, восходящую поздней ночью на Востоке.[8] В FR, конечно, о Луне в этом отрывке не упомянуто: это «Небесный Меченосец, Менельвагор со своим сияющим поясом» заставил Эльфов разразиться песней.

В отрывке, описывающем воспоминания о трапезе, съеденной с Эльфами, достигается текст FR, причём Фолко удерживает воспоминания Фродо Тука вместе с воспоминанием Одо о хлебе.

Совет Гилдора Бинго (Фродо), чтобы тот взял верных спутников, и его мнение, что нынешние его спутники уже сбили Всадников со следа, удержаны (см. с. 282), но в конце теперь нет упоминания о Кольце, и их разговор оканчивается, как в FR (с. 94).

Глава IV: «Напрямик через грибные земли»

В этой новой версии главы стоит отметить лишь любопытный итог исключения Одо Болджера: Фолко Тук прибавляет долю Одо к той, что удержал от Фродо Тука в прежнем повествовании. В предыдущей версии Одо доказывал против того, чтобы идти напрямик к Переправе, потому что, хотя края он не знал, он знал «Золотой Окунь» в Стоке, а Фродо Тук доказывал за — потому что края он знал.[9] Теперь Фродо-элемент в Фолко, удерживая знание края, использует его, чтобы поддержать желание Одо-элемента в нём пива в Стоке, а его противником в споре оказывается Фродо (Бэггинс); так Фолко здесь, и на всём протяжении главы, — Пиппин во всём, кроме имени (см. с. 286–287).

Дипхэллоу теперь исчезает из текста (см. с. 286).

Глава V: «Раскрытый заговор»

Эта глава уже достигла во второй версии (с. 298 и далее) формы, очень близкой к той, что в FR, но оставалась путаница в том, был ли Одо в пешем походе из Хоббитона или ушёл вперёд в Бакленд с Мерри (см. с. 299, 323). Вслед за новой версией Главы III это теперь разрешено, конечно: Одо в Крикхоллоу, отворяет дверь, когда они прибывают, и готовит ужин с Мерри — на деле, до конца главы, он стал Фредегаром (Толстиком) Болджером. Текст теперь достигает, до конца главы, формы в FR, вплоть до мельчайших частностей выражения, лишь с такими отличиями: отрывок о Горхендаде Олдбаке всё ещё отсутствует (с. 298); Изгородь всё ещё сорок миль из конца в конец (там же), и «гномья песня» «Прощай! прощай, очаг и зал!» всё ещё удерживает форму предыдущей версии (с. 300–301).[10]