Чтение онлайн

– Я знаю, что семья - опора и щит, что в ней принимают любым и всегда поддерживают. И что кровь здесь ничего не значит.

– И ты вверишь свою жизнь в руки этой наивной дурочки?
– развеселившись, поинтересовалась Атли-э у Ашая. А на дне глаз у нее заплескалась лютая злоба.
– Хватит, поиграли, поспорили, я даже злиться на тебя не буду, понимаю же, запутался, желаемое за действительное принял…

Соня почувствовала, как ее тьма вздрогнула всем телом, и крепче прижалась к нему, до побелевших суставов стиснув обнимающие ее руки. Не отпустит - не оторвут, только с плотью и кровью если.

– Неужели ты, та, кто привела меня жизнь, предлагаешь мне отказаться от собственного света, попрать ногами то, во что я верю?
– голос у Ашая стал совершенно бесцветный - смешались зола и пепел. Да, он ждал подобной встречи, но все-таки - как глупо, прав был Фенх!
– подсознательно надеялся. Иррационально надеялся, что его выбор смогут если не одобрить - то хотя бы не осудить, молча отойти в сторону!

– Задурил тебе отец мозги, зря тогда отдали ему на воспитание, - с досадой обронила Атли-э.
– В сказки веришь и в выбор один на века.

– Разве это не основа основ нашего мира?

– А ты-то как думаешь?

Ашай молчал долго-долго, Соня даже испугаться успела, но объятье Ашая вокруг ее плеч не ослабевало, и она незаметно для себя успокоилась. Неожиданно пришла мысль, что страшное осталось позади, сейчас уже не повернуть назад, что бы не говорила Атли-э.

– Как я думаю, ты и сама знаешь. Доброго дня, - Ашай чуть склонил голову, прощаясь, - и отвернулся от когда-то родного дома, направившись к ти-ди, так и не спустив Соню с рук. Девочка поверх его плеча взглянула на шокированную Атли-э и довольно улыбнулась. Та выглядела так, словно ее ударили.

– Ашай!

– Я не откажусь от собственного выбора, махара. Даже если ты считаешь его сказкой, а мой свет недостойным твоего гостеприимства.

– Ашай, немедленно вернись!

– Никак не могу. Мы прошли границу, и сквозь нее меня провела Соня. У моей семьи больше нет власти надо мной, - усмехнулся Ашай.
– А с моим светом, боюсь, договориться не выйдет, не так ли, Соня?

– Абсолютно точно не выйдет, - согласилась Соня, сползая с рук и забираясь в ‘пчелу’. У нее было потрясающе хорошее настроение, с души словно камень свалился.
– Ты мой. А еще я хочу есть и домой. И спать. Можно в произвольном варианте. Оно реализуемо?

– Безусловно, - Ашай устроился за приборной панелью, заменяющей здесь руль, и мягким перебором - почти как на пианино играть - активировал системы. Мотор мерно и довольно заурчал.
– Любое твое желание - закон.

Соня спиной чувствовала пытающиеся прожечь в ней дыру взгляды родителей Ашая и очень старалась не рассмеяться.

День определенно удался.

*

Соня ходила по дому - квартирой это огромное пространство с зимним садом не назвать - и рассматривала все, что на глаза и под руку попадалось. Прикасалась к вещам, проводила рукой по стенам, заглядывала в ящики, считала ступеньки лестницы на второй, спальный, ярус, изучала вышивку на покрывалах и упорно молчала. Граф, заглянувший буквально на минутку, назвал ее своей родственницей на двух ногах и опять умчался куда-то по своим делам. Соня даже слова в ответ сказать не успела - только вздохнула и принялась спускаться вниз, на кухню.

Ашай следил за ее действиями тревожно нахмурившись, пытаясь понять, что именно смутило Соню в квартире, а потом неожиданно предложил:

– Если хочешь, мы можем переоборудовать одну из комнат.

– Что?
– вынырнула из мыслей Соня, так и не поняв до конца смысла предложения.
– Зачем?

– Тебе стало… неудобно в спальне. Не стоит стесняться, если тебе нужна отдельная комната, то…

Соню обожгло обидой.

– … тебе нужно было лишь попросить… - Ашай замолк на половине предложения, разом забыв все, что хотел сказать.
– Соня?

– Я… мешаю?

– Нет. Никогда, - уверенно ответил шай-ти.
– Мне показалось, это я тебе мешаю, мой свет. И заставляю чувствовать себя некомфортно…

Ашай нахмурился, вслушавшись в Сонины эмоции.

– Я ошибся?

Соня кивнула: ошибся. Она не хотела ничего менять - привыкла за время пути, что он рядом с ней спит, к звуку чужого дыхания. Без Ашая ей теперь совсем не спалось.

– Я понял, - спрятав лицо в ладонях, тяжело вздохнул Ашай.
– Извини.

– Все нормально, - Соня, к собственному удивлению, нашла в себе силы улыбнуться: проехали и забыли, - Я не обижена. Уже - нет.

Ашай решил не спорить, и Соня ему за это была искренне благодарна. Однако вслух уточнила:

– Значит, решили - спим как привыкли.

Соня задержалась взглядом на стене-витраже, разделяющим кухню с гостиной: сломанный калейдоскоп, а не витраж… Гении кубизма записали бы мастера, создавшего сие произведение, к себе в клуб и никогда бы оттуда не выпустили. Но на полу разноцветные блики смотрелись очень красиво.

– Кстати, раз уж мы начали обсуждать важные вопросы - где мне лучше ничего не трогать?

– Соня…

– Да нет, ты не понял!
– перебила она его.
– Своя территория должна существовать у любого. Ну, или зона, называй как хочешь. У меня, например, дома была своя беседка с игрушками. И все знали, что там ничего нельзя трогать, и убиралась я сама. Это, - Соня пощелкала пальцами, пытаясь подобрать определение, - что-то вроде места, чтобы подумать или поработать?

– Но зачем такие сложности, мой свет?

– А вдруг у тебя будут бумаги важные лежать на столе, а я их куда-то переложу и забуду?

В московской квартире - маленькой, это не дача с огромными пространствами - у нее места своего не было. Соня жила сразу во всех комнатах, что безумно раздражало. Все - мама, папа, бабушка - вечно прибирались и в процессе перекладывали, прятали, а иногда и выкидывали важные для нее вещи. И ее порядок никогда не считался порядком ни для одного из взрослых.

– Мне будет спокойнее, если в доме будет место, где есть вещи, которые лучше не трогать, - сдалась Соня.

– Но ты не в гостях.

Тут ей стало смешно - скажет тоже, как будто она не знает!

– Считай я, что нахожусь в гостях, сидела бы на диване, пила чай и никуда не ходила, не лезла и не спрашивала, - Ашая почти передернуло от представленной картинки, а Соня, оценив реакцию, продолжила, - Смотри… Вот тебе же не понравится, если Фенх, например, придет и все переставит, как ему хочется и удобно?

– Нет, конечно, я же потом ничего не найду!

– А теперь замени имя ‘Фенх’ на мое и дай мне ответ. Ашай вскинулся было, чтобы заспорить, но потом застыл и задумался над словами Сони. В конце концов он нашел ‘свою’ зону: