Чтение онлайн

Черт, поскорее бы уже доехать до этого гребаного колхоза, да делом заняться. Оно-то уж всяко от ненужных мыслей отвлечет на раз-два. Проверено.

– Все погрузились? – Панамка быстро пробежалась глазами по салону на предмет возможных дезертиров. Убедившись, что оные отсутствуют, дала отмашку водителю. И мы поехали. Весело поехали, с огоньком. В кавычках, разумеется.

Шурик принялся мне что-то рассказывать о том, как они ездили с отцом на рыбалку на какой-то там Индель, но дела мне до этого не было совершенно. Рыбалка никогда не входила в список моих интересов. Хотя Дэнчик, например, от этого дела перся. О чем не преминул напомнить, изредка вставляя в рассказ кибернетика какие-то комментарии из соседнего ряда. Даже Ольга Дмитриевна вслушивалась с видом крайне заинтересованности, хотя и ничего не говорила, лишь громко щелкала орешки.

– …обычная семга отнимает у меня на вываживании минут, ну, десять, редко когда – пятнадцать. А ту пришлось вымучивать, пожалуй, что все двадцать пять, да и то, с папой на пару, но она того, поверьте, стоила. Килограмм семь как минимум, – воодушевления в речи кибернетика сейчас было не меньше, чем когда он о робототехнике декламировал, в преддверии запуска своего робота.

– Надо же, не знала. Что ты такой большой любитель рыбалки, Саша, – даже с каким-то уважением кивнула Ольга.

– Да я как-то особо и не распространялся об этом, если честно, – пожал плечами кибернетик.

– Это, кстати, натолкнуло меня на одну мысль, – Ольга вдруг щелкнула пальцами, что меня аж передернуло. Удивляться тут нечему, в последний раз, когда на моих глазах кое-кто это делал, то я попрыгал по параллельным измерениям. А удовольствие это, так сказать, ниже среднего. – Славя, как насчет организовать отрядную свечку по возвращению с субботника? Тем более, как раз ливень обещают, особо на свежем воздухе ничем и не позанимаешься. Не сидеть же теперь по домикам без дела, правильно? А заодно и узнаем все друг друга получше.

Нет… Господи, ну только не эта бредятина! Больше вот мне, блин, всех упал ваш чертов коллектив! Узнавайте друг друга столько, сколько влезет, оставьте только меня, блин, в покое!

– Отличная идея, Ольга Дмитриевна! – будто назло поддержала ее активистка. Хотя, с другой стороны, кто-то сомневался в обратном? – Общие кружки, думаю, подойдут для этого как нельзя кстати. Саш, вы ведь с Сережкой не будете возражать?

Иисусе, я ведь не чего-то сверхъестественного прошу…

Нет, я этого больше терпеть не собираюсь. Выудив наушники, быстренько вставил их в уши, едва вынув из кармана телефон, нащелкал там CC Catch и постарался как можно быстрее абстрагироваться от всей этой долбаной пионерии под нетленку «Cause you are young».

Но меня ждало разочарование. Примерно на середине трека наушники предательски оповестили меня о том, что battery-то, оказывается, low.

– Твою-то мать… – приглушенно простонал я.

Раздраженно скинул с себя наушники, ненароком локтем задев Шурика. Легонько, никто бы даже и внимания бы не обратил в обычной ситуации. Но Панамке надо было свое слово вставить:

– Максим, а ты не хочешь извиниться?

«А ты не хочешь перестать советовать всем подряд, как им себя вести, а еще лучше – сходить на хер?» – чуть было не обронил я, когда салон огласило громогласное «Вот блин!» и последовавший за ним хохот Алисы.

– Советова! – мигом переключилась Ольга Дмитриевна. – Что за словечки?

– Ольга Дмитриевна, – девчушка медленно обводила глазами пол вокруг себя. – У меня тут Юрец Второй сбежал…

Ну, классно. Понятно теперь, что эта дурында в банке своей держала. Видимо, расставание с первым Юрцом юная душа вынести так и не смогла.

– Кто сбежал? – полушепотом уточнила вожатая, отчетливо давая понять, что ответ она, в общем-то, не особо и хочет слышать.

– Сколопендра моя, – одной рукой Ульянка держалась за колено, машинально постукивая по нему пальцами, второй же все еще крепко сжимала банку. – Тряпочка развязалась. Я ее очень крепко завязала, а она… видите?

Вид потрясённой Ольги Дмитриевны, признаться, был весьма и весьма шедеврален. Да и добрая половина автобуса теперь начала нормально так паниковать, особенно ее женская часть.

– Черт знает что! – процедила сквозь зубы Панамка. – Выходит, что она здесь где-то ползает.

В автобусе становилось уже слишком шумно. А ушки рыжей-младшей потихоньку окрашивались в цвет под стать волосам.

– Ленк! А Ленк! – весело крикнула подруге Алиса.

– Чего? – выкрикнула та, боязливо поднимая то одну ножку, то другую.

– Поаккуратнее там. Это многоногое чудовище чувствует запах страха.

– Двачевская, ты хотя бы на время поездки можешь вести себя как человек? – тут же пригрозила ей кулаком Ольга. Рыжая победно тряхнула челкой и вновь с видом крайнего безразличия на лице уткнулась в окно.

– В чем дело? Что там такое у вас? – даже водитель не выдержал всего этого бардака.

Никто ему не ответил. Со всех сторон слышались десятки голосов. И возмущенных, и испуганных, и даже смеющихся:

– Из-за какой-то хулиганки людям беспокойства сколько!

– Доигралась Советова!

– Вот пусть теперь сама под сиденья лезет и ловит!

– Ща в бубен дам, кто на Ульку будет гнать! – тут же окрысилась Алиса.

– Двачевская!

Ааааа… Почему мои наушники отключились именно в этот момент? Все, пошли все к неизвестной науке матери, я спать. Пьянка не помогла, так может хоть очередной сон в автобусе поможет проснуться подальше от этого дурдома!

И ведь даже книжки никакой с собой не догадался захватить.

– Максон! – окликнул меня Дэнчик. – Давай с тобой поищем?

Ага, спешу и падаю. Цитируя великих: «Давайте вы со своим вот этим говном, которое сами наворотили, сами и разбираться будете, лады?». А я посижу, посмотрю, повеселюсь хоть немного. Благо, хоть было над чем.

«А как же твое извечное, что на обиженных хер кладут и воду возят?».

Да я, собственно, и не в обиде. Вспомнилось просто старое правило – никого не жалеть принципиально. Да и не очень-то и хочется сейчас ползать между рядов жопой кверху. Поэтому я картинно отворачиваюсь к окну, где небо все больше затягивала низкая, стремительно меняющая очертания тяжелая облачность. Попытался, игнорируя визги, уснуть, устроившись как-нибудь поудобнее, но сон категорически отказывался приходить. Еще и спина ныть начала. Красота, вашу Машу.

А сколопендру, кстати, вскоре поймали и без нашего участия. Причем не кто-то там, а сам Электроник! Пусть и с максимально скорчившимся лицом и испуганными глазами. А поди тут не поймай, когда его благоверная начала такие истошные вопли издавать, когда эта гадина прям по ее сандалии проползла. Вот и пришлось парнишке переступить через себя и голыми руками хватать супостата. Так что уже скоро сколопендра вновь оказалась в банке, а банка, на этот раз очень солидно закрытая, стояла на коленях у Ольги Дмитриевны. Вернуть животное владелице было обещано по приезду назад в лагерь. И то, лишь после клятвенных заверений рыжей-младшей, что она не окажется у кого-нибудь за обедом в тарелке.