Времландия
Шрифт:
Пот Полгодов на совещании опять отсутствовал. Кому-то нужно было предварять грязные планы Годфри в жизнь, потому он направился в исправительную колонию, где совместно с Прицинковым — главой частной военной компании, избавлял Родину от очередного времяпреступника, очерняющего действия властей.
Годфри вошёл в кабинет почти вприпрыжку, напевая под нос заевшую песню Времяна:
Мы из Времландии!
И наша каста досталась нам от праотца!
Мы из Времландии!
Секунды, минуты, часы и года!
Мы из Времландии!
И нашим деталькам так повезло!
Мы из Времландии!
Воздух вдыхаем…
— Плеяде назло! — на последней фразе Годфри уселся на своё законное место. — Сегодня замечательный день, не правда ли? — он обратился к министрам, но ответила ему тишина. — Ну, чего вы молчите? Январцев, доложите обстановку!
— После утреннего совещания я отдал приказ на усиление во всех мегаполисах, а также на создание блокпостов между городами. Мои Времгвардовцы и ходики особого назначения работают как часы. Со стороны гражданских повышенной активности не наблюдается! — отрапортовал Январцев, и его без того розовые щёки ещё больше порозовели.
— Октябрый, всё так? Какая статистика задержаний?
Министра юстиций прервали от старательного протирания окуляров с помощью ультрамаринового галстука. Он засуетился, наискось натянул очки и подскочил с места.
— По дошедшим до меня данным, сегодня в следственный изолятор Часовинии доставлено две сотни граждан. В Часбурге же задержано около четырёх сотен, в остальных городах задержанные исчисляются десятками! Сотрудники следственных изоляторов прово…
— Подождите-ка, — прервал Октяброго Годфри, — Министр правопорядка Январцев только что сказал, что повышенной активности не наблюдается. В чём дело? Почему столько задержаний?
— Премьер-министр на утреннем совещании приказал проявить повышенную бдительность и задерживать всех подозрительных ходиков. Вот, проявляем, — Октябрый неуклюже махнул головой и, наконец, привёл окуляры в горизонтальное положение.
— Отменить распоряжения? — вклинился в диалог Январцев.
— Нет-нет. Всё правильно, не помешает. Работайте! — Годфри щёлкнул пальцами, и у его стула тут же появился Понедельный. — Покажи мне записи недельной давности, с прошлого совещания, — шепнул правитель, и Понедельный вырвал лист из своего блокнота и положил его на стол. — Так… Ах да! Как я мог забыть? Июньцев, на прошлом совещании мы условились, что «искрящийся соблазн» отечественной сборки будет готов через месяц. Прошла неделя, какие результаты?
— Все часы работают с удвоенной силой над разработкой совершенной формулы, сверхурочно. Первые образцы обещали предоставить сегодня, к концу рабочего дня, — Июньцев улыбнулся и завил пальцами усы с бирюзовыми концами.
Сегодня Июньцев не нервничал, держа ответ перед Верховным, ведь всю прошлую неделю он посвятил не плеванию в потолок, как обычно, а раздаче приказов, приправленных отборными угрозами. То есть он работал практически на износ.
— Хвалю! Вот сразу видна усердная работа! А как обстоят дела с внедрением чугумбы? В Секундиях и Минутиях уже произошла замена?
— Никак нет! — Июньцев понурил взгляд, но продолжил чеканить слова: — Первая видоизменённая выплата назначена на завтра, маслосодержащая чугумба уже доставлена по железной дороге во все необходимые города!
— Хорошо. — отрезал Годфри и уставился в клочок бумаги. — Раз уж мы заговорили о чугумбе, Мартовцев, какие у вас данные о выгоде данного предприятия?
Министр экономики с вытянутым вперёд лицом на крысиный манер поднялся со своего места.
— По моим данным, — Мартовцев трижды вдохнул воздух, сморщив выпирающий нос, — Выгода незначительная. Хоть чугумба и в десятки раз дешевле обыкновенного масла, в Минутиях и Секундиях потребление минимально, потому для бюджета эта замена останется незамеченной. — Министр экономики глубоко вздохнул и покачал головой, — Считайте, как капля в солидоле…
— Жаль. А какое вообще состояние экономики Времландии после зимы? — спросил Годфри и сжал кулаки. Слушать неутешительные вести ему никогда не нравилось.
— Не могу вас обрадовать. Состояние государственной казны прохудилось. По расчётам моих экономистов, в таком темпе нам осталось полгода-год, — Мартовцев вновь сморщил нос и втянул воздух, — После заданного отрезка времени врумбики в конец потеряют вес…
— И какие отрасли потребляют больше всего врумбиков?
— За последний год лидирующую позицию заняли боевые действия, затем — многочисленные кредиты Личбандии и закупка оборудования у Лакша, — произнёс Мартовцев и поджал губы.
— Мда… Ничего из этого мы сократить не можем. Какие у вас есть предложения? — спросил Годфри, и загадочно ухмыльнулся.
— Честно говоря, никаких, Ваше Превосходительство. Мы потеряли доход от экспорта и туризма, и помимо Личбандии никто не покупает нашу нефть и флуоресцент…
— А на каком месте по потреблению врумбиков находится… — Годфри растянул слова, — кабинет министров?
Когда Годфри завершил сказанное, все министры, до того клевавшие носом, встрепенулись и беспокойно забегали глазами по помещению. Министр Мартовцев судорожно сглотнул, залез глазами в пурпурную папку и еле слышно пробормотал:
— На первом…
— Вот и нашли резерв, вот и нашли! Сократите их довольствие, скажем, в половину, и про себя, Мартовцев, не забудьте! — Годфри растянул губы в слащавой улыбке. — И к следующему совещанию скорректируйте расчёты!
— Будет исполнено! — ответил Мартовцев и опустился на своё место, беспокойно морща крысиный нос.
— Так, следующий на повестке — Апрельцев. Докладывайте! — Годфри махнул головой.
Министр Апрельцев ещё не успел отойти от обескураживающих новостей. Это ж надо, а сократить довольствие в половину?! Чем же будут питаться его железнобрюхи? Конечно, помимо дохода от государства, Апрельцев владел несчётным количеством бизнесов, но эта потеря была невосполнима, ведь половина от выручки на посте министра перекрывала все остальные доходы. А учитывая, что все заграничные активы канули в лету тоже сегодня, настроение Апрельцева целовало плинтус. Министр заслонил своё лицо листком бумаги и начал читать:
— Благодаря концерту-митингу ваши рейтинги выросли на десять процентов. Вопрос с недовольством в Секундиях решил мой помощник, и теперь одобрение Вашего Превосходительства там только растёт. Доклад окончен, — Апрельцев сел, не отрывая лист от лица. Его тело и голос дрожали, и можно было предположить, что он плакал.
— Хорошая работа! — Годфри совершенно не замечал разбитости подчинённых. — И завершит наше собрание Февральцев. Чем порадуете?
Обтекаемый шар поднялся со своего места дёрнул лацканы пиджака, и начал читать: