Чтение онлайн

– Откуда же они возьмутся, эти читатели? Из космоса, что ли?

– Да нет. Они есть тут, их много. И вы это прекрасно знаете. Просто сегодня им решительно некогда читать. И неза– чем. А будет так, что у людей снова появятся и время, и же– лание читать ваши книги.

– Да вы, я смотрю, оптимист! Прямо как мой зять.

– Ну нет. Ваш зять оптимист абстрактный. А я – конкрет– ный оптимист. Хотите выпить за конкретный оптимизм? Есть за– мечательный коньяк «Давидофф».

– А вы тоже будете?

– Конечно!

– Так вы же мусульманин.

– Ну уж не до такой степени, – сказал Хафиис.

Виктор уходил из мэрии, и его не покидало ощущение, что все это уже было, было однажды. Как-то немножко по-другому, но было. Впрочем, больше всего ему хотелось сейчас видеть Селену.

Он позвонил ей на дачу прямо от Тэдди:

– Селена, больше всего на свете я хочу сейчас искупать– ся. Ты слышишь?

– Приезжай, я встречу тебя на КПП. Во сколько ты бу– дешь?

– Сейчас половина девятого. Я приеду в половине… нет, давай к десяти, чтобы тебе не пришлось ждать.

– О'кей, Виктор.

Он вдруг почувствовал себя молодым и сильным. Он был нужен Селене, и этим ее чумным мальчишкам, и бедуинам он был нужен, и даже спецслужбам (это, разумеется, не в новинку). Но главное – все-таки главное! – он был нужен Селене. Было очень здорово ощущать себя нужным ей.

Все еще улыбаясь, он подошел к привычному столику. Го– лем рассматривал маленькую рюмку коньяка, которую держал в руке. Подняв глаза на Виктора, он спросил:

– Обо всем договорились?

– С кем, с Селеной?

– Да нет, в мэрии.

– А, с этим… Там все в порядке.

– Ну и слава Богу. Садитесь, выпейте с нами, Виктор, а то мы с Квадригой совсем заскучали.

– Нет, нет, только одну рюмку ментоловой, и я полетел. Меня ждет женщина. Кстати, Голем. Вы не дадите мне машину?

– К сожалению, Виктор. У меня все машины в разъездах. Можно ведь доехать и на электричке.

– А вы знаете, куда я еду?

– Конечно, знаю. Разве вы еще не привыкли к этому, Вик– тор?

– Кажется, туже привык. За вашу проницательность, Го– лем!

Виктор поднял рюмку. Они чокнулись.

Квадрига пробормотал:

– Особая рота спецназа. В приграничном районе. Уничто– жена полностью.

– Мрачные у него нынче фантазии, – заметил Голем. – Пе– редавайте привет Селене. Я ее не видел сегодня.

– Обязательно, – сказал Виктор. – Можно задать вам один вопрос?

– Задать можно.

– Бедуины имеют что-нибудь против нас?

– Это смотря кого вы имеете в виду под словом «нас».

– Н-ну, – замялся Виктор, – против всех нас, против жи– телей города вообще.

– Конечно, нет, – уверенно сказал Голем. – Бедуины и сами – жители города.

– А против СВПВ?

– Тоже нет.

– Странно. Ну а против тайной полиции?

– Знаете, Виктор, скажу вам как врач: тайную полицию они не любят, только не надо делать из этого политических выводов. Ладно?

– Я постараюсь. А чрезвычайное положение бедуины ввели?

– Чрезвычайное положение у нас по конституции вводит президент. Виктуар, вы и так разбили свой один вопрос на три части. Я ответил. А это уже совсем новая тема. Вас же Селена ждет.

– Вы, как всегда, необычайно любезны, Голем, – провор– чал Виктор. – Счастливо!

– Постойте, я только хотел объяснить. По поводу ЧП и прочей ерунды вам лучше меня расскажет Селена. Но вот что важно. Вы, я вижу, готовитесь к своей речи. Так поймите же: никакая новая информация вам теперь не поможет. Не нужна она больше. Поверьте.

– Счастливо, – повторил Виктор после паузы.

Голем, конечно же, мудр. Мудр, как библейский пророк. Но иногда совершенно не хочется ему верить. А впрочем, про– рокам, как правило, никто и не верит.

Виктор не поехал на электричке, он свернул на знакомые задворки, завел, в точности как накануне, старенький разби– тый микроавтобус «форд» и, с радостью обнаружив, что одна фара у него все-таки светит, поехал через весь город на За– падное шоссе и дальше, в Перепелкин Лес. Было уже совершенно не важно, чья это машина. В канун приближающихся событий Виктор не побрезговал бы угнать и бэтээр.

11

Фары встречной машины были расставлены слишком широко – грейдер не грейдер, но уж какой-то грузовик – это точно, в крайнем случае «хаммер». В последнее время в городе появи– лось несколько этих супервездеходов, причем с частными номе– рами, – супервездеходов, продаваемых в Америке (где их и де– лают) только с разрешения Конгресса.

Виктор притормозил и опасливо вертанул руль вправо, од– новременно нащупывая в кармане пистолет. Что здесь может быть нужно за несколько минут до комендантского часа како– му-то грузовику или пижонскому «хаммеру»? Ох, не к добру это!

Но машина оказалась не «хаммером» и даже не бэтээром. Это был огромный автобус «мерседес», и единственная фара Викторова «форда» высветила яркую надпись по борту: «РЕЧНЫЕ ВОЛКИ», а еще – одинаковые лица у окон, дружно повернувшиеся в его сторону.

«Господи, куда же они едут, несчастные?» – подумал Вик– тор, но уже через несколько секунд напрочь забыл о спортсме– нах: в конусе света возник полосатый шлагбаум, будка, поли– цейский. Сцепление, тормоз, ручку в нейтраль.

Подъехавший с той стороны «кадиллак» был покруче давеш– него «ситроена». Виктор вышел из машины, Селена тоже.

– Бросай свою колымагу здесь и садись ко мне, – сказала она.

Они не отъехали еще и ста метров от КПП, когда Селена бросила руль и накинулась на Виктора, как дикая кошка. Оба передних сиденья, повинуясь какой-то кнопке, стали медленно раскладываться, превращаясь в настоящую двуспальную кровать.

– Я люблю тебя, Вик, – шептала Селена.

– Погоди, – смеялся он, – я же больше всего на свете хотел искупаться. Я хотел искупаться до.

– Это чудесно, – шептала Селена. – Все будет как ты хо– тел. Но я дополняю от себя: сделаю так, что ты искупаешься и до, и после. Ладно?

Она не стала одеваться, садясь обратно за руль, только теннисные туфли натянула вместе с гетрами – все-таки босиком неприятно давить на педали. «Кадиллак» рванул с места, как дикий мустанг, все пять поворотов до дачи они прошли на ско– рости не меньше пятидесяти миль в час, с визгом тормозов и пулеметной дробью гальки по чужим заборам, ветер свистел в открытых со всех сторон окошках и верхнем люке, мотор ревел как раненый зверь, и обнаженная Селена была похожа на ама– зонку, объезжающую непокорного жеребца. Отправляясь встре– чать гостя, она оставила открытым въезд на участок, а теперь вышла закрыть, и Виктор любовался ее изящной фарфоровой фи– гуркой в свете луны на фоне тяжелых мрачных ворот, проскри– певших в ночи тревожно и тоскливо.