Чтение онлайн

– Да, напали. Всех, – добавила она, – люди и скот.

– И где все?

– Нету, – грустно сказала Агайя, – съел там… – она махнула рукой в сторону выхода, в сторону площади, – все люди… весь скот. Съел…

Незнакомец как-то странно взглянул на нее, покрутил головой, вздохнул и сел рядом. Он обнял ее за плечи, и она охотно, радостно потянулась к нему, положила голову ему на грудь, а он другой рукой осторожно погладил ее по волосам. Потом снова вздохнул и сказал:

– Бедная. Как же тебе досталось.

***

Вот так, как говорится, не было забот… Вот и еще один человек, который чуть не погиб, и наверняка же погибнет, если он, Халеб, не поможет ему. Эта Агайя, кстати, совсем не походила на деревенскую девку. Как она очутилась тут? Ну, тут – понятно, это она хорошо объяснила, – не тут, а там, откуда их всех сюда… на корм этой твари. Вот же суки, откупались.

Он оглядел ее, вроде ничего, но вот от платья остались одни обрывки. Как-то надо ее одеть.

Да что там – как-то!.. – мысленно взревел Халеб, – вот сейчас пойдем и возьмем, и пусть только попробует у меня кто-то вякнуть. Уложу, патрона не пожалею. Сволочи!

– Вставай, Агайя, – сказал он, беря девушку за руку, – пойдем. Уже, наверное, можно.

Он дождался, пока она встанет, и быстро прошел к дверям. Что там? Улетела та тварь, или кружит? Нет, не видно. Справила тризну по своему приятелю, и полетела вслед остальным.

– Пошли, – сказал он, – можно.

– Куда идти? – поинтересовалась Агайя. Каждое слово словно с трудом выдавливалось из нее. Языком она владела, но плохо. Видно, что учила, но, наверное, – подумал Халеб, – давно не пользовалась.

– Надо одеться. – Он говорил, отделяя одно слово от другого, чтобы ей легче было понять, и стараясь произносить слова медленно и внятно. – Тебе надо одеться. Пойдем, возьмем одежду.

– Где? – Поинтересовалась девушка.

Халеб не ответил. Он смотрел по сторонам. На улицу уже начал выходить народ. Озираясь, вертя головой, осторожничая, люди выползали из хижин и шли к площади, где лежали объедки их недавнего вождя и нетронутая новая гора мяса.

Из-за угла вынырнула какая-то девица с расширенными глазами и головой, втянутой в плечи. Ей было страшно, и она готова была в любую секунду юркнуть куда-нибудь, забиться и сидеть там. Халеб поймал ее за рукав. Она ойкнула и остановилась, глядя на него с ужасом. Похоже, она боялась его не меньше, чем дракона.

Халеб оглядел ее. Пожалуй, телосложением она была похожа на эту, как ее, Агайю. Что ж…

– Скажи ей, – обратился он к Агайе, – что тебе нужна одежда. Пусть отведет к себе и даст.

– А разве так можно?.. – Заикнулась было эта несчастная жертва, но Халеб, напустив строгости, рявкнул:

– Нужно! Давай!

Агайя что-то залепетала, обращаясь к так и стоящей столбом девице. Та испуганно моргнула, и закивала головой.

Дома у нее, под взглядами сбившихся в кучку родных, Халеб и Агайя долго перетряхивали гардероб этой девки, ища то, что, пусть и не красиво, и не ново, но практично и по размеру.

– И теплые вещи бери, – сказал Халеб, – зима скоро. На ноги – чулки, носки, портянки – сама смотри. Чтобы тепло и ноги не натирать.

Видно было, что для Агайи это все сущая пытка – вот так рыться в чужих вещах, примеривать их, откладывать. И все это под молчаливые взгляды тех, кого она, по сути, грабит.

Наконец, закончили. Что-то она одела на себя тут же, что-то понесла в руках.

Встал вопрос: что с ней делать дальше.

Но сначала нужно закончить то дело, что не удалось сделать с Даудом.

***

– Как он?

– Ты знаешь, по-моему, лучше, – увидев Халеба, вошедшего в хижину, Майя, сидевшая возле мужа, поднялась на ноги, – он поел. Я опять ему немного бульончика дала. Сейчас спит.

– Не тошнило?

– Нет. А, главное, он помочился. И крови было немного.

– Но все же была?

– Была. – Майя помолчала, подумала, потом добавила:

– В следующий раз может и совсем не быть. Он же маг.

– Да, – согласился Халеб, – и один из самых сильных. Недаром его в свое время на Остров забрали. Целое дело было, он тебе не рассказывал?

– Так, слегка.

– Ну, когда поправится, ты попроси его рассказать. Очень интересно. Так, значит, думаешь, правда выживет?

– Кажется, да.

– Ну, слава Единому!..

– Как-как? – удивилась Майя, – а я думала ты атеист. У нас там на Острове все атеисты. Даже попы.

– Да это так, – смутился Халеб, – нахватался выражений тут. Не обращай внимания. Так что тогда, будем собираться? – Он улыбнулся. – А я уже все вещи забрал, те, что мы там оставили. Забрал, собрал, на тележку погрузил. Вот она тут стоит. Все готово.

– А как это ты? – Удивилась Майя. – Там же…

Она не договорила, но Халеб ее понял. Конечно, одному там было не справиться.

– А я пару местных мужиков мобилизовал. Один внизу вещи к веревке привязывал, другой тянул наверх. Ну, а я уже в тележку укладывал. А потом втроем уже ее сюда прикатили.

– А как тебе удалось их – как это ты сказал? – мобилизовать?

– Да легко. Они тут, знаешь, меня боятся. Боятся и ненавидят. Очень нехорошее сочетание. Так и жди какой-нибудь гадости типа ножа в спину или камня сверху на голову.

Он помолчал и добавил:

– Хорошо, что Бонифациусу полегче. Уходить надо.

***

К вечеру вещи в тележке были уложены окончательно, и с учетом того, чтобы наиболее необходимые были под рукой, и с тем, чтобы можно было достаточно удобно устроить в ней Бонифациуса. Когда он проснулся с ним поговорили. Он не возражал.

– Если умру, – сказал он, – так какая разница, где.

– Ты не умрешь! – Горячо заверила его Майя.

– Ну, значит, выживу, – не стал спорить с ней Бонифациус.

Он вообще стал тихим и покладистым. Поинтересовался только не потерялись ли его рукописи. Рукописи не потерялись и не были забыты. Они лежали в тележке на самом дне. Вряд ли они могли понадобиться в пути.

Трогаться решили утром.

А вечером к ним пришли гости. Их было двое – та самая девушка, которую сегодня Халеб спас, кажется, ее звали Агайя, и с ней довольно представительный старик.

– Это Байгор, – представила старика Агайя, – он, это… главный старейшина. Он – в совет.