Чтение онлайн

Плоидис мягко улыбнулся.

— В который раз убеждаюсь, что его появление было самым гениальным ходом во всей моей внутренней политике. И сделала этот ход ты, Илли.

— Прекрати уже хвалить меня, Плоидис, — еще более смущаясь, ответила Иллиандра. — Ты слишком неоправданно восхищаешься мной, и я все больше боюсь разочаровать тебя когда-нибудь.

— Едва ли у тебя это получится, — сощурился он.

Стук в дверь заставил их разомкнуть объятия и обернуться.

— Илли? — в комнату заглянул Дариан, однако, заметив короля, смутился. — Ох, простите…

— Входи, Дариан.

— Я лишь хотел предложить Иллиандре прогуляться по городским садам, — сказал юноша, прикрывая двери.

Плоидис улыбнулся.

— Извини, Дариан, но, думаю, сегодня я украду твою жену до обеда.

— Разумеется, Ва… хм… — Дариан осекся и смущенно кивнул. — Разумеется. С Вашего позволения.

Он быстро скрылся за дверями. Плоидис обернулся к Иллиандре и, уловив ее смеющийся взгляд, чуть поднял брови.

— Что, Илли?..

— Я только сейчас поняла, насколько твое присутствие здесь выходит за всякие рамки, — сказала она. — Даже для Дариана. Ты ведь король, Плоидис, и подумать только, ты можешь вот так запросто прийти сюда, без стражи, никем не узнанный, и просто быть со мной…

Он нежно провел пальцами по ее щеке.

— Я бы хотел, чтобы нам вообще не нужно было расставаться. Тем не менее, мне нужно вернуться во дворец к обеду, так что у нас всего пара часов, — он улыбнулся и подал ей руку. — Желаешь прогуляться со мной, Илли?..

— … Ренос, это слово Архитогора! Ты не можешь самовольно решать, что делать с этим!

— Это бессовестная ложь!! Я не собираюсь так лгать людям!

— Но ты — не Архитогор!

Иллиандра вошла в комнату, заставляя Реноса и Элеонору испуганно обернуться. В следующий же миг Ренос нахмурился.

— Вот и ты, Илли! — он гневно потряс в воздухе исписанным листом. — Может, объяснишь, что все это значит?..

— Разумеется, Ренос, если ты перестанешь облаивать меня с порога, — ответила Иллиандра.

Он хмуро уставился на нее и нехотя буркнул:

— Прости.

Иллиандра плотнее закрыла дверь и, опустившись в кресло, спокойно спросила:

— Что именно ты считаешь бессовестной ложью, Ренос?

— Все это, от первой до последней строчки, — ответил он. — Илли, я думал, ты на нашей стороне, я думал, ты поддержишь волю народа…

— Вот именно здесь ты ошибаешься, — заметила Иллиандра. — С чего ты решил, что ваше народное освобождение выражает волю народа?

— А чью же еще??.. Это то, о чем такие, как я, мечтали все эти годы…

Иллиандра улыбнулась.

— Это то, о чем ты мечтал, Ренос.

— Я был среди них, в отличие от тебя, Илли, — он сжал губы.

— Я, кажется, тоже пробыла с Братией достаточно долго, чтобы неплохо узнать тех, кого призвана защищать.

— Так почему же ты идешь против них, Илли? — Ренос криво усмехнулся. — Или же вы, дворяне, в самом деле делаете только то, что выгодно вам, и ради этого даже самые лучшие идеи превращаете в огромную ложь людям?

— Ренос! — возмущенно подала голос Элеонора.

— Я не говорю о тебе, Лео, — повернулся к ней юноша.

— Правильно, — усмехнулась Иллиандра. — Ренос говорит обо мне, и, хотя обещал выслушать, продолжает нападать на меня, даже не зная, что я в самом деле думаю.

Юноша, сощурившись, вновь взглянул на Иллиандру.

— Не думаю, что ты сможешь убедить меня в праведности своих намерений.

— Разрешишь попробовать? — Иллиандра насмешливо смотрела на него, и он вновь сжал губы.

— Разумеется.

