Чтение онлайн

Армия без танков и пушек

Многое в предстоящем сражении зависело от армии, но воо­руженные силы Метрополии под командованием генерала Эд­мунда Айронсайда, хотя и имели избыток личного состава, были очень ограничены в материальной части. Первой задачей Айрон­сайда, как он ее видел после Дюнкерка, было “помешать врагу поднять мятеж и вырвать пушки из страны”. Его оперативный план, составленный на основе требований Генерального штаба, был предложен для рассмотрения 25 июня. Основой стратегии Айронсайда были оборонительные позиции, начинающиеся у по­бережья и прикрывающие так называемую “Линию Генерального штаба”, защищающую Бристоль, Центральные графства и Лон­дон. Сейчас строительство противотанковых укреплений на этой линии только начиналось.

В глубине страны создавался маневренный резерв, кото­рому отводилась главная роль в организации контрудара против закрепившегося на берегу врага. Задержать противника — вот самое большее, на что были способны передовые оборо­нительные позиции, на которых были развернуты 786 поле­вых пушек, и “Линия Генерального штаба”, куда следовало доставить 167 противотанковых орудий. Но и подвижные силы, состоящие из 2-й бронетанковой дивизии, базирую­щейся в Линкольншире и имеющей в своем составе только 178 легких танков, вместо положенных по штату 213 сред­них и 108 легких, и из 1-й бронетанковой дивизии (которая вернулась из Франции, сохранив лишь 9 средних танков), располагающейся в Суррее, были ослаблены. К концу июня количество танков в последнем из названных формирований удалось довести примерно до 80 средних и сотни легких тан­ков. Кроме того, в состав дивизии была передана 1-я танко­вая бригада, имеющая 90 тяжелых (пехотных) танков “матильда” (правда, вместо 180, положенных ей по штату). В [94] результате 1-я бронетанковая дивизия оказалась самой мощ­ной ударной силой сухопутной армии Великобритании.

За оборону юго-восточной Англии отвечал XII корпус (под командованием генерал-лейтенанта А.Торна, а район Кента, где немцы планировали высадиться, был занят 1-й лондонской ди­визией (под командованием генерал-лейтенанта С.Ф. Лиарде­та). Торн считал, что вероятность высадки десанта была самой высокой в области между Грейвни-Марш и Дувром и незначи­тельной — к западу от Дувра. Поэтому он протянул оборони­тельную позицию корпуса от Болот до Дувра через Кентенбери; эта линия на большей части своей протяженности проходила вдоль железной дороги и только на малом участке включала в себя естественные укрепления, преодоление которых могло пред­ставить для наступающей стороны значительные трудности. Лиардету была поставлена тройственная задача: защищать взморье, быть готовым занять оборонительную линию корпуса и иметь возможность атаковать врага к востоку или к югу от этой линии. Такую диспозицию он назвал “просто смешной”. Первая лон­донская дивизия носила название “моторизованная”, но к концу июня оно звучало насмешкой. Со времени своей мобилизации в сентябре 1939 г. и по сей день ее перевозочные средства своди­лись к нескольким грузовикам и фургонам, реквизированным у гражданских фирм. На кузовах некоторых из них еще остава­лись незакрашенные названия и имена прежних владельцев. Людей перевозили на автобусах, которые в более счастливые времена доставляли отдыхающих на побережье. В мае разведывательный мотоциклетный отряд 1-й дивизии был отозван и послан на вер­ную гибель в Кале, мотоциклы же потом были отданы 1-й бро­нетанковой дивизии.

5 июля Артиллерийское командование 1-й бронетанковой дивизии, возглавляемое бригадным генералом Дж. Прайсом, распоряжалось [95] 34 орудиями полевой артиллерии и 12 разнокалибер­ными установками, способными пробивать танковую броню.

Все эти соединения были ограничены в боеприпасах, некото­рое время не проводили учебных боевых стрельб и имели больше орудий, чем подходящего для их буксировки транспорта.

Что касается пехоты, солдаты большую часть времени копа­ли и защищали мешками с песком стационарные защитные сооружения и только немногие упражнялись или стреляли из оружия, так как запасы боеприпасов для этих целей были малы. 198-я бригада удерживала береговую линию Айл-оф-Тенет. Гар­низон Дила, состоящий в основном из моряков (в количестве 3000 человек), находился по обеим оборонительным линиям этого порта; гарнизон Дувра, набранный из множества местных отрядов, защищал зону между Дувром и Фолкстоуном; гарни­зон Шорнклиффа занимал береговое пространство от Сандгейта до Димчерчского редута; а 135-я бригада (отдельно от 45-й дивизии) — линию от Димчерча до Мидрипса. Первая лондон­ская бригада обеспечивала “якобы подвижный” резерв на севе­ре, в то время как 2-я лондонская бригада находилась с той же целью на юге, имея также задачу контратаковать аэродромы Лимпна и Хоукинга, которые командование истребительной авиации намеривалось эвакуировать, если давление врага станет невыносимым.

В целом такое развертывание, смещающее силы к северу и ослабляющее южное направление, открывало широкие возмож­ности для внезапного немецкого нападения. В случае падения бе­реговых защитных сооружений оборонительная линия немедлен­но охватывалась с обоих флангов.

