Чтение онлайн

– Ты просто лиса, - сказал он, но его глаза столь же озорно поблескивали. Пальцы нащупывали жемчужные пуговицы ее халата.
– Помнишь, как ты надела, его для меня в последний раз?
– спросил он.

Скай отрицательно покачала головой.

– Когда я приехал в Лондон, чтобы попрощаться с тобой перед отъездом в Бомон де Жаспр, и мы люби ли друг друга. Ну, теперь ты вспоминаешь?
– Он обнажил ее нежную круглую грудь и начал страстно целовать.

– Да, - прошептала она, - теперь вспоминаю, Адам.

– А он любил тебя, твой герцог?
– Его язык начал окольцовывать ее соски, причиняя ей сладкие муки.

Скай содрогнулась - сочетание его горячего языка и прохладного вечернего воздуха заставило ее соски напрячься.

– Фаброн не знал, что такое любовь, - прерывающимся голосом выдохнула она, так как он обнажил другую грудь и сладкая пытка продолжилась.
– Адам! Черт бы тебя побрал! Не заводи меня! Прекрати!

– А я обожаю заводить тебя, - беспечно рассмеялся он. Она ответила тем, что, расправившись с завязками его шелковой рубашки, начала гладить его спину. Она чувствовала напряжение его твердых мышц. Скай коварно пробежалась по коже ноготками и с удовлетворением ощутила, как у него перехватило дыхание. Она нащупала мочку уха и впилась в нее зубами.

– Девчонка, - прорычал он в притворном бешенстве, - тебе придется ответить за эту вольность!

– Попробуй!
– издевалась она и негодующе вскрикнула, когда он одним движением распахнул халат, обнажив ее целиком.

Его ладони знакомым движением скользнули по ее телу, и она застонала.

– Распутница!
– пробормотал он.

– Ты просто не понимаешь, Адам, - ответила она.
– В последний раз, когда меня брал мужчина, он делал это, не любя меня. Просто я принадлежала ему, и он хотел потешить свою похоть. Адам, милый, как мне хотелось, чтобы до меня дотрагивались с любовью! Пожалуйста, люби меня! Мне так нужно, чтобы меня любили как женщину, а не как вещь!

Его дымчато-голубые глаза смотрели прямо на нее.

– Ты просишь у меня не так уж много, Скай, - тихо сказал он.

– Люби меня!
– повторила она, и его губы снова прижались к ней, захватывая ее в нежный плен. Он обнял ее, притягивая плотнее к себе, и ее грудь тесно прижалась к его мохнатой груди. Он никогда не целовал ее так страстно, так нежно, его губы никогда не прижимались к ней так ласково. Он был требователен, но он был и щедр, так что Скай чувствовала, как его ласки заставляют ее парить в воздухе. Она отдавалась ему, его ласке, и он жадно целовал ее, страстно шепча ей:

– Я люблю тебя! Я люблю тебя, моя милая Скай! И тут они услышали настойчивый стук в дверь. Выругавшись, Адам оторвался от нее и проревел:

– Кто там еще, черт бы вас побрал! Дверь отворилась.

– Пора готовиться к ужину, mes enfants, - сказала Миньона со всей непреклонностью старой служанки.

– Миньона, убирайся!

– Non, месье Адам! Ваша мать уже несколько дней дрессирует поваров к вашему прибытию. Если вечером вы не появитесь к ужину, она будет чрезвычайно расстроена.
– Ее черные глазки весело поблескивали.
– Для вас готовится королевский ужин! Так что нужно сохранить силы для этого.
– Она хихикнула. Подымайтесь и отправляйтесь к Гийому. Он ждет вас.

Рыча что-то об отсутствии такта и о том, что с ним обращаются как с мальчишкой, Адам де Мариско поднялся и, бросив на Скай взгляд, полный разочарования, удалился.

Слегка покраснев, Скай прикрылась халатом и села.

