Чтение онлайн

– Ради вашего душевного спокойствия я даже сделаю вид, что верю, - насмешливо пообещал Фенх.
– Вот так и сбываются мечты…

– Странные мечты, - недоуменно прокомментировала Соня, устраиваясь под боком у усевшегося в кресле Ашая. Свой долг хозяина дома он посчитал выполненным: напитки и Фенх разлить и раздать мог, а сладости и так на столе стояли.

– Дело в том, что отношение к подарившим-жизнь-и-мир нашего уважаемого Тай-до-рю у меня и моей тьмы, мягко говоря, негативное, - серьезно начала объяснять Соне Машехра, принимая от Фенха чашку с чаем. Точно такую же уже держала и Соня, только сахара в ней было намного меньше.
– Мы - и я, и Фенх - не то чтобы ненавидим их… презираем скорее.

– Говори прямо, о свет моей жизни! Этим двоим и колючку дикую нельзя доверить, а Ашай вырос таким, как сейчас, не благодаря их трепетной заботе, а вопреки оной!
– фыркнул Фенх.

– Ты преувеличиваешь. Не настолько все и плохо было… - попытался возразить Ашай, но Машехра резко провела раскрытой ладонью перед собой, отрицая его слова.

– Все было еще хуже! Сколько лет они тебе душу наизнанку выворачивают, жилы тянут, под себя сломать пытаются - не сосчитаешь даже! А после встреч в отчем доме каким ты возвращаешься раз за разом?

– Ну я же жив и относительно нормален, Машехра.

– Даже удивительно, знаешь?!

Соня сидела, привалившись спиной к груди Ашая, слушала, как бьется - мерно и сильно - его сердце, и думала, что без нее он больше в тот дом не пойдет. Для девочки из родственников Ашая после встречи с родителями теперь существовали только дед с бабушкой, которых тот вспоминал с неизменной теплотой и любовью. Вот с ними Соня хотела бы познакомиться, но, увы, это было невозможно.

– Да не особо, знаешь?
– передразнил Машехру Ашай.

– Ты себя просто в зеркало не видел, - угрюмо уткнулся в чашку Фенх. Он помнил, каким был Ашай после этих посещений, сколько его приходилось откачивать и лечить.
– Я боялся, что еще немного, и ты сломаешься, что…

– Прости…

– Давайте сменим тему?
– после минутного молчания мягко предложила Соня.
– Я наконец-то познакомилась с твоим светом, Фенх, и мне совершенно не хочется разбавлять эту радость болью. Да и Ашаю, я думаю, не нужно рассказывать о том, какие плохие у него родители и что ему отказаться от них следовало.

– Мой свет прав, друзья мои, - забрал ладони Сони в свои Ашай, - незачем ворошить былое. Семья моя вся здесь. И нет надо мной больше ничьей власти кроме Сони да клятвы Тай-до-рю.

Ашай не добавил, что когда-нибудь не станет и ее, этой обязанности быть военачальником.

– А может, мне кто-нибудь лучше объяснит, что за фонарики у вас у входа в каждый дом висят?
– задала волнующий ее вторые сутки вопрос Соня, решив, что пусть ее лучше учат, чем вспоминают неприятное да на больные мозоли друг другу наступают. И уже обращаясь к Ашаю, она уточнила: - И почему у нас такого нет?

– Фонарики?
– удивленно моргнул Тай-до-рю, услышав еще одно незнакомое слово, но потом все-таки сообразил, что его свет имел в виду.
– А, ты говоришь о лишши! Они просто символ, Соня.

– Символ-то символ, - не согласилась с ним Машехра, - а без него жить вместе вам нельзя. Косо смотреть начнут. В первую очередь на Ашая.

– Почему?

– Это будет значить, что ты, - шей-ти пощелкала пальцами, пытаясь подобрать подходящее определение, - не до конца принимаешь его как свою тьму, вот! Сомневаешься в нем.

– Но я уже выбрала! И не сомневаюсь!
– возмутилась Соня.
– Ашай, мы немедленно идем покупать такой фонарик. Где их продают?

– Их делают, а не покупают, - поправила шей-ти Соню.
– Лишши ты не найдешь ни в одном из магазинов ни на одной из планет.

Фенх важно кивнул, подтвердив сказанное Машехрой. Соня задрала голову, пытаясь поймать взгляд Ашая, но тот смотрел не на нее, но куда-то вверх и в сторону. Эту реакцию Соня уже опознавала: случалась она, когда Ашай не мог попросить, ибо боялся безумно, что вдруг она - его земная девочка - откажет. Мало ли, что там у них на далекой планете Земле принято было?

Соне сразу же стало понятно, что фонарик должен появиться у них над дверью в самое ближайшее время. Желательно даже завтра.

– А из чего делают эти… лишши?

Все вопросы, как считала Соня, уточнять нужно было сразу, особенно когда собственная тьма собиралась в рот воды набрать.

– Да из чего угодно!
– пожала плечами Машехра.
– Дерево, железо, стекло, пластик, ткань - тут простор большой. Но по традиции из тех материалов, что больше нравятся и лучше чувствуются. Наш с Фенхом вообще из микросхем с проводами да химических колб собран!

– Угу…

Соня принялась накручивать на пальцы отросшую и вечно лезущую в глаза челку, задумчиво прикидывая, что можно использовать для их с Ашаем фонарика.

– А узоры? Узоры что-то значат?

– Конечно, но… - и Машехра замялась, словно ей неудобно говорить об этом.

– Не тема для обсуждения?
– сообразила Соня.

– Прости, Соня, - тихо произнес вечно шумный, звеняще-веселый Фенх.
– Там для каждого - свое.

– Я поняла, не нужно объяснять!
– и Соня сурово добавила: - А если кто-то за это сейчас еще раз извиниться решит, то я всерьез обижусь!

– И вот здесь она не шутит, - подал голос Ашай.
– Ешьте печенье, Соня его вместе со мной пекла.

Девочка на эту фразу только вздохнула: как же, помогала она, больше мешала да под руки лезла, требуя объяснять все-все! Но звездочки они действительно вырезали вместе, не поспоришь!

– И мы вам домой еще дадим, если понравится!
– пообещала Соня. А взглянув на Ашая, добавила, - У нас много, правда?

– Пара тазиков с горкой плюс ведерко, - ответил тот выражением своего света.

Фенх с Машехрой смотрели на них так, моргая недоуменно-удивленно, словно сказка вдруг былью у них на глазах становилась, а они ее почти умудрились пропустить.

– Это вот ты сейчас так выругался, да?
– недоверчиво уточнил Фенх. Он земную речь от Сони слышал пару раз всего, общался, в основном, с помощью переводчика. Ашай же мало того что учил свой свет шайтиану, так еще и сам изучал Сонин язык.

– Перевожу: у нас есть два больших блюда и кастрюля печенья!
– разъяснила Сони.
– И нам совсем-совсем не жалко отдать вам половину. И половину пирога, ягодного.