Чтение онлайн

– Ты где был? – спрашивает.

– Ты же меня послал, братушка, – жму плечами. – Вот я и ходил.

– Ой, да хорош тебе комедию ломать, – меланхолично ответил Дэнчик. – Мне чего-то прям реально хреново было. Хотя выпили-то всего ничего. Ты точно вообще водку взял, а не какое-то там «шило»? А то это же охренеть, блин, просто.

– Это нас карма настигла за то, что после пьянки в нашем времени нас похмелье не мучало, – не, ну а что? Как вариант. – Другие участники процессии, смотрю, распрекрасно себя чувствуют.

– От ты ж зараза, – закатывает глаза Дэнчик. – Понимаю, что шутка, конечно, но а вдруг? Тогда не мучились после пятисот на рыло, обидели Бога Диониса, вот он нам и послал адские мучения… Черт, а ведь сейчас еще зарядка будет.

Оставалось лишь только простонать. Ничего другого я все равно сделать больше и не мог.

– «Совенок», становись! – донесся, наконец, громогласный возглас Ольги Дмитриевны. Стояла она в обществе Константина Геннадьевича и Владимира Петровича. А вот Саныч на горизонте нигде, к моей радости, не наблюдался. А поскольку такого фактурного человека трудно было бы не заметить, то у меня начала зиждиться легкая надежда, что это субботнее утро окажется все же не настолько жестоким и милостиво лишит нас утреннего заряда бодрости духа.

Хотя, блин, с Панамки станется, сейчас другого физрука напряжет мучать подопечных.

Пионеры построились, а я-таки умудрился столкнуться взглядами с рыжей. Та кокетливо мне улыбнулась, чутка покраснев. Я вымучил ответную улыбку и тут же с интересом принялся слушать вожатую. Не, ну надо ведь хотя бы раз за смену.

– Пионеры, доброе утро! – радостно выпалила Ольга. – Во-первых, хочу всем напомнить, что сегодня у нас суббота, а это что значит? Верно, у нас субботник!

Радостное настроение в рядах тут же кануло в лету. Откуда-то, правда, раздалось «Ура!» разной степени уверенности. Самое громогласное, разумеется, от Слави.

– Субботники давно являются частью идеологического коммунистического воспитания масс, – продолжила вожатая. – Да, знаю, что мероприятие это добровольно-принудительное, чего уж скрывать. Но я искренне убеждена, что веселая атмосфера и совместный труд всегда сплачивали людей и облагораживали города и села. Лично я с ностальгией вспоминаю эти дни, когда я со своими одноклассниками или одногруппниками выходила на субботник. Тем более, что в этот раз, как вы знаете, он у нас будет необычный, а на территории племенного завода. Поэтому настоятельно рекомендую переодеться, кто бывал хоть раз в коровнике знает, какой там может стоять запах и как его потом будет трудно выветрить.

Да, я уж точно знаю. Доводилось бывать, причем не раз. Не назвал бы его прям противным, но выветривается он точно не за один день.

– Автобусы от предприятия подъедут к нам примерно через час. Как раз успеем позавтракать и проводить наших дорогих гостей. И, кстати о них, слово предоставляется Константину Геннадьевичу!

Вожатый «Волчонка» гордо одернул галстук и сделал пару шагов вперед.

– Ну, ребят, перво-наперво – спасибо вам всем большое! Это не первый наш выезд в другие лагеря, и, честно говоря, такую искренность и дружелюбие мы видим впервые. Спасибо, что приняли нас, что подарили моим ребятам эмоции и что с такой неохотой готовы нас теперь отпустить. Спасибо и вам, дорогие вожатые, что воспитываете таких людей, настоящих граждан нашей прекрасной Родины. Благодаря таким как вы, я считаю, наше пионерское движение ждет славное будущее. Ура!

Добрые слова вожатого были встречены одобрительными возгласами и аплодисментами, как со стороны пионеров, так и со стороны нашего педагогического, так сказать, состава. А Геннадич действительно умел зарядить толпу. Была в нем какая-то энергетика соответствующая.

– Отдельное спасибо, конечно же, футбольной команде вашего лагеря. Что не поддавались и дали нам попотеть. Вчерашняя игра была одной из самых интересных на моей памяти, верно, Владимир Петрович?

Физрук «Волчонка», до этого пребывающей в какой-то прострации, утвердительно кивнул.

– Это была незабываемая поездка. Надеюсь, что как-нибудь мы вернемся. Спасибо, «Совенок»!

После этих слов восторг аудитории достиг высшего предела. Казалось, что все резко позабыли о предстоящем субботнике. Пионеры кричали, неистово размахивая руками. В этих возгласах сочетались гордость и радость от лишнего подтверждения того факта, что наш лагерь самый способный и самый дружный во всем Союзе. Ну, почти. Кого это сейчас, в принципе, волнует?

Панамка подождала, пока весь этот гвал стихнет и продолжила свою речь:

– Спасибо вам большое за столь теплые слова, Константин Геннадьевич. С удовольствием будем вас всех ждать и в следующем году… Ну а теперь, – вернула она официоз в голос. – Лагерь! На уборку домиков и последующий прием пищи – разойдись!

Краем глаза я заметил, как Алиса тут же устремилась в мою сторону. Ой, нет, пока для разговоров явно не место и не время.

– Что говоришь, Дэн? – заорал я тому чуть ли не в ухо, что тот аж глаза от испуга вытаращил. – Срочно до домика надо? Так пошли, чего стоим?

– Я не… – начал было тот, но я быстренько схватил его за рукав и потащил в сторону дома. Пришлось прикладывать небольшие усилия – тот в шоковом состоянии еще и упираться вздумал.

– Так, и чего происходит? – тихо спросил он.

– Позже, – бросил я сквозь зубы.

– Тебя прет что ли до сих пор? – все никак не унимался Дэнчик. Вот проскальзывает порой у него, увы, такая дурная привычка: пока все не узнает – не отвянет. Хоть палкой его молоти.

– Дружище, ну хоть ты не лезь пока под кожу, – поморщился я. – И без этого всего тошно.

А еще я просто до сих пор самую малость в шоке.

А друг молчит. Внимательно изучает мое лицо, словно что-то проверяет.

– С Двачевской что ли пособачился? – вот же ведь… И ничего от него не утаишь. Пусть они и не полностью прав сейчас.

Я попытался для приличия грозно повращать глазами, но по итогу смущенно уставился в сторону пышных кустов, разделяющих тропинку и озеро.

– Ну, не совсем «пособачился», – все же выдавливаю из себя. – Я бы даже сказал, что как раз-таки наоборот… Но, в общем, ты угадал, на панике я сейчас из-за нее. В чувствах она мне призналась вчера…

– Тьфу ты, нахер! – хлопает себя по лбу. – А я-то уж подумал… Ну, что, можно тебя поздравить с тем, что ты, наконец-то, перестал по той девке страдать и строить из себя недотрогу.

– Я по ней не страдаю, это во-первых, – мрачно отозвался я. – А во-вторых, ни с чем меня поздравлять не надо. Я не уверен, что отвечать взаимностью будет разумно с моей стороны. Как бы мне этого, допустим, и не хотелось бы…

Пристальный взгляд Дэжнчика сменился легким покручиваем пальца у виска:

– Не, Макс, извини, но ты просто конченый. Без обид.