Время надежд (Книга 1)
Шрифт:
– Это посол Осима, - сказал адмирал.
– Вылетел на фронт. И хотел зачерпнуть каской воду из Днепра.
У берега взметнулись разрывы снарядов. Генерал упал, фуражка его покатилась. Он вскочил опять и, что-то крича, вытащил из ножен самурайский меч. Потом мелькнули чьи-то ноги, кусок задымленного неба.
– Вот где русская артиллерия обстреляла их.
– Такая неосторожность?
– удивился его собеседник. Он был чуть выше Канариса, горбоносый и толстощекий. Шелковая белая рубашка подчеркивала смуглость лица, а глаза прикрывали массивные темные очки.
– Осима уцелел, - засмеялся адмирал.
– И даже в штабе фельдмаршала Клюге размахивал саблей. Убит кинооператор.
На экране замелькали столбцы иероглифов.
– Посмотрим японскую хронику, - сказал Канарис.
Выплескивали пламя жерла орудий военных кораблей, разрывы сметали легкие китайские фанзы, потные солдаты, навьюченные, как мулы, шагали по дорогам, среди рисовых полей на кострах жгли тела убитых офицеров-самураев, император Хирохито с безучастным лицом награждал орденами генералов.
– Это уже неинтересно, - сказал адмирал.
– Я покажу тебе фильм. Его захватили у русских.
Окончилась хроника, и сразу на экране появились русские титры. Затем на травинку вполз черный головастый муравей. Рассматривая полянку, где трудились другие, более мелкие, светло-желтой окраски муравьи, он зловеще шевелил большими клешнями.
Гость адмирала сбросил на ковер пепел толстой сигары и повернулся, как бы удивляясь, что хозяина могут интересовать научные фильмы.
– Смотри внимательно, Ино, - заметил Канарис.
– Это разведчик.
Муравей спустился на землю и убежал куда-то.
Вскоре появился отряд черных муравьев. Отряд разделился на две колонны. Жаркая схватка закипела у муравейника. Не успевшие подготовиться к отпору светло-желтые муравьи гибли, дергались их половинки тел, перекушенные челюстями. Ускоренные киносъемкой события быстро развертывались на экране. Истребив поголовно всех обитателей, черные муравьи оставили только личинки. Вылупившиеся потом из личинок светло-желтые муравьи трудились на черных муравьев, добывали корм, а те постепенно жирели, делались малоподвижными. И светло-желтых муравьев плодилось все больше. Какой-то черный муравей, забавляясь, раскусил светло-желтого, и его сразу окружили другие светло-желтые. И повсюду начались схватки.
Разжиревшие черные муравьи пытались убегать, их настигали, обкусывали лапы. Скоро все было кончено.
Адмирал поднялся и включил свет.
– Ну как?
– спросил он.
– Любопытно, - ответил гость.
– Так погибла и Римская империя, - усмехнулся Канарис.
– Идем пить кофе.
Они перешли в другую комнату. Здесь у камина был сервирован низкий столик. В камине горели дрова.
– Не люблю сырость, - проговорил адмирал, разливая горячий ароматный кофе по фарфоровым чашечкам.
– А у Японии, кажется, возрастают трудности.
После того как армия микадо захватила французские колонии в Индокитае, Соединенные Штаты усилили тихоокеанскую эскадру новыми линейными кораблями - И это делает Японию хорошим союзником, - заметил гость.
– В политике, Ино, как на общей кухне. Враг твоего врага делается твоим союзником. Но, при возможности, и он, разумеется, не упустит случая плюнуть в твою кастрюлю. И, как ни странно, а в политике чаще всего желаемое воспринимают за действительность.
– Адмирал понизил голос до шепота: - Ты уверен, что гонконгские встречи остались незамеченными?
– Абсолютно, Вильгельм, - тихо проговорил Ино.
– Мой приятель Гейдрих давно задумал объединить в своих руках службу безопасности и мою контрразведку. Гитлер, конечно, боится дать ему такую власть. Но если Гейдриху что-то удастся нащупать...
Адмирал помолчал, допивая кофе мелкими, неторопливыми глотками.
– Вчера я дружески завтракал с ним в ресторане.
Мы оба хорошо понимаем, что кто-то из нас уничтожит другого.
– Гейдрих ездит в Чехословакию и Францию, - задумчиво проговорил Ино.
Адмирал слегка наклонил голову. Он понял, что Ино предложит англичанам воспользоваться одной из таких поездок Гейдриха. Это вполне устраивало, кроме того, адмирал узнает, насколько англичане ценят его.
– Помни, Ино, я не готовлю заговоры, а только думаю о спасении Германии, - заметил Канарис.
– Мне рассказывали, в Африке есть племя джукун. Это племя избирает себе вождей на шесть лет. И какими бы хорошими ни были вожди, через шесть лет к ним приходят и душат их во сне. Там, пожалуй, единственное место на земле, где власть не портит людей.
Открыв дверь, вошел помощник адмирала.
– Что-нибудь важное?
– спросил Канарис.
– Из группы армий "Центр", - сказал помощник, отдавая ему радиограмму. Канарис быстро прочитал ее.
– О-о... В тылу наших армий появились группы русских десантников.
Щелкнув каблуками, помощник ушел.
– Кстати, - раскуривая сигару, проговорил Ино.
– Ты слыхал что-нибудь о десанте из космоса?
– А какой марки пулеметы у них?
– засмеялся адмирал.
– Один китайский ученый разыскал в пещере на Тибете маленькие, хрупкие скелеты и остатки темножелтой кожи. Ученый предполагал, что это древние исчезнувшие обезьяны. Но сам вдруг бесследно исчез.
– В чем же дело?
– спросил адмирал.
– Появились упорные слухи, что это были разумные существа, прилетевшие из космоса на нашу планету много тысяч лет назад. И там будто бы нашли записи об этом. Записи иероглифами.
– Вот как!
– проговорил адмирал.
– Или кто-то готовит доводы, что от их предков началась разумная жизнь и поэтому они могут господствовать, или еще какой-то дальний прицел. Надо узнать.
– Хорошо, - кивнул Ино.
Канарис нахмурился, затем веселые морщинки собрались у его глаз.
– Ну а ты что намерен делать после войны?
– У меня теперь хватит денег, чтобы купить островок в море и несколько торговых судов.
– Старый пират, - рассмеялся адмирал.
– Когда-то, устраивая мой побег из Марокко, ты имел более скромные аппетиты...
XII
Выполняя приказ командующего Юго-Западным фронтом, дивизии 5-й армии начали контратаки во фланг группы немецких войск "Юг". И, казалось, там шумит обложная гроза. А здесь накрапывал теплый дождь. Земля липла к сапогам жирными пластами.