Все же, поддержанная пехотой Лиардета береговая оборона представляла собой довольно грозную силу. Две 234-мм пушки из Дуврской цитадели могли поразить цели, находящиеся в середине пролива. Четыре старые 152-мм пушки (с прицельной дальностью [96] всего лишь в 11000 м) и две батареи современных 6” пушек (с прицельной дальностью 22900 м) усиливали защитные сооружения. К названным выше орудиям теперь прибавилось множество обслуживаемых моряками и артиллеристами вспомогательных батарей, расставленных с промежутками вдоль берега и состоящих из 102-мм и 152-мм пушек, некогда, во времена Первой Мировой войны, стоявших на боевых кораблях. Помешенные в наскоро устроенные орудийные окопы и снабженные только сотней снарядов на орудие (за неимением большего количества), они имели приказ вести огонь по крупным целям и вступать в бой с мелкими судами, только если последних будет очень много.

Противовоздушная оборона войск была совершенно недоста­точной.

Для ночного освещения установили прожектора. Почти все современные зенитные орудия принадлежали 6-й дивизии ПВО генерал-майора Ф.Г. Холанда, которая отвечала за подступы к Лон­дону, основные порты и аэродромы. В районе Дувра и Фолкстоуна Холанд разместил 18 последних 94-мм пушек (которые мож­но было использовать и как противотанковые), несколько 76-мм зенитных орудий времен Первой Мировой войны, некоторое ко­личество современных 40-миллиметровых “бофорсов”, счетверен­ные 20-мм пушки и много пулеметов. В нормальном состоянии эти орудия стреляли из подготовленных орудийных окопов.

Береговая оборона состояла из артиллерии, небольшого числа солдат, которые не имели в своем распоряжении достаточного количества мин и проволочных заграждений, чтобы затруднить продвижение вражеских танков и пехоты. На территории, уда­ленной от побережья, роты и взводы под командованием Лиарде­та сосредоточивались только на отдельных укрепленных участках. Они намеревались оборонять жизненно важные объекты: аэро­дромы Мэнстона, Хоукинга и Лимпна. Лишь один батальон (из первой лондонской стрелковой бригады) мог использоваться так­же для обороны Хоукинг-Лимпн.

Дорожные патрули, в которых участвовали местные добро­вольческие отряды, просто держали под контролем движение и вели наблюдение за отдельными местами высадки десантов. Доб­ровольцы были преисполнены нелепого энтузиазма. Они имели в своем арсенале лишь дробовики, и к тому же мало разбирались в военном деле. Сплошь и рядом они принимали незначительные [97] происшествия за вражеские акции. Из-за этого передвижение в темноте становилось опасной задачей. В ночь с 3-го на 4-е июня погибло четыре человека, потому что новоиспеченным воякам их реакция показалась подозрительной.

Англия страдала от серьезной нехватки вооружения, промыш­ленность не могла справиться с покрытием дефицита. Выпуска­лось около 50 единиц полевых орудий в месяц. Пехотных и сред­них танков — всего 100. В конце мая начальник штаба вынужден был сделать следующее заявление: “Если Германии удастся снаб­дить свои войска на территории Англии средствами передвиже­ния, наша армия будет против них бессильна”. К началу июля положение дел почти не изменилось. Производство едва удовлет­воряло спрос. Срочно требовалось принять какие-то меры. Воен­ная подготовка была ограниченной из-за недостатка амуниции. Оставалось лишь надеяться на чудо. Службы снабжения, как на­зло, продолжали функционировать в режиме мирного времени. Они скрупулезно придерживались инструкций при выдаче рекви­зита или предпочитали оставлять все на складах.

RAF в обороне

Английское правительство рассматривало Королевские воен­но-воздушные силы как основу обороны страны. Действительно, после 1915 года, когда вражеские самолеты впервые бомбарди­ровали Острова, в Великобритании была создана высокоэффек­тивная система управления действиями авиации. Простейшее — визуальное наблюдение осуществлялось добровольцами Обсерва­ционного корпуса, снабженными линиями связи с информацион­ными центрами RAF. После 1938 года наблюдательные посты заметно увеличили свою эффективность за счет установления пер­вых радарных устройств (Chain Home Sets). При всей своей примитивности эти системы позволяли обнаруживать высоколетя­щие самолеты противника в радиусе до 250 км. На низких — до 1000 м — высотах приходилось по-прежнему полагаться на на­земных наблюдателей и радиоперехват.

После официального создания “Люфтваффе” RAF резко усилил внимание к проблемам радиоперехвата Специальные центры [98] отслеживали и анализировали переговоры между германскими пи­лотами и наземными службами — сначала во время тренировок, а затем и при ведении боевых операций. Англичане не только полу­чили ценную информацию, в деталях обрисовывающую ход сраже­ния, но и научились слушать отдельные частотные каналы, выде­ленные немецким эскадрильям.

Истребительное командование RAF, возглавляемое сэром Хью Даудингом (штаб — в Стэнморе, север Лондона) управляло че­тырьмя группами истребителей, Обсервационным корпусом, сис­темой радарных установок, аэростатами заграждения. Каждой ис­требительной группе были выделены отдельные сектора патрули­рования.