— Спасибо. Прошу, выслушай меня внимательно, Ренос. Я не сомневаюсь, что твое освобождение принесло тебе счастье. У тебя есть любимое дело, которому ты искренне готов посвятить всю жизнь, у тебя есть любимая женщина, у тебя есть источники средств на жизнь. Могу ли я спорить, что освобождение изменило твою жизнь к лучшему?.. И я также не стану спорить, что для некоторых людей оно может стать таким же счастливым. Но теперь подумай о других, Ренос. Подумай о тех, кто привычно живет той жизнью, которой жили их отцы и деды, кто содержит семью, и растит детей, и добывает хлеб единственным занятием, которое знает. Будучи несвободным, он уверен, что и завтра, и через месяц, он будет заниматься все тем же и так же кормить своих родных. Есть одно очень большое преимущество в его несвободе: хозяин не может оставить его без крова и средств к существованию… конечно, в действительности случается разное, но ведь мы создавали Братию как раз затем, чтобы следить за этим. Но вот ты добиваешься успеха, и король издает закон о всеобщем освобождении. И что же? — вмиг наш герой оказывается свободным и волен отныне сам выбирать свою судьбу. Если он был доволен своим хозяином, или если он был недоволен, но боится перемен, он останется у своего господина — и что тогда для него изменится?.. Но вдруг окажется, что недоволен был сам хозяин — и вот счастливый освобожденный оказывается безработным, вынужденным искать себе работу. И где же ему искать ее, если его дом стоит на земле, которая во все стороны до горизонта принадлежит его, теперь уже бывшему, хозяину? Куда ему идти, куда вести свою семью и детей? Что ему делать со своей свободной жизнью? И так будет со многими, Ренос. Освободив людей, ты уже не сможешь обязать землевладельцев содержать их, не сможешь запретить им выдворить надоевших — ведь теперь их отношения строятся на свободе и независимости. И большинство людей не готовы к свободе именно потому, что, получив ее, просто не будут знать, что делать с этой новой жизнью. Они никогда не жили иначе, они даже не идут, а катятся по той дороге, которой наделила их судьба. И уверенность в том, что завтра будет то же, что вчера — для них главное. Так подумай, хочешь ли ты в самом деле лишить их единственного, что у них есть, навязывая им свою мечту, Ренос?..

Юноша не шевелился, уставившись в пол и напряженно сцепив пальцы. Иллиандра поймала взгляд Элеоноры и чуть улыбнулась. Лео была на ее стороне, вне сомнений.

— Знаешь, Илли, я все же предлагаю порвать вот это, — Ренос наконец поднял глаза и, сжимая в руках письмо Архитогора, пристально посмотрел на Иллиандру. — Перепиши его так, как только что рассказала мне, потому что, клянусь, из того, что тут написано, я ни черта не понял так, как ты этого хотела.

Иллиандра вдруг рассмеялась.

— В самом деле, Ренос?..

— Да, — он вздохнул. — И… прости, что обидел тебя, Илли.

— Ерунда, — ответила она. — Позволишь мне самой еще раз прочесть его?

— Конечно, — Ренос протянул листок Иллиандре. Она пробежала текст глазами и, задумавшись, спустя мгновение, произнесла:

— Знаешь, пожалуй, ты прав. Я слишком привыкла писать к королю… — она подняла глаза на Реноса. — Я перепишу это. Спасибо.

— Не за что, — улыбнулся он, все еще немного виновато. — Мы все же делаем одно дело.

— Доброе утро, Ронтан, — весело сказала Иллиандра, входя в комнату.

— Доброе утро, Илли, — Делтон улыбнулся ей в ответ.

— Какие новости?

— Одна из моих собак ощенилась. Теперь у меня появились еще шесть прекрасных чистопородных гончих.

— Поздравляю, — усмехнулась Иллиандра. — А что же наши гончие? Выяснили, кто этот барон Аматье?

Делтон слегка пожал плечами.

— Он недавно переехал в Авантус из Паранеи с женой и сыном. Купил дом в восточной части города, живет тихо и ничем особенно не примечателен… разве что, несмотря на семью, слывет ловеласом и любителем дам.

— И это все?.. — чуть нахмурилась Иллиандра. — Вы уверены? И никаких странностей?

— Нет. Я все же не понимаю, почему он так интересует тебя, Илли, — внимательно посмотрел на нее Делтон. — Он едва ли пару месяцев назад впервые появился в Авантусе, до этого всю жизнь прожил в отдаленной стране, с которой у нас никогда не было проблем… почему ты думаешь, что он может каким-то образом угрожать королю?..

Иллиандра вздохнула.

— Король говорил Вам о призраке, не так ли?

Делтон нахмурился.