Чтение онлайн

– Помог? – тут уже я самую малость не выдержал и взбеленился. Это так называется теперь? – То есть это ты мне услугу оказывал, ставя меня в идиотское положение? Парадокс какой-то получается. Из хреновой неэвклидовой геометрии, а нам чего-то не припоминаю, чтоб такое в школе преподавали.

– Да все, ладно, я тебя услышал, – спокойно отвечает Дэнчик. – Сами справимся. Извини, что побеспокоил. Не говори только ничего этому Глебу, хорошо? Хотя, блин, эта дуреха сама сейчас все и расскажет…

Стало почему-то тяжело дышать. Кажется, что даже мое лицо приобрело какой-то серый оттенок. Нет, не смогу я его кинуть. Как там Витя утром говорил? Иногда «правильно» – это когда поступаешь так ради одного человека? Да, именно так и было. Ай, нахер…

– Дэн, стой! – тихо, едва разборчиво, сам не веря, что подписываюсь на это смертоубийство, произнес я. – Пошли, помогу тебе поймать Ануфрия.

Мой друг тут же просиял. Либо он сейчас просто придуривался, либо мастерски таким образом мной манипулировал. В любом случае, в голове засела настойчивая мысль, что меня сейчас где-то капитально обманули…

Честно говоря, я передумал и еще по одной причине. Алиса так восхитилась ведь Глебушкой-то, мать его через Никарагуа, что он быков диких укрощает. Ну вот, пусть знает, что и я могу. Наверное.

Надеюсь, что это не закончится геройским попаданием в больницу. И я так и не попил чаек… Плюсы вообще будут сегодня хоть какие-то? Вот уж действительно беда-бедовая.

Обогнув усиленно филонящих от уборки пионеров, мы с Дэнчиком выскочили за территорию племенного завода. Славя, зажав в зубах травинку, переминалась с ноги на ногу чуть дальше от ворот.

– Денис! – облегченно воскликнула девушка. – Наконец-то, а то я уже… – заметила она меня только сейчас. – Подожди, Максим? А где зоотехник?

– Чаи гоняет, – мрачно буркнул я.

– Славь, ты только без паники, хорошо? – как можно более успокаивающе начал Дэнчик. – Мы с Максом все сделаем. Дай нам хотя бы полчаса. У нас есть план, надежный план. Только пока никому ничего не говори, поняла?

– Денис, я не могу так! – почти крикнула Славя. – Ануфрий может уйти далеко в лес, заблудиться, погибнуть…

– Доверься нам, пожалуйста! – взмолился Дэнчик. – Мне доверься. Я подвел тебя. Я сам все и исправлю. Ну, с помощью Макса… Неважно! Полчаса! Хорошо?

– Х-хорошо, – вяло ответила активистка, тоскливо глядя на то место, где был привязан бык, на темные стены елей, сходившиеся вдали и на становившиеся все чернее и чернее тучи.

Друг дернулся было вперед, чтобы обнять расстроенную девушку, но почему-то передумал. Вздохнув, молча побрел в сторону деревьев. Ругаясь на чем свет стоит, я поплелся следом.

Лес был неровный. Плотные заросли елей походили на материки и острова. Между ними бухтами и проливами зеленели лужайки с пушистыми шариками одуванчиков. Мы с Дэнчиком внимательно разглядывали траву, надеясь обнаружить следы Ануфрия. Но трава была невысокая и такая упругая, что даже собственные следы-то различались с трудом.

– Слушай, Дэн, – сплюнул я, отмахиваясь от веток. – А вот такой вопрос – что будем делать, если нам, чисто теоретически, какой-нибудь Потапыч встретится?

– Ты налево, я направо – кого он поймает, тому хана, – быстро, будто скороговоркой, ответил тот.

– Зашибись… – вздыхаю. – А чего за план-то хоть?

– Какой план? – недоуменно переспросил Дэнчик.

– Ты же говорил, что… – ох, серьезно, да? – Ты издеваешься?

– Ну, я должен же был хоть что-то сказать, – вымучил мой друг улыбку.

Здорово. Лучше некуда. Я сдохну в параллельном измерении с доморощенным тореадором. Перспективненько.

Скоро в деревьях показался просвет, и мы вышли к прямой, широкой просеке, на которой то здесь, то там росли приземистые кусты можжевельника. Дэнчик тут же принялся вертеть головой во все стороны и внезапно заулыбался. Я проследил за его взглядом и увидел, как примерно в двадцати метрах от нас пасся Ануфрий.

– Кажется, он нас пока не видит, – тихо произнес я.

– Это хорошо, – процедил Дэнчик. – Какое вообще зрение у быков, не в курсах?

– Могу только сходу вспомнить, что угол обзора у них в районе 330 градусов вокруг своей оси, – выудил я из памяти. – То есть, если мы будем держаться позади, то окажемся в слепой зоне.

– Я же тебя сейчас не об этом спрашивал…

– Что вспомнил, то и вспомнил! – рыкнул я.

Увы, мой эмоциональный всплеск привлек внимание Ануфрия. Тот задрал голову, отчего мы с Дэнчиком, синхронно пискнув, толкаясь и матеря друг друга, нырнули за ближайшую елку. Несколько секунд бык прислушивался, потом зашагал дальше по просеке в неизвестном направлении. Я был уверен, что он пройдется немного и вновь примется за еду. Но Ануфрий продолжал идти, слегка покачивая белым хвостом с грязной кистью на конце. Обрывок привязанной к рогам веревки волочился за ним по траве.

– Быченька, стой… – промямлил Дэнчик.

Увы, «быченька» и не думал тормозить. У него был такой вид, словно он знает, куда и зачем идет, и знает также, что путь предстоит далекий. Ну, я надеялся, что я все же не зря на втором курсе ходил на зоопсихологию. Понимание этого факта заставило меня пойти на риск. И выскочил из-за сосны, закричав что есть сил:

– Пафну… Авдотий! Бляха-муха… Ануфрий!

Тот остановился и посмотрел на меня через плечо. Застыв на месте, я наблюдал как бык медленно поворачивается всем корпусом на сто восемьдесят, после чего подхлестнул себя хвостом и шагом двинулся в мою сторону.

– Ну нахер, – сделал вывод я и большими скачками понесся назад в ельник, к очень желающему заржать другу, но сдерживающимся из последних сил из чувства солидарности.

– Ну, ты пытался, – шепнул Дэнчик.

Ануфрий потерял меня из виду и, потеряв интерес к дальнейшей погоне, продолжил свое шествие в сторону ельника, периодически глухо и тревожно мыча. Нам только и оставалось, что следовать за ним, держась на почтительном расстоянии. Снова начались блужданья по лужайкам и прогалинам. Не было даже никаких предположений, когда этот крестовый поход может закончиться. Словом, мысли были не самыми радостными. Просто так тупо идя за быком можно плутать до бесконечности. И толку от этого? Забредем только по итогу в какую-то совершенно невообразимую глухомань. И спасать уже придется не только несчастного быка, но и нас до кучи.

Но вот очередной ельник кончился. Ануфрий пересек узкий луг и пошел к пологому бугру, где росли редкие высокие, как мачты, сосны и белели то здесь, то там стволы берез. На склоне этого бугра животное остановилось и опять замычало очень тихо, словно боясь, что его услышат. Постепенно настороженность его исчезла, голова понуро опустилась и вот он уже улегся к нам спиной, став похожим на большой черный валун, облитый в нескольких местах известкой.

– Отдохнуть он прилег, скотобаза, – ругнулся Дэнчик.