Чтение онлайн

— Так объясни мне, Татьяна, — стараюсь говорить максимально спокойно. — Я вроде бы не тупой. Или тебе настолько деньги нужны?

— Мне нужен мой сын, — обречённо выдыхает, царапая ногтем по стеклу.

— Он угрожает, что отнимет ребёнка? — пазл, наконец, сходится. — Где сейчас Марк?

— У него, — еще тише говорит.

— Так, поехали.

— Ты не понимаешь.

— Все я понимаю, поехали.

— Матвей!

Упирается, но я ж, мать его, Гризли. В охапку хватаю. Была б здоровой, на плечо закинул бы и, как добычу, в машину утянул. Но неизвестно, насколько масштабные повреждения у неё после встречи с этим будущим мертвецом. Поэтому держу бережно, но крепко. Татьяна трепыхается, лепечет что-то.

Не слушаю. У меня в данный момент мозг отключился, работают только инстинкты. Запихнув женщину в машину, блокирую двери и иду обратно в квартиру.

Собираю верхнюю одежду, ботинки, сумку, подарок мальцу, брошенный у порога. Возвращаюсь и вручаю притихшей Тане. Она взглядом тяжёлым меня сверлит. Главное, не скандалит. Потом пусть ругается сколько хочет. Сначала ребенка вернём.

Выруливаю со двора и набираю Степана.

— Я с предателями не общаюсь, — тут же отвечает друг.

— Хрен с тобой, золотая рыбка. Мне от тебя информация нужна. Ты там вроде про Антипова мне втирал. Что сталкивался с ним.

— Со старшим Антиповым, да. Говорил я тебе, не лезь в те дебри.

— Что за мужик? — перебиваю я.

— Заместитель губернатора. Метит на кресло повыше, будет в следующих выборах баллотироваться. Топит за семейные ценности, но может играть грязно, — сухо перечисляет Стёпа.

— Вот теперь всё проясняется, — усмехаюсь, бросая взгляд на слушающую наш разговор Таню. — Ему перед выборами скандал с сыном не нужен. Репутацию держит. Вот мы её сегодня попортим.

— Чего? — напрягается лучший друг и партнёр. — Гризли, мать твою! Что бы ты там ни задумал, передумывай обратно. Я спасать твою тушу не буду. У меня вылет через пять минут. Регистрацию уже прошел.

— Летите, Степан Евгеньевич. В добрый путь. Хотя твоя морда и ксива мне бы сейчас помогла.

— Стоять! — рявкает он. — Говори, что задумал!

Кратко излагаю ситуацию. Степа опять матерится, а Таня, покраснев, отворачивается. Да, не надо было на громком с ним говорить. Он у нас выражения не выбирает.

— Нельзя так просто вламываться в чужие дома и забирать детей. Тем более он отец, имеет право провести праздники с ребенком. Побои зафиксировать и писать заявление, что ребенка забрали без согласия с матерью. А там уже решать через закон.

— Ты давай не лечи. Я его сейчас в фарш превращу, ребёнка заберу и потом буду решать по закону. Пацану четыре года, ему мать нужна! — рявкаю, разозлившись на почти брата.

— Как же вы меня все... Кинь адрес, приеду, — рычит Степан.

Хмыкнув, отключаюсь. Быстро отправляю локацию и бросаю взгляд на женщину.

— Ты сделаешь только хуже, — шепчет, смаргивая слёзы. — Даже если сейчас у тебя получится забрать Марка, он не оставит нас в покое.

— Слушай, Зеленоглазка. Ты хочешь быть с сыном? — спрашиваю. Кивает. — Вопрос закрыт. Остальное решим.

Таня ничего больше не говорит. Только смотрит на мой профиль. Я чувствую её блуждающий потухший взгляд. Стараюсь не отвлекаться от дороги.

Канун Нового года. Город в пробках. Народ гуляет, фейерверки взрывает. Смех, веселье, выкрики долетают сквозь какофонию автомобильного гула.

До нужного района добираемся за час. Антипов живёт в элитном поселке с охраной и пропускным контролем. Особняк отгрохал для себя любимого.

Останавливаю машину в паре метров от ворот. Глушу мотор и поглядываю через кованый забор на участок. Во дворе светло, как днём. Фонари и прожекторы освещают очень хорошо. Охрана по периметру ходит. В доме шумно, слышен звон бокалов, смех гостей. Живой оркестр заунывно бренчит какую-то классику. Аристократы, тоже мне.

— Матвей, — зовёт тихо Таня, — ты все испортишь. Сиюминутным подвигом тут не поможешь, пойми. Они... Они будут судиться. Отнимут у меня все.

— Ничего не отнимут. Доверься мне.

Молчит, пыхтит, но больше не спорит. Выхожу из машины, когда Стёпа подъезжает. И не один. На пассажирском сиденье наш бухгалтер сидит. Во взгляде вселенская злость, губы поджаты. Явно дама недовольна, что не полетела в тёплые края.

Стёпа выпрыгивает из своего внедорожника и вместо приветствия бьет кулаком в живот. Охнув, сгибаюсь, не ожидал, что он при моей женщине втащит.

— Ты мне отпуск будешь должен, Гризли, — рычит и поворачивается к сидящей в машине испуганной Тане.

— Здравствуйте, — лепечет моя ведьма, выползая из авто и кутаясь в куртку. Только со мной она жестокая и холодная. А со всеми остальными — белая и пушистая.

— Привет, как сына зовут? — переходит сразу к делу Стёпа.

— Марк.

— Пошли.

Степа подходит к будке с охраной и без разговоров прижимает к стеклу свою ксиву. Ворота бесшумно отъезжают в стороны.

— Надо было в органы идти, — хмыкаю я.

— Мозгами не дорос, — фыркает друг.

— Кто б тут умничал. Сам-то давно академиком стал?

— Завали, — коротко бросает и, перепрыгивая ступеньки, поднимается по крыльцу.

Дверь у хозяев дома открыта, заходим мы беспрепятственно. Осматриваемся. В холле пусто, только официанты снуют. Стёпа перехватывает за локоть, не даёт пройти дальше.

— Время одиннадцатый час. Ребенок, скорее всего, спит, — говорит тихо, смотря на Зеленоглазку. Та кивает. — Знаешь, где его комната?

— Да, на втором этаже, — показывает она.

— Иди и забери его, — приказывает. — А ты стой здесь и даже не пытайся двигать конечностями.

Татьяна шустро бежит наверх и пропадает в коридорах. Я злюсь. Потому что совершенно не планировал уходить отсюда без хорошенького мордобития одного мужа.

Из шумного зала выходит женщина с бокалом игристого. Осматривает нас высокомерно и хмурится.

— Кто вас пустил? Это закрытое мероприятие.

— Вечер добрый. Сейчас уйдём, — вежливо соглашается Стёпа, продолжая держать меня за шкирку.

Дама поворачивается назад и кричит в сторону:

— Лёша, подойди, пожалуйста!

В холл выходит Антипов-старший. Раскрасневшийся, весёлый.

— Степан? — удивляется он. — Какими судьбами и без охраны?

— Добрый вечер, Алексей Романович. Да вот ребенка у матери похитили. Приехал узнать кто, а тут вы... Нехорошо получается.

— Ерунда какая-то. Мы внука на праздники забрали, Славка вроде бы договорился и помирился с женой. Лен, позови Славу, — обращается к той самой женщине.