Чтение онлайн

– Дим? – спросил Крис, едва за нами закрылась дверь.

Вместо ответа я вытащила из кармана ветровки своё колечко с надписью «спаси и сохрани» и надела его на палец.

– Рассказывай друг, за что тебя сюда заточили, - я с удовольствием плюхнулась на кровать. Жестковато.

– Да так… Пошутил немножко, - дернул плечом Крис. Раскаяния в нем не было ни капельки. – Честно, сам не врубаюсь, чего они взбеленились!

– Что ты сделал?

– В торговом центре стащил с прилавка книжку и подкинул в рюкзак одному парню.

Наверное, у меня сделалось очень выразительное лицо, потому что Крис сразу же заканючил:

– Да он сам виноват, ходил перед нами с самодовольной рожей, слащавый весь, как будто сиропом облили. Улыбался сладенько, но я-то видел! Я видел, что он гадина! И глаза у него змеиные! Ну я и решил его проучить немного… Джозеф, зараза, заметил и сдал!

Так... Кажется, теперь я поняла, почему у Криса до сих пор не завелось друзей и за что его травили.

– Стенли, ты... Ты лампочка!

– Почему лампочка? – опешил Крис.

– Потому что в голове одна маленькая извилина, и та - светится! – отрезала я. – Ты увидел, что он противный, и решил за это выставить его вором?

– Но он хуже вора!

– Крис, я понял, что ты рассмотрел его гадкую душонку, и она тебе не понравилась, но своим поступком ты разочаровал своих родителей. Чтобы наказать гадину, ты решил сам стать гадиной – ты стащил книжку и попытался свалить свою вину на другого. Понимаешь?

Крис спал с лица, ойкнул и тихо опустился рядом на кровать. Дошло. Что ж, еще не всё потеряно.

– И что мне теперь делать? – растерянно спросил он.

– Попросить прощения у родителей, сказать, что больше так делать не будешь, - посоветовала я. – Если любят, то простят.

Крис опустил голову, потеребил пальцами покрывало и тяжело вздохнул. Каштановые пряди упали ему на лоб, закрыв глаза. У него были удивительно светлые голубые глаза – не всякая акварель дает такой ясный небесный цвет.

– Они сказали, что связались с мистером Аунфлаем, - пробормотал он. – Что в сентябре я поеду к нему.

Уже в третий раз слышу про этого загадочного мистера.

– А мистер Аунфлай – это?..

– Меценат. Один из немногих эльтов, которые выходят к людям. Он занимается больницами в нашем графстве. А ты его разве не знаешь?

– Нет. Он как-то не соизволил показаться мне на глаза, - задумчиво сказала я. – А откуда его знают Стенли и Стоуны?

Крис закатил глаза.

– А я знаю? Мама говорила, что он когда-то очень помог нашей семье. То ли спас дедушку, то ли бабушку… Не помню уже. В качестве благодарности мама взяла меня к себе. Настоящие родители умерли. Может, у Стоунов так же было?

– Может… - задумчиво сказала я.
– Когда ты к нему поедешь? Надолго?

Крис только пожал плечами.

– Не навсегда… Надеюсь…

От стука мы подпрыгнули. Дверь скрипнула, впуская миссис Стенли внутрь чердака.

– Дим, ты нашел своё кольцо?

Я соскочила с кровати и поспешила к выходу.

– Да, тетушка Ким! – и в доказательство помахала рукой у женщины перед носом.

Она ловко, явно на рефлексах, схватила мою руку и уставилась на кольцо.

– Интересно, никогда таких не видела, - пробормотала она и повертела его на пальце, рассматривая со всех сторон.

Я увидела, как вспыхнули её глаза при виде маленького выгравированного православного крестика в конце надписи, ощутила, как хватка на запястье стала крепче. Она медленно подняла на меня взгляд и нервно облизнулась.

– Что написано?

– Спаси и сохрани, - ответила я, аккуратно высвободив руку из захвата и отступив на шаг.

Тетушка Ким продолжала смотреть на меня так, словно узнала своего пропавшего родственника, и это было жутко.

– Вадим, - она снова схватила меня за руку. – Символы веры у нас запрещены. Особенно среди племени эльтов.

Я не успела и глазом моргнуть, как кольцо покинуло палец и легло в мою ладонь.

– Не носи его на теле, тебя могут неправильно понять, - мягко произнесла тетушка Ким.

Что-то в её голосе заставило меня кивнуть и спрятать прабабушкин подарок в карман.

Нужно будет узнать об этом побольше.

* * *

Туман. Туман. Туман...

Куда ни кинь взгляд — всюду молочно-белая пелена. Протяни руку — не рассмотришь собственных пальцев. Куда идти и что делать, неизвестно, да и надо ли? Белая мгла была страшна своей неподвижностью и густой душной тишиной. И что-то подсказывало мне, что в туманах не моё место. Моя дорога была потеряна?

– ...аль-ка-а!
– пробилось сквозь тишину эхо чьего-то крика.
– Ва-а-алька-а-а!

Валька, точно, я Валька!

– Ва-аль-ка-а-а!

Голос, какой знакомый, родной голос!

– Я здесь!
– радостно крикнула я, подрываясь с места. Мчаться сквозь туман навстречу этому родному человеку, встретить, обнять, сказать, что вот она я, тут, и никуда не денусь...

Первый же шаг остановила тяжелая рука.

– Стой. Не беги в туман. В речку бухнешься — потеряешься с концами.

Я разжала пальцы, обнаружив под руками деревянный забор, и обернулась. Бабуля улыбнулась, отпустила моё плечо и поправила съехавшую на лоб косынку. Запястьем, чтобы не испачкать белую хлопковую ткань измазанными перчатками. Воткнутая в землю мотыга опасно накренилась, грозя свалиться в ноги, прямо на недополотые помидоры. Солнце нещадно било бабушке в спину, отчего её фигура казалась сияющей, а лица почти не было видно. Теплая, уютная, с мягким светом в светлых глазах — как такую бросить на огороде одну?

– Ва-а...
– снова закричали из холодного тумана, клубящегося прямо за низенькой оградой.

– Твои?
– спросила бабуля, с интересом заглядывая мне за спину.

Я кивнула.

Бабуля шагнула ближе и гаркнула в белую муть:

– Мы здесь!

Да так мощно, что от её голоса туман расступился, и перед нами предстала широкая тропа, тянущаяся к мосту. Солнечные лучи упали туда — и мост весь вспыхнул яркими голубыми огнями. Сказочно красивое зрелище! И каким же мост оказался огромным!