Чтение онлайн

Вернулась она через каких-то три минуты, сопровождаемая девушкой-лекарем, которая быстро отогнала меня от избитого и сама занялась его ранами.

И ведь с этим всё было не так просто. Помимо обычных повреждений, на него воздействовали несколькими не самыми слабыми заклинаниями хаоса или же попросту — проклятиями, что можно было понять по выступившим по всему телу почерневшим сосудам.

Колдовали над Винсентом долго, но затем, когда лекарь встала с его кровати, сверкая ярко-зелёными огнями глаз, он стал выглядеть несколько лучше. Дыхание стало ровным, а некоторые небольшие раны, что сейчас не находились под слоем бинтов, начинали медленно затягиваться.

— Что же с ним такое произошло? — спросила целительница, смерив меня обеспокоенным взглядом.

— Поверьте, этого не стоит знать, — ответил я, вкладывая в её руку горсть золотых монет, — Здесь вся плата. Спасибо, — девушка приняла монеты.

— Я оставлю вам кое-что, — она достала из своей сумки два флакона, в одном из которых плескалась розовая жидкость, а в другом находилась аналогичного цвета более густая субстанция, которую я бы сравнил с мёдом, — Наблюдайте за ним: если проклятия вновь начнут действовать, дайте ему зелье, если не поможет, разотрите места проявления мазью. Это должно помочь. И не отходите от него в ближайшие часы.

Лекарь ушла. Хлопнула входная дверь. Вернулась в комнату Лекса, посмотрела на меня взволнованным взглядом.

— Он в порядке?

— Около того, — ответил я, убирая скинутую с него одежду, — жить будет. Прости, но все планы на сегодня придётся отменить. Оставить его я сейчас не могу, а держать тебя в этих четырёх стенах я не имею права, поэтому…

— Я понимаю, — остановила меня Лекса, — ты должен приглядеть за ним, чтобы ничего не случилось. Я сама была в такой ситуации… — она отвела взгляд в сторону и на мгновение замолкла, — Если что нужно, только скажи — я помогу.

— Я думаю, сейчас ничего не нужно, — бросил я задумчивый взгляд на Винсента, — а хотя…

***

— Я вернулась, — раздался от входной двери звонкий голос Лексы, — Я принесла, но ему ведь сняли проклятия. Зачем тебе ещё и артефакт? И-и… А что ты делаешь?

Пройдя в спальню, где всё ещё пыталось прийти в себя теперь уже просто спящее тело, девушка увидела, что серые стены комнаты печатями с витиеватыми целительскими узорами, один из которых рядом со входной дверью в данный момент рисовал Сол.

— Целительский ритуал небольшой черкаю, — ответил он, проводя линию, соединяющую две печати, — Когда он наконец проснётся, мне нужно, чтобы он ответил на все-е-е мои вопросы максимально полно и не испытывал никаких проблем с тем, чтобы это сделать.

— А-а…?

— А артефакт мне нужен в качестве источника энергии для ритуала. Я же не целитель, — Сол спрыгнул с табурета и забрал артефакт у девушки, — Конечно, можно напитать эти печати и той силой, что есть у меня, но эффекта это никакого не даст, поэтому нужен какой-то источник. Кстати, ты большая молодец, что взяла именно такой, — купленный Лексой артефакт был сделан на основе небольшого светильника с круглым плафоном, внутри которого загорался зеленоватый огонёк при активации. Девушка же после сказанного слегка удивлённо повела бровью, — Когда он разрядится, его можно использовать в качестве обычного светильника.

Сол поставил артефакт на стол, а затем провёл на стене линию от одной из печатей. После этого он направил руку в сторону светильника, выпустив в сторону того несколько капель энергии. На миг его глаз вспыхнул белым светом, после чего зеленым оттенком засветился сам артефакт, от которого по линии начала растекаться энергия.

— Не знала, что ты ещё и ритуалист, — произнесла Лекса, наблюдая за тем, как на стенах одна за одной загораются целительские печати.

— Я бы так себя не назвал, — пожал парень плечами, — Хотя, да, кое-что из ритуалистики мне действительно известно…

***

Удивительно, но, открыв глаза, Винсент не почувствовал той самой ужасающей боли, что сопровождала его на протяжении всего того времени, пока он пытался добраться домой. Привстав, он увидел, что находится в спальне и лежит на своей кровати раздетый по пояс. От новых ран, что Монтервилль получил совсем недавно, не осталось и следа. Остались лишь старые шрамы, полученные при таких обстоятельствах, что самая целительская магия не была в силах их скрыть.

Кстати о целительской магии, буквально в тот же момент, как взгляд Винсента зацепился за символы, расположенные в нескольких местах на стенах комнаты, парень встал с кровати и пальцем разбил линию, связывающую две печати.

— Целительские руны? — с некоторым напряжением в голосе тихо произнёс он, так и оставшись стоять на месте, сложив на правой руке три пальца будто бы намереваясь перекреститься.

— Я искренне рад, что ты чувствуешь себя лучше, но… — то ли Винсент действительно слишком глубоко о чём-то задумался, то ли просто не услышал шагов, но появление Сола для него стало настолько неожиданным, что тот буквально отскочил на метр и, ощетинившись, уставился на своего соседа, — Но тебе, во-первых, будет лучше присесть, а, во-вторых, я с превеликим удовольствием выслушаю из твоих уст, в какое дерьми-и-ище ты успел вляпаться и почему мне приходиться вытаскивать твою задницу с того света. Расскажешь?

— Я… Это очень сложно объяснить…

***

— Я… Это очень сложно объяснить, — Винсент отвёл взгляд в сторону, а затем сел на кровать.

— А ты попробуй, — с нажимом сказал я, намереваясь всё-таки услышать от него полную правду, — Времени у тебя достаточно, ведь я никуда не спешу.

— Помнишь, я говорил, что работаю на одного аристократа? — я кивнул, — Так вот — я тогда очень знатно набрехал. Никакого аристократа не существует. Единственный человек, на которого я работаю — глава стражи Гриобриджа. Спросишь, каким тогда хреном я оказался в Катрасе? Отвечу. Где-то полгода назад один ублюдок поднял тамошнее городское кладбище, причём поднял его так, что нарушил несколько имперских законов, за что должен был быть отправлен гнить в темницах до конца своих дней, однако вот незадача — сдох. Но, тем не менее, благодаря парочке очень хороших людей успел поведать о том, что делал он это не от того, что захотелось ему поднять мертвяков в захолустной лесопилке, а по приказу некоего заказчика, имя которого мы тогда узнать не смогли. Но вот что узнали, так это то, что ведёт своё существование в городе под названием Катрас…

— И вот я приехал сюда и начал искать ту дрянь, что решила устроить это там, — он резко вскинул руку в сторону окна, — А нет, стоп… Там же восток… Короче, не важно. Суть в том, что этот некто, как оказалось, является одним из местных довольно влиятельных шишек, поэтому всё то время, что я искал его, я старался быть настолько осторожен, насколько это только было возможным. Я делал всё, чтобы о моём существовании не знал никто. Чёрт, да я даже всех, в ком был уверен, проверял по несколько раз, чтобы точно не обнаружить никого с ножом у себя за спиной. Но, видимо, делал я это не слишком удачно, — последняя фраза приговором прозвучала из уст Винсента, — Ибо теперь кое-кто знает, что мне известно, где находится этот богатый выродок. Так что теперь мне впору бояться за свою жизнь.

— Так… А этим… Что от тебя вообще надо?

— Им… — Винсент замолчал, а затем слегка усмехнулся, — Им нужно, чтобы я не узнал информацию, которую может разболтать урод, пока ещё жив. В полдень его казнят, а до того времени я хочу наведаться туда и немно-о-ого поговорить с ним по душам.

— Так… — выдохнул я, намереваясь переварить сказанное, — Ты же понимаешь, что если какие-то типы уже попытались тебя убить, они попытаются сделать это ещё раз. И я искренне надеюсь, что они не в курсе, что ты находишься здесь.