– Ну как, удалось восстановить что-нибудь из моего гардероба?
– попыталась она сменить тему, сохранив достоинство.

– О, мадам, - радостно ответила камеристка, - вам не нужно беспокоиться. Мы, французы, знаем толк в любви, а то, что вы с месье Адамом любите друг друга, очевидно. Да кроме того, вы ведь помолвлены, кто же будет обвинять вас в том, что вы не дождетесь свадебного обряда?
– Она улыбнулась Скай.
– Идемте, мадам. Мне удалось привести в порядок отличное шелковое платье цвета морской волны. Позвольте я принесу вашу шкатулку с драгоценностями, чтобы вы подобрали себе соответствующие украшения.

– Я не захватила с собой украшений, - сказала Скай.
– Мои драгоценности отправлены в Англию с моей камеристкой.

– Может, она что-то забыла, мадам, потому что там лежит такая резная шкатулочка из слоновой кости, - заметила Миньона.

Скай покачала головой. Она не помнила этой шкатулки, да и не в обычае Дейзи забывать драгоценности.

– Дай-ка мне ее.

Миньона вышла в гардероб и вернулась, неся в руках миниатюрную прямоугольную шкатулку из кремовой резной слоновой кости.

– Вот, мадам, - сказала она, кладя шкатулку на колени Скай.

Камеристка повернула маленький золотой ключик в замке шкатулки. Когда крышка поднялась, Скай не смогла удержаться и вскрикнула от удивления и неожиданности. Под крышкой лежал сложенный пергамент. Развернув его, Скай прочла: "Doucette, я уже давно заказал это для Вас в надежде, что Вы еще вернетесь ко мне. Так как я не могу дарить жене драгоценности, сделанные для другой женщины, то прошу Вас принять этот небольшой дар, который изготовлен специально для Вас. Никола".

Скай осторожно заглянула в шкатулку, и ее взгляд завороженно остановился на скрывавшихся в ней драгоценностях. Тут лежали сережки из розового жемчуга, огромное золотое кольцо, потрясающее алмазное ожерелье, прекрасно гармонировавшее с серьгами, и еще несколько небольших колец, браслеты, серьги из сапфира, изумруда, рубинов, оправленных в золото. Все это стоило целое состояние, и некоторое время она не могла понять, что ей делать со всем этим богатством.

Конечно, Никола очень мил, подарив ей все эти сокровища, но должна ли она оставить это у себя? Ведь она собирается замуж, а он женат на другой женщине. Но тут рассудок возобладал: ведь все это сделано до его женитьбы на Мадлен и до того, как она согласилась выйти замуж за Адама. Конечно, Никола мог бы оставить все это у себя, но он предпочел подарить драгоценности Скай. Ей следовало расценивать это как свадебный подарок и сказать Адаму только то, что она не могла отказаться от него.

Скай встала и начала натягивать нижнее белье, которое подавала камеристка. Но когда она скользнула в рубашку и надела нижнюю юбку, у них с Миньоной одновременно вырвался вздох - они были ей велики!

– Я знала, что похудела, - сказала Скай, - но вот уж не думала, что платья не будут на мне сидеть!

– Не волнуйтесь, мадам, - успокоила ее Миньона, - на сегодняшний вечер я их подколю булавками, а завтра портниха подгонит одежду по фигуре. Все равно вырез придется по нынешней моде опустить.

– Вот как?
– поразилась Скай: даже с ее точки зрения, вырез и так был достаточно низок.

Миньона работала споро, руки ее были быстры, казалось, камеристка не делает ни одного лишнего движения.

Она усадила Скай, расчесала ей волосы, уложила их в прическу.

– В Париже, мадам, - сказала она, - мы будем приглашены ко двору. Я сделаю вам прическу из длинных локонов, они как раз входят в моду. Этот стиль очень привлекателен, месье Адаму понравится.
– Она вплела в волосы две белые розы. Готово, мадам, - довольно проговорила она.
– Теперь платье.